Тайна из тайн - Дэн Браун

Кто стоит за взломом?

Лицо Алекса побледнело, когда Фокман отодвинул к нему клавиатуру. Глубоко вздохнув, техник послушно напечатал ответ.

Фкман изучил странное, разделённое дефисами слово, которое ввел Алекс. Оно было ему незнакомо. Он растерянно пожал плечами и беззвучно проговорил:

"Кто…это…такой?"

Алекс снова начал печатать — на этот раз короткую аббревиатуру. Фокман уставился на нее в немом шоке. Не может быть.

В любой другой день Фокман никогда бы не поверил тому, что только что появилось на экране, но учитывая всё, что произошло сегодня ночью, эта информация определенно давала ответы на многие вопросы.

Блядь.

Теперь вопрос заключался в том, что Фокман собирался делать со своей текущей ситуацией. Ответ, как он подозревал, крылся в его навыках ведения диалога… и в понимании тонкой разницы между двумя очень похожими словами.

Дезинформация и дисинформация.

ГЛАВА 63

Лэнгдон, находясь в барочной библиотеке, вглядывался в лица посетителей, раз за разом сканируя толпу, и наконец смирился с тем, что опоздал.

Она ушла.

Прошло два часа с тех пор, как Кэтрин отправила ему зашифрованное письмо, велев прийти сюда. Даже если она и была здесь раньше, срок её билета истёк, и смотрители наверняка попросили её освободить помещение.

Лэнгдон опустил взгляд на "Codex Gigas", распахнутый в своём защитном стеклянном кубе; иллюстрация "Подгузникового дьявола", казалось, насмешливо смотрела на него. Всего вчера они с Кэтрин стояли на этом самом месте, взявшись за руки, увлечённо обсуждая загадки этой невероятной книги.

Кэтрин заинтересовала легенда о Библии Дьявола, но больше всего её воображение захватила архитектура самой роскошной библиотеки. Очарованная её красотой, она расспрашивала его о паркетном полу, фресках и о том, что она назвала "ложным балконом".

"Что значит ложным?" — удивился Лэнгдон.

"Он же декоративный, да?" — она указала на балкон, опоясывающий весь зал. — "Смотри… туда никак не подняться — ни лестницы, ни двери сверху".

Лэнгдон не мог не рассмеяться. Конечно, только учёный заметит такую несуразицу. Большинство туристов, восхищающихся подвесной галереей, и не подозревает, что перед ними очевидная загадка: как туда попасть — совершенно неясно.

"Идём за мной", — шёпотом сказал Лэнгдон, незаметно кивнув направо. Он подвёл её к углу библиотеки и, убедившись, что остальные посетители увлечены Библией, осторожно потянул на себя секцию книжного шкафа. Шкаф бесшумно отворился, обнажив тёмную нишу, в которой находилась винтовая лестница, ведущая к проёму в полу балкона.

"Ну конечно, ты это знал", — пробурчала она, закатив глаза.

Тёплые воспоминания о вчерашнем дне рассеялись, когда вдруг в дверях библиотеки раздался властный голос.

"Дамы и господа!" — крикнул мужчина. "Всем покинуть выставку! Пожарная тревога!"

Многие из чешских посетителей переглянулись в растерянности и тут же направились к выходу. Часть иностранных туристов, поначалу замешкавшись, последовала их примеру.

"Пожарная тревога!" — раздался снова тот же голос. "Направляйтесь к выходу! Немедленно!"

Пожар? Лэнгдон не чувствовал запаха дыма. Неужели?

Он взглянул на толпу туристов, столпившихся у единственного выхода из библиотеки. Позади всех в дверном проеме стоял крепкого сложения мужчина в синей форме ÚZSI, наблюдая за эвакуацией... Внимательно разглядывая каждого проходящего, он даже задержал пару человек, чтобы рассмотреть их лица пристальнее.

Лэнгдон тут же узнал его. Лейтенант Павел.

Он не понимал, как тот так быстро — и так точно — выследил его, но факт оставался фактом: Павел методично прочесывал толпу.

Тревога ложная, — пронзило Лэнгдона. Это ловушка.

Учитывая, что Павел уже стрелял в него в зеркальном лабиринте, нельзя было исключать, что он попросту пристрелит Лэнгдона как последнего посетителя библиотеки.

Он окинул зал взглядом в поисках укрытия — лишь ряд глобусов да прозрачный витринный короб для кодекса. Ни то, ни другое не сулило спасения. В отчаянии Лэнгдон поднял глаза на верхний балкон, затем перевел взгляд на книжный шкаф со створками в углу зала.

Даже если он поднимется на балкон, оттуда не было выхода.Книжный шкаф — тупик. Но если спрятаться на потаенной лестнице, это могло подарить ему несколько драгоценных минут. Разумеется, музейная охрана в конце концов нашла бы его, но это все равно было лучше, чем остаться наедине с тронутым на голову, слишком падким на спусковой крючок агентом ÚZSI.

Пока Павел его не заметил, Лэнгдон откололся от потока посетителей и двинулся обратно к книжному шкафу. Подбежав, он схватил дверцу и потянул на себя.

Дверца не поддалась. Озадаченный, он дернул сильнее.Её заперли?

Устанавливать замок на этом шкафу было верхом бессмыслицы, тем более что вчера, когда они с Кэтрин...

Его внезапно осенило.

Необъяснимо... и всё же...

Поразившись собственной догадке, Лэнгдон прильнул губами к перегородке и прошептал: "Кэтрин?"

Изнутри донеслось шуршание — словно кто-то развязывал удерживавшую дверь веревку. Мгновение спустя книжный шкаф распахнулся.

Лэнгдон увидел перед собой залитые слезами глаза Кэтрин Соломон.

Не раздумывая, он шагнул к ней в объятия, и шкаф захлопнулся за его спиной. Они стояли, обнявшись, в темноте крошечного прохода, а Лэнгдон слышал, как Кэтрин тихо рыдает.

"Слава богу, — едва выговорила она. — Я думала, ты погиб".

"Я здесь", — прошептал он в ответ.

ГЛАВА 64

В темноте ниши Кэтрин прижалась к Лэнгдону, крепко обхватив его, и ни один из них не проронил ни слова. Каким бы ни был хаос за пределами их укрытия, сейчас они были одни в этом мире — по крайней мере, на этот краткий миг, вместе и в безопасности.

Я думала, больше никогда его не увижу, пронеслось в голове Кэтрин.

Время, проведенное в убежище, казалось вечностью. Она дрожала за свою жизнь и была разбита от мысли, что могла потерять человека, в которого влюблялась. Разлука с ним стала бы жестоким ударом судьбы. Все эти годы Кэтрин не могла сопротивляться обаянию Роберта, но почему-то не позволяла их отношениям перейти в романтическое русло. Может быть, она боялась потерять его как друга, но всякий раз, когда их пути пересекались, в глубине души она задавалась вопросом: может, когда-нибудь, спустя десятилетия дружбы, наступит подходящий момент.

И теперь… наконец, этот момент настал.

Переполненная эмоциями, Кэтрин крепче обняла Лэнгдона, наслаждаясь идеальным с ним совпадением и теплом его тела.

"Ты вся холодная, — прошептал Лэнгдон. — Ты в порядке? Где твое пальто?"

"Я использовала его, чтобы завязать дверь, — ответила она, объяснив, что одним рукавом привязала пальто к винтовым перилам, а другим — к ручке двери, чтобы никто не смог открыть книжный шкаф. — Эта ниша была единственным