Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Не переживай. Это просто царапина. Зато потом на театральных «капустниках» будет рассказывать, как она в настоящей перестрелке с бандитами побывала.

– Просто царапина? Да ты знаешь, как она своей кожей гордилась? А теперь шрам останется. Придется «пластику» делать, а это уже совсем не то…

– А чего такого? – пожал плечами Лев. – Сейчас пластические хирурги чудеса творят. От шрамика и следа не останется.

– А что будет, когда журналисты пронюхают, что она «пластику» делала? – возмутилась Мария. – Думаешь, кто-нибудь поверит, что она только шрам от пули исправляла? Напишут, что и коррекцию фигуры делала, и лицо подтягивала…

– Ой, Маш, да ладно! Не такая она и звезда, чтобы внимание журналистов к своей персоне привлекать. Вот из тебя бы они точно сенсацию сделали… Хотя, почему «сделали бы»? Завтра точно во всех газетах будет: «Знаменитая Строева попала в перестрелку!»

– Эх, и льстец ты, Лева! – рассмеялась Мария. – Продолжай! Я сделаю вид, что смущаюсь!..

Тяжелым разговор стал уже дома, когда Гуров предложил жене не ехать на гастроли, а побыть несколько дней дома, под охраной сотрудников полиции. Поначалу Мария отшучивалась от настойчивого предложения мужа, утверждая, что лучший способ спрятаться от бандитов, это сразу загримироваться в Бабу-Ягу и ехать так на гастроли. Дескать, в таком виде никто ее не узнает и никогда не найдет!

Гуров продолжал настаивать. Он убеждал Марию в том, что любая поездка может для нее кончиться трагически. Что в провинции, а тем более в поезде, он не сможет обеспечить ей надлежащую защиту, а преступники могут посчитать, что она видела их в лицо и сможет опознать. Тогда Строеву еще раз попытаются захватить в заложницы, а живой в любом случае не выпустят. В итоге Мария уступила здравому смыслу мужа.

– Хорошо, я остаюсь, – сдалась актриса. – Но за это с тебя, Лева, новое пальто!

Утром в Главк Гуров поехал только тогда, когда к подъезду дома поставили на круглосуточное дежурство оперативников. Идея «домашнего ареста» Марии явно не нравилась, но она понимала, что так мужу будет спокойнее работать. Провожая его в Главк, она с серьезным видом посоветовала:

– Разбирайся побыстрее со своими убийцами. Я еще тебе на Новый год подарок не купила. А заказывать по Интернету с доставкой не люблю. Мне вещь нужно руками потрогать, прежде чем приобретать.

Вспомнив вчерашний разговор с Марией, Гуров еще по дороге позвонил домработнице Морозовой Елене Коваленко и попросил прийти в Главк прямо с утра. Голос женщины показался ему слегка напуганным, но причину этого понять было трудно. Может быть, она что-то знала о смерти Челнокова и боялась, что этот факт всплывет, а может, просто волновалась из-за того, что ее вызывают в полицию. Лев усмехнулся – слишком мало людей на его памяти испытывали радость, приходя в отделы полиции, и слишком многие испытывали облегчение, уходя оттуда.

Когда он зашел к себе в кабинет, Станислав уже был там, просматривая отчет криминалистов по найденной в Огородной слободе машине. Серебристый «Hyundai» числился в угоне примерно около двух недель. Номера на нем тоже были краденые – от другой машины. И, по заключению экспертов, их меняли неоднократно – винты крепления госномеров часто выкручивали. Видимо, так бандиты старались не примелькаться в камерах видеонаблюдения.

Отпечатков пальцев в салоне нашли предостаточно, но только лишь одни из них были в базе данных. Принадлежали они Салтыкову Александру Георгиевичу, дважды судимому рецидивисту из Ростова-на-Дону. Месяц назад он был освобожден условно-досрочно. Из судебных ограничений, наложенных на него, было лишь обязательство не менять места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции. Судя по имеющейся информации, о своей поездке в Москву Салтыков инспекторов не уведомлял.

– Лева, посмотри! – Крячко протянул другу два личных дела. – Наши птички в одном гнездышке кантовались.

Гуров бегло просмотрел личные дела. Действительно, Алиев и Салтыков вместе отбывали наказание в одной из колоний общего режима в одно и то же время. Оба отбывали срок в одном отряде и по сходным преступлениям. Очевидно, что тогда они и успели сдружиться. Вопрос только в том, кто из этой парочки верховодил в группе? Узнай сыщики этот факт, вычислить заказчика покушения на Челнокова, закончившегося убийством, не составляло бы большого труда.

А вот в том, что не убийство было целью нападения на журналиста, Гуров был теперь уверен практически на все сто процентов. К явному непрофессионализму исполнения заказа добавилось то, что оба известных персонажа никогда не были замешаны в тяжких и особо тяжких преступлениях. От уличной шпаны их отделяло лишь то, что оба имели богатое криминальное прошлое. Так что вряд ли серьезные люди дали бы этим гопникам заказ на убийство. Скорее всего, Алиеву с Салтыковым поручили что-то забрать у журналиста, а они перестарались.

И тут снова на первый план выходил Григорян. По имеющимся данным, только у него могло возникнуть желание найти какие-то документы в «коллекции» Челнокова. Гурова смущало лишь то, что Салтыков был из Ростова-на-Дону, где проживал бывший муж Морозовой.

Впрочем, его к делу мог привлечь и тюремный кореш. Но зачем Салтыкову было так рисковать, уезжая из дома в Москву, где был большой шанс «засветиться» в полиции? Алиев вполне мог бы из своих столичных дружков сколотить команду. Да и тот факт, что пальчики остальных лиц, найденные в угнанной машине, не проходили по полицейской картотеке. Зачем было привлекать на дело людей без криминального прошлого? Или их использовали вслепую? Или преступники работали над этим делом вдвоем, а остальные отпечатки пальцев принадлежат хозяину автомобиля и его пассажирам?

Впрочем, последнее казалось Гурову маловероятным. Учитывая подготовку Челнокова, вряд ли Салтыков с Алиевым напали на него вдвоем. Кроме того, пальчиков москвича в «Hyundai» обнаружено не было. Не исключено, что в машине он находился только в перчатках, но в момент нападения на Марию в салоне автомобиля было минимум три человека. Из-за сильной тонировки задних стекол Гуров не рассмотрел, сколько бандитов сидело в иномарке, но с заднего сиденья стреляли двое, и кто-то еще должен был машину вести. Ни Мария, ни ее подруга о количестве и внешности нападавших тоже ничего не могли сказать.

– Стас, на всякий случай позвони в Ростов-на-Дону, – попросил Гуров. – Пусть пробьют Салтыкова, может быть, он на месте, а пальчики его еще с прошлых лет остались.

– Лева, ты меня за практиканта держишь? – возмутился Крячко. – Я еще с утра туда звонил. Обещали проверить Салтыкова. Заодно запрос железнодорожникам послал. Потребовал пробить паспорт Салтыкова, а еще тот, на который сим-карту Лещинского покупали. Кстати, ты почему задержался? Привычки опаздывать за тобой что-то не замечалось. С Марией что-то не так?

– С Марией все в порядке, – ответил Лев. – Просто ждал, пока ко мне оперов пришлют.

– Значит, уговорил ее на гастроли не ехать? – догадался Стас. – И как она после вчерашнего?

– Ты же Машу знаешь, – улыбнулся Лев. – Она все восприняла как съемки очередного фильма. Уверяла меня, что никакой опасности нет и никто за ней после неудачной попытки похищения больше охотиться не будет.

Крячко хмыкнул, зная характер Марии, и снял трубку зазвонившего телефона. С пропускного пункта доложили, что пришла Елена Коваленко, и он велел проводить ее в кабинет.

Женщина выглядела испуганной и взволнованной. К тому же, судя по мешкам под глазами, либо плохо спала ночью, либо плакала недавно. Косметики на ней было существенно больше, чем вчера в доме у Морозовой, и Гуров решил, что она, видимо, пыталась скрыть следы бессонной ночи или же «народная избранница» не одобряет пользование макияжем у прислуги.

– Присаживайтесь, Елена Сергеевна, – предложил он. – Проблем с тем, чтобы отпроситься у Анны Степановны, не было?

– Нет. Все хорошо, – коротко ответила Коваленко.

– Расскажите мне о Вячеславе Челнокове, – с ходу попросил Лев.