Солнце в оковах плюща (СИ) - Вестник Яна

Он умолк. Понятны его угрызения, ведь получается, что правление Кая Безумного за которое он был казнен, частично дело рук императора.

− Смерть вашего отца тоже не прошла без их участия. – Дав нам немного осмыслить услышанное, мужчина продолжил. − Но всего разузнать у нас не получилось. Они действовали очень аккуратно. Император имел большие планы на Регелан. И вполне мог преуспеть.

− Но одна маленькая магиня артефактор поламала ему игру, − Гил улыбнулся, пытаясь разрядить атмосферу. – Получив послание твой парень сорвался с места. Не знаю какими путями он добрался до столицы империи в столь короткие сроки. Но, получилось все лучше, чем можно было вообразить.

Я промолчала. Так как все еще не была уверена, хочу ли разделить радость Гила от того, что именно моя догадка поспособствовала смерти человека. Пусть и такого мерзкого.

− Вот только от Жилиана не было больше вестей. Где он сейчас?

− Я тоже не знаю. – Призабытая тревога о судьбе друга снова вспыхнула ноющей пустотой в груди.

− Ох. Надеюсь с ним все в порядке. Мы каждый раз пьем за его здоровье.

Атмосфера встречи заметно потеплела и на столе появились немного угощений и выпивки. Гил сделал большой глоток самодельного кваса, которым так гордились островитяне и продолжил словно обращаясь к самому себе.

– Расспросить бы его как они все провернули.

− Думаю. − Наместник поерзал в нетерпении косясь на приятеля. − Все же стоит объяснить зачем мы здесь. Теперь, когда давление со стороны империи ослабло, мы решили прекратить все распри и объединить народ. Но, страна все еще разделена. Между нами сейчас слишком много сомнений и недоверия. Чтобы восстановить мир в королевстве, людям нужна цель, которая объединит их. В этом поможет возвращение на трон правящего рода, что стоял у истоков королевства. Я уже отменил закон об изгнании проклятых и вернул право наследования первенцу. Принц Эрит, мы просим вас, отправится с нами и занять свое законное место.

− Я простой уличный громила и такие высокопарные речи мне непривычны. Но и я и те, кто стоит за мной, согласны, что так мы решим много проблем. − Гил закашлялся, видя наши ошарашенные лица. – Вдобавок, помощь в нашей борьбе сделала вас героями, которых люди примут…

− И вас не смущает мое прошлое? − Не знала, что Эрит может говорить со столь леденящими нотками в голосе.

Гил опять закашлялся, пряча глаза. Они безусловно поняли, о чем говорил муж.

− Слухи ходят разные. Но мало кто из окружения вашего брата жив. Мы будем пресекать любые попытки…

− Принц Эрит! Вы нужны стране. − Наместник говорил с отчаянием в голосе.

Он был моложе Эрита. Кровь родовитых предков в нем дополнялась молодецким запалом и способностью на вдохновенные речи. Полагаю, эти качества в нем и привлекли врага. Кто еще сможет заставить людей верить каждому своему слову? Но несмотря на это, лукавства в мужчине я не увидела. Милина тоже слушала спокойно, а ведь она бы заметила будь в его словах хоть капля лжи. Наместник Маэт смотрел на нас с просьбой и готовностью принять нового короля, ради своей страны. А ведь он сам в итоге лишится трона.

Эрит молчал. Не удивительно, после столь шокирующих новостей. Я видела, что на его лице отражалось то же, что было в моих мыслях. Ощущала через связь его растерянность, грусть, короткие вспышки негодования. И никакой радости от перспективы стать королем. Немыслимо, получить такое предложение после того как он был унижен, втоптан в грязь. Я понимаю, что не вся страна, а только кучка больных аристократов оскорбили его. Но никто не помог тогда. Никто не ринулся его защищать. С чего ему теперь жертвовать своей самодостаточной жизнью и впутываться в это? И все же, несмотря на нежелание возвращаться, он сомневался. Ведь сейчас многие возлагали на него свою надежду на мирный исход. А еще, новые факты по поводу брата. Оказывается, тот был под воздействием, и кто знает, как сложились бы их отношения при других обстоятельствах.

− Может, не обязательно это будет Эрит? – Видя, что напряжение можно резать ножом вмешался Арк. − Сейчас на острове пять представителей правящей семьи.

Муж выдохнул с благодарностью глядя на дядю. А я мысленно пожурила себя. И вправду как просто. Нужно попытаться избавить Эрита от этой ноши и у нас есть лучший кандидат.

− Пять? Мы надеялись хотя бы на одного.

− Вы много не знаете о тех, кто сослан сюда. − Успокоившись заговорил Эрит. Сложно представить каких усилий ему это стоило. − Это Арк, брат моего отца. Он знает побольше меня о интересах страны. Так же здесь его дядя Марон. − Эрит указал куда-то в толпу.

Тут же вперед вышел мужчина. Я не много знала о нем. Только то, что он один из семейных и у его родителей было еще трое младших сыновей, чьи потомки тоже попали на остров.

− И самый старый из королевской семьи Нар. Сын первого правителя. Его первым лишили права занять трон.

Я посмотрела на доброго и улыбчивого старичка. А ведь прожив столько времени на острове я даже не знала об их близком родстве с Эритом. Нар сел к нам за стол. Его тихий голос и неспешная речь никак не вязалась с тяжелым смыслом его рассказа.

Он с грустью вспомнил о братьях, которые погибли пока король «искал» условия проклятья. Так стало известно, что только королева способна родить «чистого» ребенка. А предумышленная смерть отмеченного первенца обратит метку на следующего сына. Нару позволили прожить достаточно долго чтобы родился наследник. И несколько лет он не испытывал лишений. Только в день инициации появился злой зверь, который не поддавался контролю. Тогда его и еще троих сыновей короля от других женщин сослали на остров. Мужчина поведал как им, подросткам, было трудно смирится с жизнью отшельников. Как понемногу привозили остальных. Много пришлось ему вынести за полторы сотни лет.

Помолчав, Гил провел подсчет.

− Вы сказали, что всего пять наследников.

− Есть еще Кай, племянник Эрита. − Ответил Арк.

− Сын короля Кая? Полагаю, он еще слишком мал. А вот взрослые… Это может быть сложно − посадить на трон того, о ком ничего не известно. Но, − наместник снова обратился к Эриту. – Что, если вы вместе согласитесь поплыть с нами. Получите привилегии как претенденты на трон. Мы сможем заверить людей, что королевский род не погиб. А выбор останется за народом.

Эрит нахмурился. Похоже, в гробу он видел эти королевские привилегии, принесшие ему только боль.

− А что по поводу остальных изгнанников? − Заговорил Гарен, до сих пор насторожено наблюдавший за прибывшими, отслеживая любую опасность. – Почти все мужчины на острове в недалеком родстве с королем. И внебрачные сыновья, и первенцы. Что с ними будет?

− Должны быть записи в семейном регистре. − Растерянно ответил наместник. Он явно не ожидал такого вопроса. − Если удастся восстановить родовую принадлежность, то вы вполне можете получить все, что полагается гражданину Регелана.

Теперь в замешательстве были все. Неужели им предложили отправится в Регелан искать родню и наследство? Я наблюдала за реакцией мужчин и порадовалась, что они уже не спешат действовать опрометчиво. Никто не желал впутываться в чужие склоки, не имея никаких гарантий, полагаясь исключительно на эфемерные обещания. Ведь за прошедшие месяцы каждый собирал себе сумму на жилье в Подгории. Некоторые договорились вместе начинать дело, поддерживать друг друга. Они уже видели картину мирного будущего.

Несколько дней нам дали на раздумье. Мы показали гостям свой быт и производство. Мои мастерские тут же получили несколько десятков заказов. Наместник предложил, чтобы корабль на остров плавал регулярно. Все обрадовались такому решению, ведь так мы могли бы не только наладить торговлю, но и путешествовать.

С момента прибытия корабля дети вели себя странно. Все время убегали в лес, росший в глубине острова. Даже разбили импровизированный лагерь. И поглощенные своей новой игрой больше не просились на пляж, который со дня снятия барьера был чуть ли не любимым местом. Посовещавшись, мы сделали вывод, что такое поведение − реакция на чужаков и их корабль. И так как дети были в безопасности, нам оставалось лишь разрешить им продолжать игру, смысл которой взрослым не понять. Ведь иногда не так и плохо уметь теряться в своем воображении. Только там, в бесконечности выдуманных миров на грани чувственных сфер, тонкая душа огражденная от тревог ищет для себя ответы. Чему не мешало бы поучится нам, серьезным и вечно закрытым в одной реальности взрослым.