Маска Смерти. Книга 1. Часть 1. Печать Змеи - Константин Храбрых

Неожиданно, мне припомнилась похожая фраза, прочитанная мной в одной из книг. Которую я и озвучил:

— «Принцесса стоит смерти»…

— Да-а, друг, наш философ глубоко засел в тебе со своими догмами!

Мы вместе рассмеялись.

Сегодня я понял термин «распушить перья».

Расфуфыренные, надушенные… по-моему, они даже брови подвели! От такого уже у меня дрожь началась. Олес же с каменной ро… лицом наблюдал за этой картиной. Я, правда, не понял — то ли он скривиться хочет, то ли расхохотаться.

Зал, куда меня проводил сухонький дворецкий (или слуга — я так и не понял, какую должность занимал этот человек), был огромным.

В углу на небольшом возвышении находилась группа музыкантов. Женщины еще не появились. Олес сел по правую руку от отца, а на попытку одного из сокурсников примоститься рядом, произнес тому что-то шепотом. Тот подскочил, как ужаленный, и ускакал на противоположную сторону стола. Как впоследствии выяснилось, именно там, с противоположной стороны, должны были сесть дамы. Так что ему вроде как повезло и он устроился аккурат возле них…

Первым появился отец Олеса. Герцог Грайл был в свободном, не стесняющем движения, костюм. На поясе справа — длинный узкий меч с лепной рукоятью с крупным рубином в гарде и тонкой гравировкой. Поприветствовав гостей, он сел во главе стола.

Пинок под столом и шепот Олеса:

— Не вздумай пить из кубков! Да и с едой… — Тут Олес заметил, что отец прислушался к нам. — Добрый вечер, отец.

В следующий момент распахнулись главные двери, ведущие в зал…

Большинство гостей мужского пола подорвались со своих мест за столом, которые уже успели облюбовать.

Ну, а дальше — чудная картина: «распушив павлиньи хвосты», гости, осыпая комплиментами появившихся дам, сопроводили их к столу, едва не начав драку за право отодвинуть стул. Едва не прозвучали вызовы на дуэль.

Леди продефилировали через зал к столу, позволив себе только легкий поклон, согласно этикету. Все.

У всех три девушек были светлые волосы с легким голубоватым отливом. Большие голубые глаза. Высокий рост. Ну, «высокий» — для меня. Примерно, сантиметров на 5–8 выше. Как любят выражаться классики: обладали высоким станом, белоснежной кожей, и ледяным взглядом.

«Умны, стройны, высокомерны», — оценил я.

На хозяйке, матери Олеса герцогине Лаардан, было черное платье с полями, скрывавшее стройные (ну, а как иначе-то?) ноги до самых щиколоток. Это же платье соблазнительно облегало высокую грудь над тугой шнуровкой. На руках — черные перчатки. Волосы уложены в хитрую прическу, в которой при желании можно спрятать немаленький арсенал метательных спиц или чего-нибудь подобного.

Девушки были в белых платьях, расшитых мелкими самоцветами, дающими интересную игру света. Хм… И являющихся интересным артефактом… А узор этих камней, между прочим, составляли сложный контур, скорее всего защитного типа.

«Очень интересная у Олеса семейка. Очень!»

Наконец, все расселись, и слуги стали подавать еду… Желудок жалобно заурчал, так как последний раз, когда в него что-то попадало, был утром. А запахи были настолько хороши…

— Что-то не так виконт ан'Драффл? — голос девушки напротив, вывел меня из мысленной борьбы с собой. — Вы совсем не едите.

— Да. Увы, пока не могу.

— Не нравится, как готовит наш повар?

— Если бы я сегодня мог оценить его труд… увы, после недавней практики у меня проблемы со здоровьем и приходится питаться раз в сутки. Остальное время врачи заставили меня пить восстанавливающий эликсир.

Я достал из-под полы плаща упаковку апельсинового сока и мензурку. С шипением открыв крышку на тетрапаке, я налил двести пятьдесят грамм «лекарства» и неторопливо пригубил.

— Не за столом будь сказано — редкостная гадость, сударыня! — Жалобно посмотрел я на девушку. — Но, увы и ах, с врачом спорить — себе дороже!

Судя по удивленно округлившимся глазам, такого поворота не ожидал никто. Олес уткнулся лицом в тарелку, старательно работая челюстями. А иначе то, как он гримасничал, чтоб в голос не заржать, стало бы заметно по покрасневшей физиономии.

— Мальчик мой, тебе тоже нездоровится? — Искренне забеспокоилась герцогиня Лаардан.

Олес, с трудом сдерживая смех, просипел в ответ:

— С-с-с-специи, матушка! Отвык за время учебы. Простите!

— Тогда попробуй рыбу, там их почти нет! — Его сестра, Иллонеста, изобразила на лице легкую заботливую улыбку.

Дальше пошло по накатанной. У остальных гостей неожиданно проснулась повышенная болтливость, причем остальные оказались не менее болтливыми. За полчаса неторопливой трапезы я узнал о сокурсниках такое, чего вряд ли смог бы добиться под пытками.

Налив новые двести грамм сока я с легкой улыбкой, немного морщась, принимал «лекарство». Тем временем поток интересного стал иссякать, и глава семьи изволил переключиться на меня:

— Кстати, виконт…

— Можно просто Курт, прошу прощения, если что не так, просто не люблю весь официоз, и расшаркивания, отнимают время.

Олес от этих слов подавился. Все тут же переместили взгляд с меня на него.

— Прошу прощения. Ком в горле застрял.

— Хорошо, но так как мы не на беседе, а на ужине, то порядок нарушать не будем. Виконт ан'Драффл, вам, может быть, необходима помощь лекаря? У нас отличные семейные врачи!

— О, благодарю, но не стоит беспокоиться! У меня просто сильное истощение организма. Попал под магическую волну взрыва магического эксперимента во время практики. Теперь заставляют пить всякую… пакость — еще раз простите! — якобы восстанавливающую организм. Ну, еще пара дней и думаю, что я буду в порядке.

— Не расскажите немного о себе?

— Могу, конечно. Вот, только что вас интересует? — Вежливая улыбка.

— Откуда вы родом?

— Ну, тут рассказывать особо и нечего. Родом из Терра-на-Наларра, так называются наши нынешние владения. — «М-да, задачка». — Единственный ребенок в семье. Всю жизнь прожил в родовом замке, учился, читал, захотелось посмотреть мир — и решил поступить в академию. Вроде все.

— А насколько вы сильный маг? — Миаринда кокетливо посмотрела сквозь хрустальный бокал. — Брат о вас очень высокого мнения.

При этих словах Олес пнул меня под столом и сделал страшные глаза. Меня-то за что?!

— Ну, я бы не назвал себя сильным магом, даже от общего обучения меня отстранили на практических занятиях.

Мне показалось или в ее взгляде промелькнуло разочарование? Или даже отблеск презрения? Непонятно. Живые очень часто ставят в тупик непонятной реакцией!