Молот Люцифера - Ларри Нивен

Форрестер тут же принялся извиняться.

— Извините, я знаю, что вы делаете все, что в ваших силах. Просто очень трудно определить проекционную кривую, не имея достаточно точных данных.

А затем пришлось потратить пять минут, гладя Форрестера по шерстке и уверяя, что никто на него не сердится.

— Бывают минуты, когда я чувствую, что эти гении доведут меня до сумасшедшего дома, — сказал Джонни Бейкер.

— Простейший способ утихомирить их — это дать им то, что они требуют, — сказал Деланти. — Никто не слышал, чтобы он выражал недовольство результатами моих наблюдений.

— Знаешь, куда тебе их следует запихать? — спросил Бейкер.

Деланти перекатил на него свои глаза.

— Куда? — поплыл к Бейкеру: — Вот что, я их представлю в цифровой форме и отпечатаю. А ты дай себе труд просто прочесть их.

Когда утренние наблюдения были закончены, и появилась короткая возможность отдохнуть, Петр Яков покашлял с извиняющейся интонацией.

— У меня есть вопрос, — сказал он. — Мне его давно уже хотелось задать. Пожалуйста, не поймите меня неправильно.

Джонни сообразил, что Петр не торопился задать свой вопрос, пока Леонилла не уйдет в «Союз»и не прикроет плотно за собой крышку люка.

— Конечно. Смелее.

Петр переводил взгляд с одного американца на другого и обратно.

— В наших газетах утверждается, что в Америке черные служат белым, что белые командуют черными. Но мне кажется, что вы сработались друг с другом очень не плохо. В общем прямо говоря, вы считаете себя равными?

Рик фыркнул.

— Нет, черт побери. У него более высокий чин.

— Но в остальных отношениях? — настаивал Петр.

Лицо Рика казалось вполне серьезным — но только не для американца.

— Генерал Бейкер, могу я быть вам ровней?

— А? Ну конечно, Рик, конечно, ты можешь быть мне ровней. Почему ты не желаешь говорить прямо?

— Ну понимаешь, это такой деликатный предмет…

Выражение лица Петра Якова изменилось. Но прежде, чем он успел взорваться, Джонни спросил:

— Вы действительно хотите, чтобы я вам всерьез объяснил, как у нас обстоят дела с меж расовыми взаимоотношениями?

— Если вас это не затруднит.

— Как Леонилла ухищряется мочиться в состоянии невесомости?

— Гм… Я… помогаю.

— Помогаете в чем? — извиваясь всем телом, Леонилла лезла обратно через люк.

— У нас тут маленькая дискуссия, — сказал Джонни. — Не включающая обсуждения никаких государственных секретов.

Леонилла щелкнула запором и испытующе посмотрела на троих мужчин. Джон Бейкер стучал по клавишам карманного компьютера с ручным программированием… Петр Яков широко улыбался, наблюдая за его действием с нескрываемым восхищением… но все трое улыбались широкой раздражающей постороннего улыбкой — улыбкой «а я что-то знаю».

— Вас снабдили хорошей техникой, — сказал русский космонавт. — Поэтому здесь, в космосе, мы кое в чем отстаем от вас.

У Деланти было, похоже, что-то не в порядке с дыханием.

— О, этот карманный компьютер не принадлежит НАСА, — быстро сказал Бейкер. — Он мой.

— Вот как? И дорого он стоит?

— Пару сотен долларов, — сказал Бейкер. — Гм, в рублях это получается много, а вот если подсчитать, сколько человеку нужно работать, чтобы купить его, выходит поменьше. Пожалуй, недельный заработок среднего служащего. Для того, кому нужен такой компьютер, это недорого.

Если б у меня были деньги, сколько б мне пришлось ждать, чтобы купить его? — спросила Леонилла.

— Примерно пять минут, — сказал Бейкер. — В магазине там внизу, на Земле. Если вы совершаете покупку, находясь здесь, это займет несколько больше.

Леонилла рассмеялась.

— Я имела в виду — внизу… Их можно… вот такие… просто купить в магазине?

— Если у вас есть деньги. Или вы пользуетесь кредитом. Надежным кредитом. Впрочем, кредит может быть и не совсем надежным, — объяснил Бейкер. — Ну так что? Вам нужен такой компьютер? Черт возьми, мы изыщем возможность, чтобы он у вас был. Вам тоже нужен, Петр?

— Это действительно возможно?

— Конечно. Это не трудно, — сказал Бейкер. — Я свяжусь с человеком из отдела по связям с общественностью из «Приборов Техаса». Вам будет вручена пара таких компьютеров. Для «Техас инструмент» это послужит хорошей рекламой. После этого торговля у них пойдет лучше. Но, может, вам бы больше хотелось иметь компьютер «Хьюлетт Паккард»? У них несколько иная система обозначений, но зато более скоростное быстродействие…

— Вот что меня смущает, — сказал Петр, — две различные компании, производящие равно великолепную технику. Соперничающие между собой компании. По-моему это расточительство.

— Может быть, и расточительство, — сказал Рик Деланти. — Но зато я могу пойти в любой магазин электронного оборудования и свободно купить компьютер, который мне нравится.

— Никакой политики, — предупредил Джонни Бейкер.

— Здесь нет никакой политики.

Воцарилась неловкая тишина. Петр Яков подплыл к камере, снимающей в ультрафиолетовом свете. Ласково погладил ее:

— Какая точная. Какая сложная, и все на электронике. С вашей американской техникой действительно приятно работать. — Он обвел рукой «Молотлаб», заполненный контейнерами с растущими кристаллами, съемочными камерами, радарами и записывающими приборами: — Просто удивляет, как много нового мы узнали за время этого недолгого совместного полета. Узнали благодаря вашему великолепному оборудованию. Так много узнали, как, думаю, не удалось ни одному из предыдущих «Союзов».

— Много? — голос Леониллы Малик звучал саркастически. — Много — и даже больше, чем вы имели в виду. — Голос ее был пронизан такой горечью, что все трое мужчин застыли в изумлении. — Наши космонавты совершают полет ради полета. Они летят в качестве пассажира, просто чтобы доказать, что мы способны посылать людей в космос, и что некоторые из них могут даже вернуться на Землю живыми. Все, что мы дали для этого полета, это пища, вода и кислород для экипажа… и добавили еще один корабль к вашим двум.

— Он необходим был для этой экспедиции, ваш корабль, — сказал Рик Деланти. — У вас тоже очень хороший корабль.

— Да, но этим и ограничивается наш вклад в экспедицию. А поскольку мы развиваем программу космического исследования…

Яков прервал ее, быстро сказав что-то по-русски. Он говорил слишком быстро, чтобы Джонни и Рик не могли разобрать сказанное, но общий смысл был очевидный.

Леонилла ответила одним словом — коротким, резким и затем продолжала: — Марксизм в качестве своей основы берет объективную реальность, не так ли? Мы развиваем свои программы космических исследований. Сергей Королев был одним из величайших гениев за всю историю человечества! Он мог превратить нашу программу исследований космоса в могущественнейшее средство познания мира, но этим психам из Кремля хотелось эффектного! Хрущев приказал начать представление — ему хотелось посрамить американцев. И вместо того, чтобы продвигаться вперед, развивать свои возможности, мы начали демонстрировать миру цирковые трюки! Мы первыми вывели одновременно трех человек на орбиту… но для этого из корабля пришлось выкинуть все научно-исследовательское оборудование! И лишь после того как оно было выкинуто, в корабль удалось пихнуть третьего члена экипажа. Человека очень маленького роста… Впихнули в кабину, рассчитанную на двух человек… И все это ради одного полета на орбите! Цирковое представление! Мы могли бы первыми совершить высадку на Луну, но пока что мы все еще лишь готовимся к этому полету!