Тайный орден - Тимур Лукьянов

свою ступу, что-то сказал старику и вышел следом за ними, и все они опять оказались

в узком проулке.

—Перед вами Яков, ваш проводник, — представил раввин молодого человека.

—Сколько тебе лет? — Спросил аббат.

—Двадцать три, — ответил Яков.

—Нам сказали, что ты знаешь тайные торговые тропы в Пиренейских горах

Арагона и можешь провести нас к месту, где разбойники пленили Эфраима бен

Кохава. Так ли это?

—Я бывал в тех местах пару раз.

—Путешествие может быть опасным, поскольку целью его является вызволение

из плена Эфраима. Готов ли ты, юноша, рисковать жизнью ради спасения этого

человека? — Спросил аббат.

—Да. — Без раздумий ответил Яков.

—Но по какой причине?

—Эфраим мой отец.

Аббат перевел взгляд на Соломона Ицхаки.

—Почему вы не сказали нам об этом, ребе?

—Дело в том, что Яков незаконный сын Эфраима. Его мать была христианкой, и

по нашим законам он не считается евреем и не может претендовать на наследство. Но

зато с ним у вас будет меньше хлопот в дороге, чем с любым другим родственником

Эфраима, так как для этого парня не обязательно готовить кошерную пищу[46].

—Что ж, собирайтесь, молодой человек. Вот ваш командир, мессир Гуго де Пейн.

Уже сегодня вы должны поступить в отряд. У вас есть время до вечера. И запомните,

дело не терпит отлагательства и огласки. — Сказал аббат.

—Берите с собой только самое для вас важное, что можно поместить в одну

дорожную сумку. Все остальное, лошадь, походную одежду и снаряжение получите из

запасов графа Шампанского. Питанием и жалованием мы тоже беремся вас

обеспечить на всем протяжении пути. — Прибавил де Пейн.

Глава 13. Последние приготовления

Условившись с проводником Яковом о встрече после вечери у ворот Сторожевого

замка, к обеду Гуго де Пейн и аббат возвратились в резиденцию графа Шампанского.

В этот день де Пейну была оказана высокая честь: его пригласили отобедать вместе с

самим графом. Но обед не был торжественным, его подали не в большой зал, а в

маленькую трапезную, расположенную на втором этаже дворца, рядом с покоями

хозяина. Сегодня на графском обеде присутствовали только несколько человек самого

ближайшего круга, потому что этот обед одновременно являлся и секретным военным

советом.

Во главе стола сел граф, по правую его руку расположился аббат Мори, по левую

— капитан городской стражи Труа Андре де Монбар, а далее, рядом с Андре, — Гуго

де Пейн. Прислуживал молчаливый цирюльник Анри, он же оруженосец и

виночерпий юного графа Шампанского. И снова, между переменами блюд, обсуждали

предстоящий поход. После второго блюда граф вытер губы белоснежной кружевной

салфеткой и торжественно произнес:

—Итак, мессир Гуго, шателен замка Пейн, нашим решением вы назначены

командиром особой экспедиции. Это высокая должность, ибо подчиняетесь вы отныне

только мне лично. И, думаю, что это последняя наша встреча перед вашим

выступлением, потому что время не терпит, миссия, возложенная на вас в интересах

Шампани, секретна, и, во избежание заминок и ненужных слухов, вы должны отбыть

из Труа уже завтра на рассвете. Согласны ли вы с моим решением? — Граф

пристально смотрел на де Пейна.

—Монсеньер, я, как честный вассал, выполню любое ваше решение. Ради

интересов Шампани я готов на все, что не идет вразрез с долгом и честью

христианского рыцаря. — Ответил с достоинством молодой воин.

—Я знаю, что вы, Гуго, человек чести, но сейчас я вас не как сюзерен вассала

спрашиваю, а просто, как один христианский рыцарь другого христианского рыцаря.

Справитесь ли вы с командованием отрядом? Доводилось ли вам водить в бой людей?

Могу ли я положиться на вас? И, если вас пугают трудности дальнего похода, вы еще

можете отказаться.

—Сделаю все, что в моих силах, монсеньер. В горах Испании я командовал

десятком рыцарей, и не один раз мы сеяли смерть среди мавров и сарацин, а

трудности дальнего похода не пугают меня. — Ответил де Пейн, глядя в глаза своему

юному сюзерену.

—Что ж, рад слышать ответ, достойный мужчины. Тогда в последний раз хотим

мы обсудить с вами детали похода. Думаю, вам хорошо известно, насколько опасны

сейчас дороги Франции. Во многих землях дальше к югу нет ни королевской власти,

ни власти сколько-нибудь значительных сеньоров. Там правят мелкие деспоты, не

верящие ни в Бога, ни в короля, и признающие лишь самих себя высшей властью. Есть

там и просто глухие заброшенные места, сильно пострадавшие от чумы и неурожаев

последних лет, где на многие лиги вокруг нет никого, кроме волков и разбойников.

Поэтому, позвольте вас спросить, каким образом не так давно вам, одному, удалось

добраться невредимым из Испании до Пейна? — Спросил граф.

—Я был осторожен, монсеньер, и старался не привлекать к себе излишнего

внимания. Передвигался я только в светлое время и избегал опасных мест. Мне

помогала лошадь. Да, да, не смейтесь, моя лошадь всегда заранее чувствует опасность

и начинает дрожать и дергать ушами. Поэтому почти все засады мне удалось

объехать. Я попал только в одну, но, с Божьей помощью, мне посчастливилось

отбиться от разбойников и вырваться из их рук. — Сказал рыцарь.

—Все это говорит лишь о том, что у вас замечательная лошадь, и что вам

повезло. И все же, каким маршрутом вы ехали? — Снова задал вопрос граф

Шампанский.

—Спустившись с Пиренеев, я поехал на северо-восток через Гаронскую равнину,

через Гасконь. Сначала по землям виконта Беарна, затем сквозь графство Вигорское,

далее я проехал графство Асгарак и выехал к Тулузе. После Тулузы я повернул на

север и ехал через графство Креси. Потом через Овернь я проехал к Мулену, что в

землях Бурбонов, далее через графство Неверское к Везле, затем к Тоннеру, а потом к

переправе у Бар-сюр-Сен и прямиком к Пейну. — Поведал де Пейн.

—И сколько времени занял у вас этот путь? — Опять спросил граф.

—Я добирался почти два месяца. — Сказал рыцарь.

—Это слишком долго. — Сказал граф.

—Да, это долго, — вмешался в разговор аббат Мори, — но вы ехали один и с юга,

а граф никак не может послать целый отряд из Труа напрямик через земли герцогства

Аквитании. Герцог Аквитанский часто воюет со старшим братом нашего графа из-за

приграничных владений графства Блуа и не питает особого дружелюбия к Шампани.