Метка Афины - Рик Риордан

— О нет, — прохрипел он, — точно следуя указаниям суфлера. — Я превращаюсь в чокнутого дельфина.

И начал трансформироваться: нос вытянулся, как хобот, кожа стала лоснящейся и серой. Уже в виде дельфина он упал на палубу и забил хвостом по доскам.

Пиратская шайка разбежалась кто куда. Стрекоча и пощелкивая, разбойники побросали оружие, забыв про пленников, не обращая внимания на приказы Хрисаора, и попрыгали за борт. В этой суматохе Аннабет быстро перерезала путы Хейзел, Пайпер и тренера Хеджа.

За считаные секунды Хрисаор остался один, и его окружили. У Перси и его друзей из оружия остался только нож Аннабет и копыта Хеджа, но кровожадное выражение их лиц подсказало Хрисаору, что он обречен.

Пират попятился к поручням.

— Это еще не конец, Перси Джексон, — прорычал он. — Я отомщу…

Тут ему пришлось прерваться, потому что Фрэнк снова перевоплотился. Восьмисотфунтовый медведь гризли может положить конец любому спору. Один взмах огромной лапы, и золотая маска отлетела от шлема. Хрисаор завопил, тут же закрыв лицо руками, и свалился в воду.

Ребята подбежали к поручням. Хрисаор исчез. Перси подумал, а не пуститься ли за ним в погоню, но он не знал эти воды и не хотел снова столкнуться с этим парнем один на один.

— Это было просто здорово! — Аннабет его поцеловала, и настроение у юноши моментально улучшилось.

— Это от безнадежности, — поправил ее Перси. — Да, надо избавиться от пиратской триремы.

— Сожжем ее? — спросила Аннабет.

Перси посмотрел на банку диетической «колы», которую по-прежнему держал в руке.

— Нет. У меня есть идея получше.

Это заняло больше времени, чем рассчитывал Перси. Пока ребята работали, он осматривал морскую гладь, на случай, если Хрисаор со своими пиратами надумает вернуться, но они не вернулись.

Выпив немного нектара, Лео смог подняться на ноги. Пайпер обработала раны Джейсона, но, несмотря на их жуткий вид, все оказалось не так страшно. Юноша больше стыдился того, что снова дал себя схватить, и Перси его понимал.

Ребята переносили все вещи на прежние места и прибирались после нападения, а тренера Хеджа запустили на вражеский корабль, где он в свое удовольствие крушил все подряд своей бейсбольной битой.

Когда сатир закончил, Перси сгрузил вражеское оружие обратно на пиратский корабль. Их кладовая ломилась от сокровищ, но Перси настоял на том, чтобы ничего не трогать.

— Я чувствую, что у них на борту золота где-то на шесть миллионов долларов, — сказала Хейзел. — Да еще алмазы, рубины…

— Шесть ми-миллионов? — Фрэнк начал заикаться. — Канадских долларов или американских?

— Оставьте, — велел Перси. — Это часть подношения.

— Подношения? — переспросила Хейзел.

— Угу, — кивнул Перси. — Канзас.

Джейсон заухмылялся, он ведь тоже был с ними, когда они встретили бога вина.

— Безумие. Но мне это нравится.

В конце концов Перси прошел на борт пиратского корабля и открыл кингстоны. Предварительно он попросил Лео просверлить несколько дополнительных отверстий в днище корпуса, использовав свои волшебные инструменты, что Лео с удовольствием и сделал.

Члены экипажа «Арго-II» собрались у поручней и перерезали веревки абордажных крюков. Пайпер принесла свой новый рог изобилия и, следуя указаниям Перси, пожелала, чтобы из него пролился дождь банок диетической «колы». Банки полились рекой, как из пожарного шланга, завалил всю палубу пиратского корабля, и он начал погружаться. Перси думал, что на это уйдет несколько часов, но под весом банок и морской воды корабль затонул на удивление быстро.

— Дионис, — воззвал Перси, поднимая над головой золотую маску Хрисаора. — Или Бахус… не важно. Ты помог свершиться этой победе, хоть тебя здесь и не было. Твои враги дрожали, услышав твое имя… или название твоей диетической «колы», кто знает. Так что спасибо тебе.

Слова дались ему с трудом, но Перси умудрился ими не подавиться.

— Мы приносим тебе в дар этот корабль в качестве подношения. Надеемся, что оно тебе понравится.

— Шесть миллионов золотом, — пробормотал Лео. — Лучше пусть ему понравится.

— Ш-ш-ш, — одернула его Хейзел. — Драгоценные металлы не так хороши, как тебе кажется, поверь мне.

Перси забросил золотую маску на борт судна, которое погружалось все быстрее, а на уровне грузового отсека из весельных портов триремы забила, пузырясь, коричневая газированная жидкость, окрасив море в пенистый коричневый цвет.

Перси вызвал волну, и она захлестнула вражеское судно, а Лео направил «Арго-II» прочь от места затопления корабля.

— А это разве не загрязнение окружающей среды? — спросила Пайпер.

— Я бы не стал из-за этого переживать, — ответил Джейсон. — Если Бахусу понравится подношение, корабль просто испарится.

Перси не знал, произойдет ли это, но чувствовал, что сделал все, что мог. Он не верил, что Дионис услышал их, и тем более не верил, что бог станет им помогать в борьбе с гигантами, но попытка не пытка.

«Арго-II» взял курс на юг и теперь двигался сквозь туман. Перси решил, что есть, по крайней мере, один положительный итог его боя с Хрисаором: он чувствовал себя настолько униженным, что даже смог себя заставить принести подношение этому винному пижону.

После встречи с пиратами друзья решили пролететь остаток пути до Рима. Джейсон настоял, что уже достаточно оправился и готов стоять на часах вместе с тренером Хеджем. Сатир так зарядился адреналином, что при каждом попадании корабля в воздушную яму размахивал битой и вопил: «Умрите!»

До рассвета еще оставалась пара часов, поэтому Джейсон предложил Перси пойти немного поспать.

— Все нормально, старик, — убеждал он. — Дай и другим шанс спасти корабль, а?

Перси согласился, но, улегшись на кровать, долго не мог заснуть.

Он рассматривал покачивающийся на потолке бронзовый фонарь и думал о том, как легко Хрисаор одолел его на мечах. Золотой воин мог убить его одной левой, однако оставил Перси в живых только из-за того, что кое-кто другой хотел заплатить за привилегию убить его позже.

Перси чувствовал себя так, словно в щель между его доспехами вонзилась стрела. Как если бы на нем все еще пребывало благословение Ахиллеса, а кто-то нашел его слабое место. Чем старше он становился, чем дольше выживал, будучи полукровкой, тем больше его друзья им восхищались. Они от него зависели и полагались на его силу. Даже римляне подняли его на щите, сделали претором, а ведь они знали его всего несколько недель.

Но Перси не ощущал в себе особых сил. Чем более героические поступки он совершал, тем больше понимал, как ограничены его возможности. Он чувствовал себя обманщиком. «Я не такой потрясающий, как вы думаете», — хотелось ему закричать своим друзьям. Ведь его поражения, вроде сегодняшнего, это подтверждали. Может, он из-за этого стал бояться задохнуться? Не столько боялся утонуть в земле или в воде, сколько захлебывался в ожиданиях других, которые он не оправдывал, а они буквально накрывали его с головой.

Ух ты… Когда он начал это обдумывать, то понял, что слишком много времени проводил с Аннабет.

Афина однажды сказала ему о его фатальном недостатке: будто бы он слишком предан друзьям. Он бросился бы спасать друга, невзирая ни на что, даже если это стало бы причиной конца света.

В то время Перси просто отмахнулся от этой мысли. Разве верность — это плохо? К тому же до появления титанов все как-то улаживалось: он спас друзей и победил Кроноса.

Однако сейчас Перси начал задумываться. Он бы с радостью прыгнул в пасть любому чудовищу, богу или гиганту, чтобы только уберечь друзей, но что, если это не его задача? Что, если это должен сделать кто-то другой? Эту идею оказалось очень сложно принять. Ему всегда было трудно уступать даже в мелочах, например, когда нужно отдать Джейсону очередное дежурство. Он не хотел ни на кого полагаться, не хотел, чтобы кто-то пострадал, защищая его.

Так поступила его мама: жила с мерзким жирным смертным мужиком, потому что думала, что таким образом спасет Перси от чудовищ. Его лучший друг Гроувер защищал Перси почти целый год, прежде чем Перси наконец узнал, что он полубог, и Гроувера едва не убил Минотавр.

Перси больше не ребенок и не хочет, чтобы кто-то, кого он любит, рисковал ради него, он сам должен обладать достаточной силой, чтобы быть защитником, но теперь вынужден позволить Аннабет в одиночестве следовать за Меткой Афины, зная, что на этом пути ее может подстерегать смерть. Если придется выбирать — спасти Аннабет или выполнить возложенную на них задачу, — сможет ли Перси выбрать второе?

Наконец усталость взяла верх, и он заснул, но в кошмарах слышал раскаты грома — это смеялась богиня земли Гея.

Перси снилось, что он стоит у дверей Большого дома в Лагере полукровок. На склоне Холма полукровок появилось спящее лицо Геи — ее крупные черты сложились из теней на траве, губы не двигались, но голос богини эхом прозвучал над долиной.