Снежная сага - Данил Сергеевич Кузнецов

полностью обеспечены!.. Скорее, у них тоже приборов не очень много — сколько удалось перехватить за годы существования…

— Ну и? — хмыкнул Дёмин.

— Если мы, в свою очередь, утянем у них хотя бы несколько штук, то сможем нанести серьёзный удар по их деятельности. Может, и не парализуем, но магическое зондирование города точно затрудним.

— А смысл? — сказал Павел Кор. — Следить за нами и убивать мирных жителей от этого точно не перестанут, а вот самим нарваться на пулю шансы весьма велики…

— Можно попробовать для начала у кого-нибудь одного. Поглавнее желательно… и — как можно скорее, чтобы не дать им подготовить что-нибудь ещё покруче…

— У Гречко, что ли? — удивлённо хохотнул Георгий. — Вот так, этой ночью, без подготовки? Да и вдруг он дома будет?..

— Давайте мыслить логически, — продолжил Ковролинов и отпил из картонного стаканчика. — Сейчас мы с «тёмными» находимся в жёсткой конфронтации. Во вторник и в четверг у них точно были собрания. Теоретически — также и в среду, мы точно не знаем, у нас своё было… События начинают ускоряться — значит, можно предположить, что и сегодня наши конкуренты сойдутся вместе — уже для принятия кардинальных решений…

— А так ли им выгодны будут эти решения? — спросил средних лет блондин — Мирослав Катюрин. — Если в их рядах (или, чем жизнь не шутит, и во главе) — не очень-то и мелкий чин местного Комитета, то он как никто должен понимать, что излишняя активность привлечёт внимание спецслужб. А тогда — всё, придётся прикрывать лавочку… Сегодня они и так нашумели — следовательно, пару дней или хотя бы завтра будут осторожнее…

— Чего им стоит убить меня, перед тем как затихариться? — сказал Георгий. — Выкинуть труп в реку, изрезать лицо, свести отпечатки пальцев, подделать в случае чего тест ДНК? Не объявлять публике, что убит следователь, спихнуть дело Колесову, сказать моим знакомым, что я перевёлся или уехал?..

— Тогда вам, Георгий, и вправду надо бежать, — сказал Дёмин и нервно захрустел крекером. — На эту самую пару дней. Провести, скажем, выходные на даче… Но чтобы больше никто не погиб, надо, во-первых, предупредить всех потенциальных жертв, а во-вторых, за это время поразмыслить и поискать ниточки, чтобы уже в понедельник, сразу по возвращении, прижать как можно больше людей. Советую тоже уехать или запереться дома всем вам. Всё-таки тринадцать — наибольший состав, которого когда-либо достигал ФРИК. Не хотелось, чтобы ему пришлось вынужденно уменьшаться…

— Не бойся, Мих, мы справимся, — ответила Александра. — Лично я также считаю, что выкрасть хоть один детектор будет нам только на руку. Это может нам дать несколько очков вперёд — и, к тому же, разозлит этих и заставит совершить как минимум одну ошибку…

— Да, но кто этим займётся? — сказал её брат.

Вновь наступила тишина. Писатели стали переглядываться… а потом все как один устремили глаза на Георгия, видного им на экране ноутбука Дёмина.

— Выходит, на вас вся надежда, — сказал Мих, обращаясь к Шитову. — Ни к чему не принуждаем, но… сами понимаете… на войне как на войне…

— Чужими руками решили жар загрести? — презрительно бросил Георгий. — Сами не можете ничего со своей конспирацией… Магаданова когда-то не уберегли — теперь наша очередь, что ли?

Он обвёл рукой сидевших втроём перед ноутбуком Хремгира, себя и Геру.

— Я не это имел в виду… — потупившись, прошептал Дёмин.

Атмосфера в обеих комнатах в этот миг словно сгустилась и стала какой-то ядовитой… и взрывоопасной, что ли. Георгий даже принюхался, чтобы различить какие-нибудь бензиновые или кислотные пары.

Нет, никаких ядов вроде не чувствовалось. Пахло лишь возникшим между собеседниками напряжением — и явным тупиком в диалоге. Ясно было, что сейчас договориться уже ни о чём не получится.

— А можете, пожалуйста, объяснить нам, новичкам во всей этой магической реальности, кое-что из рассказа Георгия? — попросила Гера. — Например, почему ролевики могли увидеть на болоте призрака Хремгира… и что там за штука с фотографиями? И… Натальей?

Девушка быстро зыркнула на Георгия: не обиделся ли на упоминание о Рудаковой? Но он ответил ей взглядом с оттенком благодарности, видимо потому, что сейчас как раз надо было как-нибудь разрядить обстановку.

Писатели оживились. Похоже, эта тема им была более интересна… и близка по роду занятий.

— Так, ну смотрите… — сказала Александра. — Что вообще такое это М-поле? Откуда оно берётся? Ярослав Зарницын в своём «Ночном кошмаре» выдвинул идею, что это могут быть преобразованные эмоции людей. И в таком случае каждый город должен выступать неиссякаемым их источником. Именно это и подтвердилось в наших экспериментах с детекторами…

Люди активнее думают, чувствуют и мыслят днём, так что в это время суток пульсация поля сильнее в направлении от центра к окраинам. Соответственно и воздействия в те стороны лучше распространяются… Но с Хремгиром и Натальей всё могло быть так, как рассказал Георгий, по другой причине. Дело тут, наверное, просто в случайности: пульсация вовне совпала с моментом, когда стала расходиться волна от появления Хремгира в Питере, и туда же ею сдуло отражение Натальи… А когда через считанные секунды эта волна достигла Старого болота, её импульс наложился на максимум пульсации, который в тот миг пришёлся как раз на камеру Дениса…

Вы знаете, это далеко не первый случай, когда на болотах Ингрии видят таких призраков. За десятилетия наша организация собрала много данных — в том числе и об этом… А всё из-за чего? Днём над городом вздувается огромная капля эмоций, чувств и впечатлений, и даже существующее в теории «поверхностное натяжение» (шутка ли, шесть миллионов человек!) не может удержать её на месте. «Капля» растекается по окраинам, по ближним районам области, которые, по сути, превращаются в некое кладбище грёз и именно из-за этого могут обладать особой аурой…

А ночью город засыпает (да-да, прямо как в игре «Мафия»…), и ток магических импульсов меняет своё направление. Теперь уже всё стремится течь обратно — и, кстати, поэтому позавчера утром отражения бегали за грузовиком: их только начинало сносить вовне, и они смогли за что-то ненадолго зацепиться. Это устойчивые пространственные феномены с определённой собственной энергией и даже, вероятно, массой: недаром их ветер так возил туда-сюда… Но тут, увы, литература совсем кончается, а начинается физика…

— А… скажите… — Видно было, как Хремгир мучается, пытаясь сформулировать вопрос; руки его в волнении стискивали эфес меча под столом. — Почему отражение Натальи было… без одежды? Она же сама, когда смотрелась в зеркало…

— Георгий, извините, что он говорит? Мы просто не понимаем, — сказал Катюрин.

— А, ну да, другим же людям меч только вживую