Двойной удар - Владимир Поселягин

— Без свиты родовитому боярину ехать в гости неуместно, — также тихо ответил он.

— Готовь людей. Думаю, пятерых хватит.

Не знаю, где воины нашли лошадей, но буквально через полчаса мы уже скакали в город.

Поправляя вооружение, я размышлял о дальнейших шагах. Например, так тяжело вооружился я не для того, чтобы обезопасить себя, а чтобы показать, как я верю местному князю. Доверия он у меня совершенно не вызывал. Если он надумает захватить ушкуй с золотом, то я предпринял ряд мер для предотвращения этого.

Стуча копытами по бревнам настила пристани и утоптанной до состояния камня земли порта, мы скакали к городу. Внешний город мы промчались вихрем, подняв мелкую пыль, а во внутреннем, за крепостной стеной, скорость пришлось убавить, народу было больше, хотя едущие впереди воины исполняли роль ледоколов. Теперь понятно, для чего они были нужны.

К моему удивлению, прибыли мы в кремль, я то думал, у князя будет свой дом, но как-то не сообразил, что кремль это не только место работы, но и его дом. Стереотипность мышления. В мое время все кремли это музеи, ну кроме современного Московского, конечно. Там сейчас оккупанты сидят.

Лошадь принял один из холопов, поэтому, соскочив на землю, я повертел головой, прикидывая, как буду прорываться, снял с седла щит и направился к входу в терем. Ведь кремль это не одно здание, а ряд жилых и хозяйственных построек.

Что мне понравилось — на крыльце стоял сам князь. По местным понятиям, если хозяин встречает гостя на крыльце, то этим он показывает свое расположение. Михалыч мельком об этом упоминал, но больше уделил внимания тому, что меня должны чем-то угостить. Главное, по его словам — это выпить до дна.

На крыльце кроме князя, который сверлил меня буравчиками глаз, стояли еще несколько человек. Женщина — это явно жена и трое мужчин, ближние товарищи или родственники.

Когда я подошел, жена князя — кстати, а как его зовут? — спустилась на одну ступень и протянула мне литровый ковш с каким-то напитком. Это было кстати, пить я хотел. С подозрением посмотрев на ковш, я стал пить. Сложно сказать, что это было, но мне понравился вкус. Напиток явно не алкогольный, букет больше ягодный. Хотя от местного владыки можно чего угодно ожидать.

Перевернув ковш и тем самым показав, что выпил все до дна, и дурных мыслей относительно дома у меня нет, я вернул ковш хозяйке и трижды, согласно традиции подобных встреч, поцеловал ее.

— Лепо, — сказал я громко.

Князь слегка улыбнулся, показывая, что доволен, но продолжал буравить меня взглядом. Родственники же заулыбались шире.

— Прошу, — указала хозяйка на вход в терем. Мою свиту увели в другое помещение один из воинов князя, так что о них я не беспокоился.

Когда мы вошли в терем, то я пошел рядом с хозяином.

— Князь, не подскажете, что было в ковше? Никогда такого напитка не пил.

Мне показалось, князь споткнулся от моего вопроса, но потом, после некоторой заминки, все-таки ответил:

— Сбитень, — тут я удостоился внимательного изучающего взгляда.

Терем я изучить не успел, мы буквально сразу после освещенного лучинами коридора оказались в трапезной. Стол мог вместить человек двадцать, но нас было только десять — появились еще трое детишек, видимо, дети князя.

Я знал, что деловые вопросы не решаются в первые мгновения, сейчас меня изучат хозяева дома, а пока они составят свое мнение, можно успеть и перехватить чего-нибудь.

Прежде чем сесть, я решил разродиться подарками, это тоже соответствовало правилам, если, конечно, желал гость. Я желал.

— Прими в дар, княже, — сказал я и, сняв со спины две быстрые булатные сабли, протянул их хозяину дома вместе с ножнами. — Эти сабли уже побывали в бою и испили крови. Когда я захватил дома начальника стражи и главного казначея Кырыма, то немало поработал ими.

Реклама себе любимому не повредит. Князь подарки принял, хоть и удивленно поднял брови, когда немного вытащил клинки из ножен и увидел узоры. Он оценил стоимость таких клинков. Хуже у меня не было. Пришлось дарить эти.

— Княгиня, твой лик прекрасен, а глаза просто драгоценные изумруды, но прими и ты подарок, который покажет всем, как ты прекрасна, — с легким поклоном протянул я хозяйке разложенное на ладонях изумрудное ожерелье. По стоимости оно равнялось подарку князю. Дорогое и красивое ожерелье, там только изумрудов было около тридцати, и отнюдь не маленьких.

— Спасибо, боярин, — поблагодарила хозяйка и повернулась ко мне спиной, предлагая надеть подарок на шею. Это был высший знак доверия от хозяйки.

Застегнув ожерелье, я сделал шаг назад, предоставляя присутствующим возможность оценить подарок на хозяйке. Судя по восхищенным возгласам, я угадал с ним.

— Дети, для вас у меня тоже кое-что есть, — сказал я детишкам. — Мы не были представлены друг другу, поэтому давайте знакомиться. Боярин Артур Красновский, мастер двуручного боя. Выкупился из плена в Крымском ханстве и плыву в Великий Новгород. До этого на Руси никогда не был.

Показалось мне или нет, но князь, услышав мои последние слова, ощутимо расслабился.

Князь сам представил своих детей:

— Это князь Владимир Курбский, мой старший сын, наследник. Его младший брат Андрей Курбский и сестра Анна Курбская.

«Курбский? Курбский?.. Что-то знакомое. Где-то это я уже слышал, — задумался я. — Нет, кажется, этот урок истории я прогулял».

Брату было лет девять, а девочке все пять. Представили и хозяев дома. Князь звался Михаилом Курбским, а жена Ольгой. Князь оказался ставленником московского царя, поэтому сопровождавшие его мужчины были не родственниками, а военными. Один начальник стражи, другой тысяцкий, третий советник князя.

С подарками я не мудрил. Старшему сыну отдал настоящий ханский щит и небольшой кинжал с серебряной насечкой на ножнах, с описанием, где взял, не зря же я их у начальника стражи из сокровищницы тиснул. Младшему подарил расшитый золотом пояс, он лежал у меня за пазухой, а девочке — настоящее стеклянное зеркальце с ручкой и серебряный гребень. Все подарки, которыми я одарил детей, предназначались для взрослых, я же не знал, что князь будет со всей семьей, вот и пришлось каждому понемногу.

Хозяйка дома ревниво посмотрела на подарки и сияющую дочку, но потом вздохнула. Младшие дети поклонились и вышли из трапезной, а вот старший мальчишка остался.

Мы сели за стол, и слуги закружили вокруг нас, принося полные блюда и убирая пустые.

Я был изрядно голоден, но на еду особо не налегал, хоть и хорошо перекусил.

Ужин закончился через час, а за окном уже темнело. Поблагодарив меня за подарки, хозяйка с сыном скрылись в дверях, оставив наедине с князем и приближенными.