Тени Предтеч - Виктор Алексеевич Козырев

Планета Ирсеилоур

Темиргалиев, добрая душа, чтобы ему икалось, предупредил нас сразу, что на сон, еду и помывку у нас ровно семь часов, а дальше мы снова начнём работать на интересы всепланетарной революции, хочется нам того или нет.

Нам казалось, что мы не уснём, как минимум пару часов, после такого наполненного событиями дня, но едва поев и приняв душ, мы прилегли на трёхъярусные кровати, как проспали до самой побудки. Этот сигнал мы не смогли бы проспать, даже если бы захотели. Заправив постели и приведя себя в порядок, мы ломанулись в столовую, где уже сидел Марсель Темиргалиев, поглощая стандартный солдатский рацион. Помимо него, здесь были только раненые и Володя Костров, который так никуда и не отправился. Все ушли, ну не на фронт, а делать революцию.

— Пища богов, — заметил старлей, жестом подзывая меня и Марину за свой стол.

Я никак не прокомментировал его заход. Честно говоря, от солдатского рациона я отвык ещё на Кадмии, там я находился на особом положении. Но здесь харчами перебирать не приходилось, учитывая то, что готовили еду из местных магазинов для низших сословий.

— Начнём с вас, любезнейшая Марина Анатольевна, — Темиргалиев улыбнулся Стерлядкиной столь мило, что я сразу понял: будут вербовать. — Нашим героем займёмся чуть позже.

Марина не отреагировала на его заход, внимательно следя, за старшим лейтенантом, ожидая, очевидно, какого-то подвоха.

— Кем вы себя видите в сплочённых рядах Советской Армии? — спросил Марсель.

Девушка неопределённо пожала плечами. Немного испуганно посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на старлея.

— Я бы хотела вернуться в космолётчики и всё-таки стать офицером, — по-прежнему глядя настороженно произнесла она. — Но боюсь, теперь это не получится.

— Из-за чего же? — вежливо спросил Темиргалиев и, не дождавшись ответа, закончил сам. — Опасаетесь, что ваш отец, от чьей опеки вы так ловко сбежали в первый раз, теперь доберётся до вас?

— Да. В тот раз получилось сбежать, потому что мой отец не имеет никакого влияния в военно-космических войсках, — вздохнула Марина. — Теперь мне надо будет проходить проверку, которая займёт несколько месяцев, а там мой всеми правдами и неправдами достанет меня. Мне теперь даже военно-медицинская академия не светит. К нему в штаб сразу отправят, бумажки перекладывать, до конца войны.

— А мы вас уже проверили, — улыбнулся Марсель. — Вскрыли доступные здесь имперские архивы, опросили тех, кто был с вами. Вы себя вели достойно и ничем не запачкались.

Марина слабо улыбнулась.

— Всё равно не поможет. Перехватит на Полигоне или ещё как-то…

— Ну генерал армии Анатолий Иванович Стерлядкин не столь влиятелен. Не сможет, если принять меры.

Я вздохнул. Было очевидно, что единственные, кто сможет воспрепятствовать генералу армии — это ГРУ. Марина и Марсель посмотрели на меня внимательно. Я хотел сказать Маринке, чтобы она соглашалась, ещё до того, как Темиргалиев ей огласит предложение. Но понял, если я выскажусь, то не доживу до окончания ирсеилоурской революции.

— Маму вспомнил, — сказал я и уткнулся в тарелку.

Девушка глядела на меня недоумённо, но Темиргалиев, щёлкнув пальцами, привлёк её внимание.

— Я к чему всё это вам рассказываю. Мне хотелось бы, чтобы предложение, которое я сейчас вам сделаю, вы бы приняли без давления, целиком и полностью добровольно.

— В разведку? — с надеждой спросила Марина.

Марсель перевёл недовольный взгляд на меня.

— Она сама догадалась, кто мы, — пожал плечами я. — Да и только дурак не догадается и Джефф, потому что по-нашему ни в зуб ногой. Но насчёт него, я не уверен.

Темиргалиев тяжело вздохнул и снова заговорил со Стерлядкиной.

— Да, Марина Анатольевна, вы правы. Нам в военной разведке нужны пилоты, поэтому вы продолжите своё обучение, но уже у нас, — он опять посмотрел на меня. — А вот космодесантники нам не нужны.

— А Герои Советского Союза?

— Умный слишком, много воли взял, — вздохнул Марсель. — Ну ничего, вернёмся на Кадмию, ты свой подвиг по подъёму на пирамиду трижды повторишь. Ладно, это всё лирика. Вот ещё о чём с вами хотел поговорить.

Мы с Мариной навострили уши. Я ни на минуту не поверил в то, что у ГРУ нехватка лётного состава. Пусть кому другому Темиргалиев рассказывает эти сказки, а сейчас он скажет истинную причину, почему им срочно потребовалось вербовать генеральскую дочь.

— Каждому восстанию нужен свой лидер. Герой, который повёл массы, своим личным примером. Для ирсеилоурцев мы такого нашли ещё до операции, им стал капитан Ольсаранас, а вот для военнопленных мы думаем предложить вас, Марина Анатольевна.

Маринка покраснела. Всё-таки забавно краснеют смуглые люди.

— Но почему я… — пробормотала она.

— Из проверенных кандидатов ты наилучший вариант, — объяснил я. — У остальных наверняка какие-то грешки в биографии, которые могут всплыть в самый неподходящий момент.

— Но ведь я, фактически…

— Неа. Ты не из дома убежала, а пошла служить рядовой, хотя могла получить непыльную должность в штабе у папы или протекцию в офицерское училище.

Марсель Темиргалиев согласно кивнул, а потом добавил.

— Сопровождать тебя будет сержант Кирьянов, со своими бойцами. Он же будет