Мученик - Клементс Рори

За столами царил настоящий хаос. Прекрасно сервированными блюдами гости перебрасывались через столы, мужчины и женщины пили эль прямо из кувшинов, заливая свои дорогие одежды. В отчаянии Шекспир наблюдал за происходящим. Все, что ему оставалось теперь, это находиться рядом с Дрейком и просматривать зал, дабы не пропустить чего-нибудь подозрительного, пока Диего и Болтфут следили за дверьми, через которые то входили, то выходили гости.

Дрейк прервал возбужденный разговор с молодым Ричардом Хокинсом, сыном своего старого приятеля Джона.

— Господин Шекспир, вы сегодня такой хмурый. — Он повернулся к супруге. — Что скажете, миледи?

— Я бы сказала, сэр Френсис, что вы должны быть благодарны господину Шекспиру за заботу, которую он проявляет, чтобы сохранить вам жизнь. Будьте с ним повежливей!

— Ха! Черта с два. Уж лучше попасть под испанскую алебарду, чем на женский язычок.

Вдруг раздался крик:

— Пожар!

Это слово сковало страхом сердца храбрых мужчин. Даже те, кто едва мог передвигаться из-за выпитого, замерли.

— Пожар! Пожар! — закричал другой голос.

С криками гости, толкаясь, устремились к главным дверям залы.

Шекспир тут же начал действовать. Он схватил Дрейка за руку, прижав ее к спине его супруги.

— За мной, я знаю, как выбраться отсюда. Этот пожар устроил убийца. В суматохе он попытается организовать новое покушение…

Языки пламени охватили золотые с красным французские гобелены на боковой стене. Огонь перекинулся на занавеси, затем наверх, на потолочные балки. Черный дым заполнял залу. Вокруг царила паника. Женщины и мужчины кашляли и кричали, толкаясь и топча друг друга.

Дрейк вырвал свою руку из руки Шекспира. Он схватил со стола серебряный поднос и сильно ударил им несколько раз.

— Послушайте меня! Послушайте! — крикнул он. — Джентльмены, дайте дорогу дамам. Мы все выйдем отсюда, если будем соблюдать порядок!

Неожиданно суматоха у дверей затихла. Несмотря на жар огня, люди не могли ослушаться сэра Френсиса Дрейка. Большинство мужчин отступили и оттащили тех немногих, кто этого не сделал. Затем через дверь быстро проследовали дамы.

Пожар быстро распространялся. Повара и служанки бежали в зал с ведрами воды. Шекспир понимал, что этого недостаточно. Остановить такой огонь будет нелегко. Болтфут и Диего выбрались из толчеи и теперь находились рядом с Шекспиром и Дрейками.

— Сэр Френсис, нам надо идти.

— Господин Шекспир, мы — в ваших руках. Пожалуйста, выведите нас отсюда вашим потайным путем.

Они двинулись вперед. Однако Шекспир обнаружил, что путь, которым он собирался их провести через кухню, объят пламенем. Он повернул к западной части здания, к залу заседаний городского совета. Там должен быть проход. Дым становился все гуще; люди кашляли и задыхались. Как только они оказались в зале заседаний, Шекспир закрыл дверь, чтобы перекрыть дорогу пламени и удушающему дыму. Они постояли мгновение, чтобы отдышаться. Лица почетных граждан Плимута взирали на них с развешанных по стенам портретов.

— Как вы, миледи? — спросил Дрейк супругу, нежно коснувшись ее руки.

— Это так волнительно, сэр Френсис. Я начинаю понимать, почему вы, мужчины, так охотно отправляетесь на войну.

— Да вы отлично держитесь! Только подумайте, какими храбрыми будут наши сыновья.

— И дочери тоже, сэр.

Шекспир распахнул дверь в прихожую и прошел первым. В дальнем конце комнаты он заметил ведущую на улицу боковую дверь. У двери стояли мужчины, слуги и конюхи.

— Здесь можно пройти? — спросил Шекспир.

— Ага, сэр, — последовал ответ. — Проходите, мы тут по цепочке ведра с водой передаем.

«Если бы я был убийцей, — думал Шекспир, — то начал действовать именно здесь. Здесь я бы поджидал Дрейка и напал бы сейчас». Он вытащил меч из ножен и дал знак Дрейку последовать его примеру.

— Будьте настороже, сэр. Он где-то поблизости. Болтфут держи свой каливер наготове.

Дрейк решительно пошел вперед, пренебрегая предупреждениями Шекспира.

— Домой, леди Дрейк, спать. Я сыт по горло всем этим вздором. Я люблю Уолсингема как друга, но няньки его мне не нужны.

Они вышли на улицу. Теперь было видно, что пламя охватило крышу. У ратуши собралась огромная, возбужденная огнем толпа. Казалось, что весь город повылезал из постелей, чтобы поглазеть на этот спектакль или помочь таскать воду.

— Это что, вот увидите, какой фейерверк я устрою, когда подожгу галеоны Филиппа, — ни к кому не обращаясь, произнес Дрейк, шагая сквозь морозную ночь.

Дорога до Лу-стрит, где находился городской дом Дрейка, заняла чуть более пяти минут. Парочка гуляк-моряков, явно перебравших бренди в свой последний вечер на берегу, засвистели и закричали им:

— Сюда, милашки, бросайте эти дряхлых стариков и идите к нам. У нас для вас кое-что имеется! — Затем они заметили вице-адмирала и бросились наутек в переулок.

— Я знаю этот голос, — сказал Дрейк. — Это боцман с «Дредноута». Утром прикажу его выпороть за похоть.

Глава 42

Дом Дрейка на Лу-стрит располагался на вершине крутого уклона. Это было удивительно скромное жилище по сравнению с его роскошными особняками и поместьями в Девоне и в Лондоне: высокое крепкое каменное строение, способное выдержать ветра морских штормов. Над первым этажом здание образовывало выступ, нависающий над узкой улочкой. Было очевидно, что решающим обстоятельством для вице-адмирала было удобное расположение дома, а именно соседство с устьем реки Плим и верфи, где он проводил так много времени, руководя починкой и оснасткой своих кораблей.

Дрейк остановился на ступенях дома.

— Ну что ж, господин Шекспир, вы проводили нас домой. Думаю, теперь можете сообщить господину секретарю, что вы выполнили свое задание, как и положено истинному и преданному слуге. Доброй ночи, сэр.

Дрейк собрался было открыть входную дверь, но Шекспир преградил ему путь. Он обратился к Элизабет:

— Могу ли я спросить вас, миледи, вы рассказывали тому гугеноту, Паскалю, об этом доме?

Беспокойство промелькнуло на лице Элизабет Дрейк.

— Возможно… Я могла упомянуть об этом. Точно не помню.

Шекспир отодвинул задвижку.

— С вашего позволения, сэр Френсис, я пойду первым. Болтфут, за мной.

Неожиданно прекрасное расположение духа Дрейка исчезло. Он гневно оттолкнул Шекспира со своего пути.

— Шекспир, приказы мне отдает только королева. Прочь с дороги. Миледи, идемте в дом. — Он открыл дверь, пропуская супругу. Она колебалась, но, слишком хорошо зная прихоти своего мужа, понимала, что сейчас не время перечить ему. Ласково улыбнувшись и одними губами прошептав «Спасибо, господин Шекспир», она вошла в дом.

Дрейк последовал за ней и с удивлением обнаружил, что в передней пусто и темно.

— Полагаю, сэр Френсис, слуги отправились поглазеть на пожар, — сказала она. — Быть может, нам стоит попросить наших спутников помочь зажечь свет в доме.

— Боже мой, что же это за слуги, которые способны бросить свои дела, чтобы поглазеть на какой-то пожар, мадам? Вам следует навести порядок среди наших слуг, пока я буду в отъезде.

Шекспир и Болтфут поняли ее намек. Болтфут извлек трутницу и начал зажигать свечи. Шекспир решительно пошел вглубь дома. Он был убежден, что Херрик атакует Дрейка на торжественном ужине. А что теперь? Если гугенот по имени Анри Паскаль, который появился в Баклэнд-Эбби, действительно существует, то почему он не появился на торжестве, чтобы представиться Дрейку?

Когда Шекспир вошел в личный кабинет Дрейка на втором этаже, на него обрушился удар. От этого удара, нанесенного из темноты по затылку, Шекспир неуклюже рухнул на пол, ударившись головой о подножие кровати. Он почувствовал, что теряет сознание, но из последних сил размахивал все еще зажатым в руке мечом. Словно в тумане, он услышал звук, похожий на хрип или крик. Шекспир откатился в сторону и ощутил, как тяжелое лезвие воткнулось в доски, где секундами ранее лежал он.

Шекспир попытался уползти от своего противника к противоположной стороне большой дубовой кровати. Во мраке он увидел мерцающий огонек свечи и услышал, как кто-то ахнул. В комнату вошла Элизабет. В тусклом неровном свете мелькнуло лицо: Херрик! Это был определенно Херрик. С ужасом он увидел, как Херрик обхватил своей сильной рукой Элизабет за шею и увлек ее в угол комнаты. Свеча выпала у нее из рук, и комната снова погрузилась в темноту.

Шекспир вскочил на ноги. Голова болела так, словно кто-то устроил в ней пороховой взрыв. Он ощутил, как струйки крови потекли за воротник, но продолжал крепко сжимать рукоять меча.

В дверях снова замерцал свет. Дрейк.

— Что происходит? — А затем он увидел, что к горлу его супруги приставлен кинжал. Кончик лезвия поранил ей кожу, и кровь капала на ее бархатное платье. — Миледи?