Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне - Стефен Роскилл

Таким образом, в течение нескольких месяцев нам удалось восстановить равновесие в Атлантике и Арктике, заложив основу для перехода союзников в наступление. В этот же период произошли значительные перемены в наших прибрежных водах. Мы одержали верх над всеми системами оружия — бомбардировщиками, торпедными катерами, минами, которые противник использовал против нашего прибрежного судоходства. Хотя в этой главе внимание читателя было обращено в основном на действия в Атлантике и ледяных водах Арктики, не будем забывать, что одержанные там победы ничего не стоили бы, если бы одновременно мы не захватили полный контроль над водами, омывающими наши острова. Таким образом, честь побед 1943 года должны разделить сотни тральщиков, которые день за днем, ночь за ночью искали скрытую опасность и держали фарватеры чистыми. Ее должны разделить сотни катеров, которые охраняли прибрежные конвои, как пастухи своих овец. Ее должны разделить пилоты истребителей, которые очистили небо от вражеских самолетов. Хотя мы все еще не могли ни на день ослабить наши усилия, направленные на оборону судоходства, в 1943 мы уже могли гораздо больше внимания уделять наступательным действиям у вражеского побережья. Крейсера и эсминцы снова начали базироваться в Плимуте, чтобы перехватывать вражеские блокадопрорыватели и взаимодействовать с воздушными патрулями в Бискайском заливе. Торпедные катера совершали регулярные походы из Скапа Флоу к берегам Норвегии, чтобы перехватывать германские конвои, следующие в шхерах. Там же патрулировали наши подводные лодки. Ударные самолеты Берегового Командования искали вражеские суда повсюду — от берегов северной Норвегии до границ Испании. Самолеты Бомбардировочного Командования ставили мины перед вражескими портами даже в Балтийском море. Наступление против вражеского прибрежного судоходства было в полном смысле этого слова комбинированной операцией. В ней участвовали Королевский Флот и Королевские ВВС, которые наносили противнику такие тяжелые потери, что доставка по морю снабжения для германских армий в Норвегии, Нидерландах и Франции стала слишком рискованным делом. В результате и без того перегруженные сухопутные коммуникации стали испытывать еще большее напряжение. Хотя удары по прибрежному судоходству редко выглядели эффектно, трофейные документы не оставляют сомнений в том, какое воздействие они имели на военный потенциал противника. Немцам приходилось все больше сил тратить на то, чтобы сохранить морские коммуникации действующими.

Глава XV. Африка — трамплин, Италия — цель

«Английский норов, будучи однажды задетым, характерен упорством в достижении цели и замечательной выносливостью, которые укрепляют консервативные привычки нации».

Как мы уже говорили ранее, в конце 1942 британская 8 Армия развернула наступление из Египта на запад. Маленькие корабли Прибрежной Эскадры шли вместе с ней. Но после захвата Бенгази 20 ноября солдаты генерала Монтгомери пошли через Триполитанию, где не было хороших портов до самого Триполи. Таким образом, чтобы поддержать темп наступления, требовалось доставлять топливо, воду, боеприпасы и продовольствие на необорудованные берега залива Сирт. Прибрежная Эскадра проявила незаурядное мастерство, решая эту задачу. Она действовала так неутомимо, что заслужила самые теплые благодарности генерала Монтгомери. Однако и армия, и флот полностью осознали значение Триполи, имеющего хорошую гавань. Если сухопутные силы считали необходимым быстрое наращивание сил перед наступлением на Тунис, им требовался этот порт, чтобы флот получил возможность быстро разгружать транспорты на причалах. Но противник тоже сознавал значение Триполи. Когда 15 января 1943 8 Армия начала новое наступление, и стало ясно, что противник не сможет удержать Триполи, были приняты все меры, чтобы полностью разрушить гавань. Однако размах действий подрывных команд противника и использование кораблей с залитыми бетоном трюмами застигло штаб адмирала Харвуда врасплох. Когда 23 января мы захватили Триполи, стало ясно, что наши приготовления совершенно недостаточны. Хотя аварийно-спасательные команды делали все возможное, генерал Монтгомери был разочарован скоростью их работы. С самого начала стало ясно, что адмирал Харвуд не сработается с Монтгомери. Скорее всего, именно неудача под Тобруком 13–14 сентября 1942 определила отношение командования армии к своим флотским коллегам. Кроме того, ряд других инцидентов в Восточном Средиземноморье, особенно неудача конвоя «Вигэрес», породил сомнения и в Лондоне. Причитания армии о недостаточной скорости расчистки порта Триполи упали на благоприятную почву. Мнение генерала Монтгомери по этому вопросу было изложено премьер-министру, когда тот был в Каире. Черчилль уже был разозлен на Харвуда за строгое соблюдение соглашения с французами относительно демобилизованных в Александрии французских кораблей. Это соглашение было достигнуто путем личных переговоров адмиралов Каннингхэма и Годфруа в июне 1940, а теперь Харвуд «унаследовал» его. Но Годфруа не спешил присоединяться к союзникам, и Черчилль решил, что настало время силой решить сложную проблему. Многие французские корабли в Оране, Алжире и Дакаре уже решили связать свою дальнейшую судьбу с союзниками.

Поэтому, когда сообщения из Триполи прибыли в Лондон, а также учитя мнение государственного министра по делам Среднего Востока, Первый Морской Лорд решил снять адмирала Харвуда.

Самым странным аспектом скандала вокруг расчистки Триполи было то, что все заявки армии на доставку снабжения и техники были полностью выполнены. Наступление на запад не задержалось ни на один день. Позднее и Черчилль, и генерал Монтгомери отдали должное усилиям флота по расчистке Триполи. Если бы все это было известно в Лондоне, скорее всего, можно было бы избежать неприятного конца военный карьеры, которая началась так блестяще в бою у Ла Платы 13 декабря 1939.

20 февраля 1943 сэр Эндрю Каннингхэм снова стал главнокомандующим Средиземноморским театром. Именно здесь он прославился на первых стадиях войны, но теперь его зона ответственности была распространена далее на восток, чтобы включить те воды, через которые предстояло следовать экспедиционным силам, направляющимся в Сицилию. Решение предпринять эту операцию приняли лидеры союзников на конференции в Касабланке. Теперь Восточное Средиземноморье превратилось в Командование Леванта. 5 июня пост главнокомандующего там занял адмирал сэр Джон Каннингхэм.

К концу января 8 Армия пересекла границу Туниса, но прошло еще 2 месяца, прежде чем солдаты Монтгомери прорвали оборонительные позиции, известные как Линия Марет. Вскоре после этого были захвачены порты Сфакс и Габес. И опять Прибрежная Эскадра шла по пятам наступающей армии. Крейсера и эсминцы адмирала Эндрю Каннингхэма, базирующиеся на Мальте и в Боне, и базовая авиация делали барьер в Узостях все прочнее. Поэтому судоходство между Италией и Африкой свелось к рейдам подводных лодок. Хотя противник почти до последнего дня пытался проводить транспорты в Тунис и Бизерту, его потери постоянно росли. В первые 5 месяцев 1943 на Средиземном море были уничтожены более 500 торговых судов Оси водоизмещением 560000 тонн. К началу мая Африканский Корпус был практически отрезан от Европы. В это же время наши значительно увеличенные силы сопровождения конвоев наносили вражеским подводным лодкам тяжелые потери. С января по май были потоплены 9 итальянских и 11 германских лодок. Группа подводных лодок, которую Дениц отправил на Средиземное море и которая нанесла нам ряд тяжелых ударов, была практически уничтожена.

В начале мая 8 Армия нанесла последний удар, завершивший долгую кампанию. 7 мая войска союзников вступили в Тунис и Бизерту. На следующий день сэр Эндрю Каннингхэм передал всем своим силам: «Топить, жечь, уничтожать. Не упустите никого». Он был полон решимости не выпустить из тисков ни одного солдата Оси, который смог бы продолжить борьбу на материке. Крейсера и эсминцы смело бороздили воды, в которых еще год назад мы несли тяжелейшие потери, пытаясь удержать Мальту. Торпедные катера обыскивали каждый клочок африканского побережья в поисках вражеских судов. Но они нашли не так уж много целей, так как вражеские попытки эвакуировать войска были не слишком решительными. 13 мая капитулировал последний солдат Оси в Африке. Стратегическая цель, к которой Британия стремилась в течении 3 лет, наконец была достигнута. Создались предпосылки для возвращения на европейский континент. Хотя последняя фаза кампании в Северной Африке была решена на суше, именно наше господство на море позволило нашим армиям оправиться от первых поражений и накопить силы для решающего наступления. Если бы враг сумел установить прочное господство на Средиземном море, совершенно ясно, чтойюухопутная кампания пошла бы по другому пути.