Последний конвой. Часть 3 (СИ) - Саморский Виктор Романович Samorsky

Родион был занят делами, пришлось ждать не меньше получаса, пока освободится. Инструктаж затянулся далеко за полночь. Оказалось, что на политруке «висит» очень много работы. Стивен даже растерялся, когда его мозг, моментально впитывающий любую информацию, внезапно «закипел» и потребовал пощады, так как не смог вместить сразу весь перечень должностных обязанностей. Пришлось вооружиться блокнотом с авторучкой и начать записывать список в порядке приоритета.

Почти до трех ночи вместе с Быковым заново перераспределяли весь личный состав по экипажам. Особенно сложно пришлось с водителями грузовиков, каждая машина имеет свои специфические особенности, которые необходимо учитывать. Не все водители взаимозаменяемы.

Не прошло и часа после распределения, как те выстроились в очередь с описью необходимых запчастей. Завхоз патетически заламывал руки, трижды просил застрелить его из «Стечкина», но Стивен только вздыхал в ответ: «нет у меня. Не выдали пока. А запчасти найди, где хочешь». Под конец завхоз уже рыдал в голос, закатывал истерики, пытался бросаться с кулаками на водителей и Стива, но все-таки большую часть требований удовлетворил, окончательно выпотрошив все неприкосновенные запасы.

Народ постепенно рассредоточился по закрепленным транспортным средствам, приступил к ремонту и техническому обслуживанию автомобилей. А Стивену пришлось инвентаризировать оставшееся топливо, масло и прочие расходные материалы. Вместе с Быковым трижды пересчитали остатки и сошлись во мнении, что до Бахр-Дара должно хватить.

Что будет после? Решили не загадывать.

Под утро у Стивена образовался небольшой перерыв, и Быков одарил его личным архивом Чекиста. Два железных ящика бумаг, исписанных мелким и неразборчивым почерком.

— В основном личные дела экипажа, документы, копии приказов, распоряжений и пр. Будет свободное время — ознакомься. И вообще, вся бумажная волокита теперь на тебе, — с ехидной ухмылкой сообщил Быков.

Личным транспортом вновь назначенного политрука Эмиссар наделить не смог.

— УАЗик сдох. Хаммер загружен под завязку. «Поверешку» мы возвращаем обратно итальяшке, колонна длинная, туда-сюда с продуктами не набегаешься. Да и мобильную кухню в дорогу за грузовик цеплять нежелательно — разнесет ходовую прицепа по бездорожью, а ремонтировать нечем. В грузовиках и так аншлаг: даже раненые набиты, как селедки в бочке. Так что выбирай: либо со мной в Тигре, либо с Паулем в Тайфуне. Других вариантов у меня нет.

— С Паулем, — решительно произнес Стивен.

Расследование, порученное Чекистом, так и не было доведено до конца. Шпион, если он есть, так и не найден. На всякий случай присмотрю за капитаном. Не нравится мне он.

Пауль Нойманн был хмур и раздражен. Фактически Стивен для Пауля внезапно превратился в начальника. Оказывается, политрук в иерархии администрации экспедиции занимает второе место. Третье — «научный руководитель», кем теперь оказался назначен аспирант Реввель. А Пауль, как начальник охраны, — всего лишь четвертое.

Капитан старался внешне не проявлять своего отношения к бывшему подчиненному, но был заметно уязвлен, и это сказывалось. Пауль категорически не желал общаться со Стивеном, отделываясь многозначительным молчанием или общими, ничего не значащими фразами. Сложившаяся ситуация начала потихоньку бесить Стивена. Когда Нойманн в очередной раз проигнорировал вопрос, внезапно развернулся и ушел по своим делам, Стивен со злостью буркнул ему вслед:

— Ну и черт с тобой!

Возможно он даже расслышал фразу, однако никак не отреагировал.

Добром это не закончится. Придется поговорить с Паулем по душам. И так, чтобы никто не слышал нашей беседы…

Прибежал дневальный, протараторил скороговоркой: «сержант Майер, вас Быков к себе срочно вызывает».

Хотел поправить ошибку в звании, но вовремя одумался. Приказ о назначении еще даже не написан. Не стоит торопить события. Да и на примере Пауля еще неизвестно, как отреагируют сослуживцы. Из зависти могут объявить бойкот. Вот тогда действительно будет сложно.

— Сейчас иду.

Кое-как запихал ящики с документацией в багажник Тайфуна, там и так было почти под завязку, но настойчивость творит чудеса. Захлопнул дверцу, вернулся в командирский Тигр.

— Майер, есть одна проблема.

— Слушаю вас, господин полковник.

— Ты же у нас, вроде бы, полиглот?

Стив на секунду смутился, впопыхах не нашел что ответить.

— Сколько языков знаешь?

— Четыре — хорошо, еще пару похуже, остальные так… не особо. Понимаю через слово, но говорить не могу.

— Крут! — оценил познания Быков, затем уточнил — японский?

Стивен отрицательно помотал головой.

— Всего пару фраз.

— Арабский?

Стивен только разочаровано хмыкнул в ответ.

С арабами в гетто пересекаться приходилось неоднократно. Десятка три расхожих фраз он, конечно, знал. Но до свободного общения слишком далеко. К тому же, если араб говорит быстро, вообще ничего не понять. Гортанные звуки и эмфатические согласные чужды для европейского уха. Грамматика — мозг сломаешь. Да еще и куча диалектов. Нет, арабский вовсе не тот язык, который можно выучить за неделю. Тут нужен длительный и обстоятельный подход, а главное — куча свободного времени.

— Короче, — отрезал Быков, — думай, Майер, вспоминай языки, но с этим ниндзя…

— Якудза, — осторожно поправил Стивен, — судя по татуировкам — якудза.

Асура он долго и внимательно рассматривал всего час назад, когда решал проблему с водителями для американских грузовиков. Выяснилось, что шейх, уезжая, оставил только бравых наемников да личного телохранителя в качестве командира группы. То есть техника стоит, а вести ее некому.

Стивен попытался пообщаться с японцем, как ни крути, а в процессе поездки сталкиваться по различным вопросам придется неоднократно. Разговор не задался с самого начала. По всей видимости, эсперанто Асур не владел. И уж тем более не понимал интерлингвы. На английском, немецком и французском он общаться отказался. Никак внешне не отреагировал на сказанное по-испански. Все, что Стивену удалось вытянуть из молчаливого якудза после настойчивых расспросов — пару слов на родном японском. И почти наверняка это были ругательства.

Уже тогда Стивен подумал, что с командиром наемников будут проблемы взаимного недопонимания. Ну вот, как говорится, не прошло и часа…

— Пусть будет якудза, — отмахнулся Родион, — несущественно. Короче, с япошкой нужно найти общий язык. Для начала я хочу ввести его в совет экспедиции…

— Господин полковник, разрешите уточнить?

— Ну давай, — Быкову не понравилось, что подчиненный перебил его на середине фразы.

— А зачем?

— Затем, чтобы возложить на него часть ответственности за благополучное завершение экспедиции.

— Не думаю, — осторожно высказался Стивен, — что это имеет хоть какой-то смысл. Наемники всегда остаются наемниками. Их в первую очередь интересуют деньги, жратва и алкоголь, а уже потом все остальное.

— В первую очередь, Асур — человек, — отрезал Быков.

— Это ничего не меняет, — настоял на своем Стивен, — у наемников нет чувства ответственности или долга. Им вообще наплевать на все, кроме собственного благополучия. За хорошее вознаграждение предадут и продадут кого угодно, и что угодно.

— И тем не менее, — Быков слегка повысил голос, — общаться нам между собой все равно необходимо. Пусть даже и через переводчика. А главное — нужно всех наемников срочно проверить воздействием излучения. Еще припадков и внезапных приступов сумасшествия мне не хватало в пути. Я уверен, что больше половины придется отсеять и вернуть обратно Джарвалю, как непригодных.

— Я подумаю, что можно сделать, — господин полковник, — разрешите идти?

— Иди, Майер, думай. Но времени на размышления у тебя нет.

Пришлось топать обратно в санчасть.

— Лидия Андреевна, говорят у вас помощник был из наемников.

— Почему был? — удивилась Лидия, — он и есть. Вон сидит, дремлет.