Пират - Нэнси Блок

— Ну вот, теперь ты разозлился. Нет смысла переливать из пустого в порожнее. Катись отсюда, и решайте свои дела вдвоем.

Уинн поднял голову и мрачно посмотрел на доброго доктора. Когда же тот подтолкнул его, он сердито нахмурился и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся к Маккэрну словно в поисках поддержки.

— Я спрашиваю тебя, капитан: у тебя слово «дом» женского рода?

— Как это?

— Это такой дом, на котором женщина носит бриджи.

Уинн загнанно улыбнулся.

— Зоя уже давно носит бриджи, и мне нравится, как она в них выглядит. Мне нравится, как они обтягивают ее упругую задницу….

— Задницу? Как ты называешь свою жену! Ты помешался, приятель? Ты заслуживаешь того, чтобы Зоя прошлась по твоей спине палкой, раз ты смеешь говорить такие вещи.

— Задница — это… — начал было Уинн, но Маккэрн резко оборвал его:

— Я знаю, что такое задница. Любому школьнику известно, что задница — это…

— Там, откуда Зоя, это слово обозначает то, что находится ниже спины, — объяснил Уинн.

— Почему же ты мне сразу не сказал? Неужели тебя долбанули по башке?

— Только в сердце, — ответил Уинн, открывая дверь. — И женщина, которая нанесла удар, находится неподалеку.

Уинн усмехнулся, когда Маккэрн сжал руку в кулак и выставил вверх большой палец — жест, которому научила его Зоя.

Уинн проскользнул в свою каюту и, замерев в тени книжного шкафа, воззрился на открывшуюся перед ним сцену. Зоя расположилась на горе подушек, как сказочная принцесса, а маленький плутишка Адам пристроился возле нее. Они являли собой такую домашнюю картину, что у Уинна на глаза навернулись слезы умиления. Он открыл было рот, чтобы поприветствовать их, но заколебался, когда Адам бросился к Зое и принялся целовать ее в обе щеки.

— Я выиграл, Принцесса, я выиграл! — гордо объявил он, разбросав карты. — Теперь я король «дурака».

— Ты разбил меня наголову, Адам. Придется устроить церемонию по передаче короны.

— Церемония? Корона? Серьезно? — Зоя торжественно кивнула. — А можно пригласить Хакима?

— Конечно. Можешь пригласить кого хочешь.

Адам бросил на нее робкий взгляд, потом наклонил голову. Его пальцы теребили край одеяла. Зоя приподняла его лицо за подбородок.

— В чем дело, Адам? — спросила она.

— А капитан может прийти? — прошептал он.

— Естественно. Иначе и быть не может, — ответила Зоя. — А почему у тебя возник этот вопрос?

— Капитан тверд, как дуб, мэм, но с пятницы он ждет, когда вы придете в себя и позовете его. Вы не хотите его видеть?

— Он ждет меня? — удивилась Зоя. — Я не знала. Видишь ли, я проснулась незадолго до того, как ты пробрался ко мне, и не знаю, что со мной случилось.

— Капитан сказал, что вы упали в обморок. — Мальчик повернул к ней обеспокоенное лицо.

— Это-то мне известно, Адам, но я не знаю, почему потеряла сознание, — уточнила она. — Думаю, доктор Маккэрн осмотрел меня и теперь может все рассказать мне.

— Но капитан уже все рассказал мне, — с серьезным видом заявил мальчик.

— Вот как? — удивилась Зоя, растрепав золотистые кудри Адама. — С каких это пор он обзавелся медицинским дипломом?

— Он не доктор, Принцесса, он капитан.

— О, прости. Видимо, я что-то перепутала.

Уинн наблюдал за ней, благодарный за то, как она обращается с мальчиком. Он почти заговорил — почти, — но в последний момент почувствовал, что еще не готов общаться с ними.

— Все в порядке, Принцесса, — Адам похлопал Зою по руке. — Я знаю, что вы испугались. Из-за его глаз, как говорит капитан.

— Из-за его глаз? — переспросила она. — А что с его глазами?

— Он сказал, что вас испугали разные глаза, поэтому вы потеряли сознание. Но вы ведь не испугались его потрясающих глаз, правда, Принцесса? Капитан говорит, что они делают его неповторимым, и он очень гордится ими, мэм.

Адам засопел, и Зоя, прижав к груди, принялась укачивать его. «Жаль, что меня там нет», — подумал Уинн и вздохнул. Его вздох оказался довольно шумным и привлек внимание Зои. Она несколько мгновений всматривалась в темный угол, но Уинн не шевелился. «Наверное, она ничего не заметила», — решил он.

— Адам, — сказала она, — думаю твой капитан — самый замечательный, отважный, храбрый и красивый человек на свете. И если бы у него был один глаз в центре его высоченного лба, я все равно любила бы его всем сердцем.

— Да? — радостно уточнил Адам.

— Да? — не менее радостно уточнил Уинн.

— Вы всегда подслушиваете чужие разговоры, сэр? — Зоя нахмурилась и поманила его пальчиком.

— Только тогда, когда слышу что-то лестное для себя.

— Напыщенный осел…

— Правильно будет «напыщенный козел», госпожа. — В дверном проеме появилась голова Гриззарда.

— Ну, сейчас начнется цирк… — застонал Уинн, когда в каюту вошли Гриззард и Маккэрн.

— Я подумал, что вам нужно подкрепление, — объяснил доктор, усиленно подмигивая Зое.

— Единственно, что мне нужно, — это побыть с Уинном наедине, — Зоя прищурившись посмотрела на двух простофиль. — Вы первые узнаете, побила ли я его.

— Давай-давай, девочка, — подбодрил ее Гриззард.

— Куда девалась ваша преданность? — воскликнул Уинн.

Ухмылка Гриззарда была похожа на оскал.

— Как куда? Как только Принцесса появилась у нас, мы тут же и переметнулись.

Зоя и Маккэрн хмыкнули, но Уинну было не до веселья.

— Адам, — позвала Зоя, пытаясь отвлечь его внимание от внезапно ставшего колючим Уинна. «Мальчик должен иметь перед собой разумный образец для подражания, — подумала она, — но вот где его взять?»

— Да, Принцесса? — подскочил Адам, готовый для нее на все.

— Я голодна, как зверь. — Адам хихикнул. — Нет, честное слово. Как ты считаешь, я могу получить несколько ломтей хлеба, ветчину, немножко сыра и сделать себе огромный бутерброд? Я безумно хочу бутерброд, но даже кок не может сотворить хоть что-то близкое к тому, что создаете вы с Гриззардом. Вы самые настоящие гении!

Мальчик засиял от гордости.

— Верно, — пробормотал Гриззард, — но нам далеко до вас, Принцесса, с вашими способностями творить кушанья словами.

Зоя пристально смотрела на него до тех пор, пока он не двинулся к двери.

— Я знаю, когда надо удалиться, — заявил он, потянув за собой Адама. — Пошли, малыш, давай сделаем себе по бутерброду.

— Нам тоже можно, да, дядя Гриззард?

— Верно, как дерьмо съесть, малыш. Верно, как дерьмо съесть.

— Зоя… — Уинн, до боли прикусивший язык, перевел взгляд с Гриззарда на нее.

— Молчи, Уинн. У Гриззарда грязная речь, но золотое сердце. Кроме того, ты перебил своего доктора. Маккэрн как раз желал нам спокойной ночи.

Ничего подобного. Маккэрн положил руку на спинку кресла с таким видом, будто собирался усесться, но, услышав нарочитое покашливание Зои, замялся.