Игрок поневоле - Терентий Гравин

На другом нашем фланге оказалось гораздо сложней. Там монстры подобрались более крупные и более сильные. Но рыцарь с некромантом справлялись без труда, орудуя, словно привычные ко всему мясники на бойне.

На мне лежало общее руководство, присмотр за иными склонами и готовность прийти на помощь по первому зову. Вот я и поспешил на наш левый фланг, когда ругань там стала переходить в женскую истерику. Сияда уже сама пыталась вырвать арбалет у его хозяина и начать стрельбу по своим кровным врагам. Пришлось мне на неё прикрикнуть и Сандера успокоить, ну и последнюю диспозицию объяснить:

— Вот-вот остатки городского ополчения сметут и утопят в озере. Крабы уже пали, как и более половины алебардщиков. Из великанов осталось только пять особей. Так что всё нормально, сейчас все монстры подземелий кинутся на фланги. А там есть парочка весьма и весьма колоритных типов, которые могут пробить остатки черепахи.

— Что там с герцогом? — поинтересовался Санёк о нашем главном противнике.

— Держится, гад! — пришлось мне признать с досадой. — Сам своей армии помогает, с повозки. Считай, у него потери самые мизерные, хорошо, если треть личного состава потерял.

А рассвет близился. Наверное, минут за пятнадцать до него центральный фронт рухнул. Точнее, его остатки оказались добиты в воде водоплавающими саламандрами и крокодилами. И оставшиеся монстры бросились на иные направления. В том числе, как это было ни прискорбно для нас, на вершину холма. Даже по центру полезли, заставляя меня метаться, скакать по довольно длинному участку не хуже какого-то кузнечика. Тут нам настолько пришлось напрячься, что мы на короткое время потеряли общее видение боя, стараясь выжить любым способом.

Поэтому на первых порах я даже не понял, почему и в чей адрес сияда с особой ненавистью воскликнула:

— Они уходят! — потом последовавшее обвинение чуть прояснило ситуацию: — Говорила тебе, стреляй!

Стало понятно, что оставшиеся наёмники решили стремительно покинуть поле боя. Глупо, конечно, просто бежать, их тогда за полминуты в грунт втопчут. Но если они решили отходить слаженно и организованно, то шансы у них имелись неплохие.

Несколькими мгновениями позже я заметил, как атакующий пыл тварей из подземелья стал резко спадать, а парочка особей, только что вышедшая на поверхность, незамедлительно вернулась обратно. И тут же очумел от иной картины: вся армия герцога, выстроившись слаженной колонной, как нож сквозь масло, проходила толпы противника по участку между нашим холмом и озером. При этом часть монстров, просто не умеющая плавать и будучи столкнутая в воду, просто-напросто утонула.

А стальная река рыцарей-зомби, с десятком гулей на острие, словно карающая длань возмездия устремилась вперёд со скоростью очень быстро бегущего человека. Мешавших монстров они даже не резали и не кололи, а попросту сшибали с пути. Потом ещё несколько рывков сквозь шипы, зубы и хитиновые панцири, и вот уже передовые гули начали рубку с личными врагами сударыни Дарзлей. Она первая это поняла и моментально превратилась в яростного болельщика:

— Бей! Круши уродов! Смерть поборникам тирана!!!

К тому же и на нас давление монстров спало моментально. Они прямо рядами и колоннами стали втягиваться в тоннели, уводящие в подземелья.

Что характерно, Канцура в данных условиях не стал разрывать свою армию, а двигался в преследовании нового противника, в центре хорошо сбалансированного, практически непобедимого строя. Несколько странно, он решил заняться людьми, которые ему как бы ничего плохого не сделали и до сих пор практически не мешали. Но, видимо, сработала боязнь потерять вожделенный трофей, легендарный Щит бога Тариса и головы кровных врагов, повредивших его ловушку.

Да и подобный подход я вынужден был признать верным по двум причинам. Первая — всё поле боя останется только во власти Канцура и его магии. Вторая — он не хотел больше терять ни одного воина и решил попросту задавить последнего конкурента численным преимуществом. Где-то в километре от холма его армия настигла отступающую черепаху и окружила её окончательно. И тогда началось весьма осторожное добивание. Из сорока наёмников на ногах вскоре осталось человек двадцать пять. Ну и стоило отдать им должное: понимая, что и так погибнут, они решили добраться до тела самого герцога. И приняли отчаянную, самоубийственную атаку на бронированную повозку. При этом они буквально порезали на куски часть рыцарей, десяток гномов и около пяти наиболее опасных и юрких гулей.

Причём видел я это всё уже не с вершины холма, а с дороги, по которой ещё совсем недавно к нам прибыл Канцура со своей армией. Мы — уходили.

Глава 26

Очередной уход от погони

Решение я принял моментально, командуя всем начать спуск на наш правый фланг, как только понял, что герцог зарвался слишком далеко и ему сейчас не до нас. Вниз — это не вверх, хотя тоже сложности имелись: лошади могут поломать ноги при неосторожном наборе скорости, ну и тяжеленная повозка грозилась раскатать в блин покладистых конюхов. Справились на удивление удачно, обойдясь без травм.

Только к моменту завершения спуска мне следовало выбрать окончательно, куда мы отправимся во время отрыва. Чайревик и Пятница настойчиво советовали возвращаться в Ихрез. Мол, там мы закроем за собой ворота и можно больше ничего не опасаться. Ага! Они совсем забыли, что ворота могут новые стражники закрыть у нас перед носом! Они-то пока не догадываются, что мы уже почти реабилитированные, добропорядочные караванщики.

Поэтому я принял сторону барона Брока, который несколько раз успел выкрикнуть во время спуска:

— Только в крепость моего деда! Только к нему!

Скорость мы набрали приличную, но на первой же опушке первой рощицы, возникшей у нас на пути, я остановил Гнедого, чтобы оглянуться на место побоища. В тот момент я не рассмотрел: устремилась за нами погоня или герцог всё ещё находится в неведении, что птичка из клетки упорхнула. Мне мешал осмотреть местность последнего боя наёмников выступ нашего холма, оказавшегося уникальным во всех смыслах этого слова.

В любом случае, я понял, что солидная фора у нас есть, а если начнут нас настигать, то мы можем даже ускориться. Поэтому, догнав караван, постепенно обогнул его и пристроился к диковинному Ажару. Хоть и шли мы почти галопом, хоть и сложно было переговариваться без угрозы откусить себе язык, но обстановка требовала срочного согласования действий.

— Эван! Можешь ускориться?

— Могу… немного!

— Давай отправляйся вперёд! Наверняка тебе придётся повозиться с проникновением в крепость и со всем остальным…