Сказочный корабль - Филип Фармер

Десятифутовый и восьмисотфунтовый Джо Миллер, весь в крови своей и чужой, без устали размахивал почти восьмидесятифунтовым топором с шестифутовой рукояткой, крушил дубовые щиты и кожаные доспехи, расшвыривал шпаги и копья, ломал грудные клетки, отсекал руки и головы, раскалывал черепа. А когда враги уже не решались больше нападать на него, он сам бросался на них. Он отбил не одну атаку, каждая из которых, если бы не он, могла увенчаться успехом.

По нему велся огонь из множества пистолетов Марк-1, однако стрелки настолько были подавлены его видом, что стреляли со слишком большого расстояния, и пули не долетали. И все же его левое предплечье пронзила стрела, и какой-то воин, более смелый, чем остальные, а скорее даже безрассудно смелый, бросился прямо под его топор и пронзил шпагой бедро гиганта. Джо сначала рукояткой топора сломал челюсть смельчака, а потом топором размозжил ему череп. Джо все еще оставался на ногах, однако быстро терял кровь. Сэм приказал ему отступить за ближайший холм, где оказывали помощь тяжелораненым.

— Нет! Я не уйду! — сказал Джо и со стоном упал на колени.

— Уходи сейчас же! Это приказ! — закричал Сэм. Он быстро наклонил голову и все-таки чуть опоздал — пуля просвистела рядом с его ухом и ударилась в ствол железного дерева. Последовал рикошет, и будто жало впилось в его руку и в икру.

Джо удалось все-таки подняться, подобно большому слону, и покинуть поле битвы. Из тьмы возник Сирано де Бержерак. Он был покрыт пороховой копотью и залит кровью. В одной руке у него была длинная, тонкая, окровавленная шпага, в другой — пистолет. Рядом с ним была такая же грязная и окровавленная Ливи, ее длинные волосы развевались по ветру. Она несла пистолет и сумку с амуницией. В ее обязанности входило перезаряжать пистолеты. Увидев Сэма, она улыбнулась, ее белые зубы резко выделились на черном от пороха лице.

— Боже мой, Сэм! Я думала, что ты погиб! Эта ракета, попавшая в твой дом…

— Мне бы хотелось, чтобы ты сейчас была рядом со мной.

Это было все, что он успел сказать, хотя все равно больше он ничего бы и не сказал. Противник снова бросился в атаку, перелезая и перепрыгивая через упавших. К этому времени у лучников кончились стрелы, а у стрелков осталось совсем мало пороха. Но противник тоже почти израсходовал свой порох, хотя еще и не испытывал недостатка в стрелах.

Джо Миллер покинул поле боя, однако Сирано пытался заменить его и почти преуспел в этом. Это был демон, а не человек, такой же худой и упругий, как и его длинная шпага. Время от времени он стрелял из пистолета левой рукой прямо в лицо очередного противника, а затем делал выпад шпагой, пронзая другого. После выстрела он бросал пистолет назад, и Ливи поднимала его и перезаряжала. Сэм на мгновение подумал о той перемене, которая произошла с Ливи. Он никогда даже не подозревал, что она может так смело вести себя в подобной обстановке. Эта хрупкая болезненная женщина, всем сердцем ненавидевшая насилие, хладнокровно выполняла обязанности, которые оказались бы не по плечу многим мужчинам.

«И среди них, — подумал он, — оказался бы я сам, будь у меня хоть немного времени на размышление». И особенно сейчас, когда рядом не было Джо Миллера, который всегда был готов защитить его физически и оказать моральную поддержку, в чем он сейчас очень нуждался.

Сирано ударил шпагой ниже щита вопящего араба, который слишком высоко поднял его, и тут Ливи сделала то, чего не смог сделать Сирано. Она схватила пистолет обеими руками и выстрелила. Силой выстрела ствол отклонило в сторону, и она вернула его в исходное положение; пламя и дым взметнулись вверх, и араб упал на землю с развороченным плечом.

Могучий негр перепрыгнул через араба и, подняв топор обеими руками, ринулся на Сирано. Тот успел вытащить шпагу из тела араба и проткнул горло нападавшего.

Противник снова откатился к подножию холма и теперь ждал, когда дорогу для него расчистит огромный темно-серый вездеход, похожий на броненосец «Мерримак» времен Гражданской Войны. Сэм отошел в сторону, пропустив вперед Лотара фон Рихтгофена, несшего трубу из алюминиевого сплава и ракету с десятифунтовой боеголовкой. Помощник Лотара опустился на колено и, когда тот зарядил ракету в базуку, навел ее на цель. Лотар стрелял хорошо, и ракета попала прямо в амфибию. Дым покрыл вездеход, но ветер развеял его. Амфибия остановилась, но потом снова пошла, паровое орудие на ней ожило и стало разворачиваться.

— Это была последняя боеголовка, — сказал Лотар. — Теперь нам здесь нечего делать. Нам нечем с ним бороться. Кому, как не нам, знать об этом?

Позади бронированного гиганта противник производил перестроение. Многие воины Хаскинга издавали улюлюкающие звуки, подобные боевому кличу ольмеков или индейцев. По-видимому, Хаскинг набрал в свою армию тех индейцев, которые еще не были покорены Иеясу.

Внезапно видимость резко ухудшилась. Только огни горящих зданий и все еще действующие печи и котлы в различных цехах позволяли Сэму что-то разглядеть. Густые тучи, будто стая волков, гнавшаяся за звездами, быстро заволокли небо. Через несколько минут должен был хлынуть ливень.

Сэм огляделся: с каждой атакой ряды защитников редели. Он сомневался в том, что они смогут выдержать следующую атаку, даже если амфибия не вступит в бой.

К северу и к югу, как на равнине, так и на примыкающих к ней холмах, сражение продолжалось, однако выстрелов и криков стало гораздо меньше. Местность, казалось, еще больше почернела от наводнивших ее противников. Сэм подумал, не присоединились ли Публия и Тайфана к нападавшим.

Он бросил последний взгляд на гигантский корпус Судна с двумя гребными колесами, наполовину скрытый строительными лесами и гигантскими кранами. Затем быстро отвернулся. Ему хотелось плакать, но он был слишком потрясен. Пройдет еще некоторое время, прежде чем появятся слезы. Но скорее всего сначала прольется его кровь, после чего уже не будет слез, по крайней мере, в этом теле.

Ориентируясь в темноте по дюжине горящих хижин, он, спотыкаясь, спустился по другой стороне холма. И тут разразился ливень. И одновременно слева к ним ринулись враги. Клеменс повернулся и спустил курок своего пистолета, однако дождь, конечно, погасил искру. Но пистолеты противника тоже оказались бесполезны.

Враги набросились на граждан Пароландо, размахивая мечами, копьями и топорами. Джо Миллер рванулся вперед и издал зычный рев, подобный рыку вылезающего из берлоги медведя. Несмотря на то, что он был ранен, он все еще оставался грозным, наводящим ужас бойцом. При свете вспышек молний и под раскаты грома его топор крушил противника. Остальные бросились ему на помощь, и те, из Соул-сити, что к этому моменту остались живы, решили, что с них хватит. Они пустились наутек в надежде на подкрепление. К чему рисковать жизнью, когда победа и так была уже на их стороне?