Эсхатология, милленаризм, адвентизм: история и современность - А. Григоренко

«Ваше превосходительство, достопочтенный господин генерал и военный министр!

В виду того, что наши взгляды в отношении к правительству и всеобщей военной повинности понимают неправильно…, то я осмеливаюсь Вашему превосходительству в следующем сообщить основные правила адвентистов седьмого дня, в особенности при настоящем военном положении. Утверждаясь на основании Священного Писания и стараясь проводить в жизнь основы христианства… мы все же считаем себя обязанными в это серьезное время встать на защиту отечества и при этих обстоятельствах нести оружие и в субботу… Мы сообщили эти наши правила настоящим членам и кроме того просим все общины назначить особенные молитвенные собрания и вымолить у Бога победу немецкому оружию… Осмеливаюсь сообщить Вашему превосходительству, что мы в Фриденсау у Магдебурга передали в Ваше распоряжение наш санаторий и миссионерскую школу, а также 250 поставленных палаток с одним врачом и несколькими сестрами милосердия для помещения приблизительно 1400 раненых.

С пожеланием, чтобы Бог даровал победу справедливому делу, преданный Вашему превосходительству слуга Г. Ф. Шуберт».

Немецкие адвентисты на этом не успокоились и 5-го марта 1915 г. они в заявлении-письме на этот раз военному чину рангом пониже, чем министр, а именно командиру 12-го армейского корпуса в Дрездене писали следующее:

«… В начале войны руководители общины адвентистов седьмого дня в Германии еще раз по собственному побуждению предписали всем военнообязанным членам во всем государстве верно исполнять свои гражданские обязанности на основании Священного Писания также и в субботу, как другие воины делают это и в воскресенье… Эту уже занимаемую нами позицию мы настоящим подтверждаем и покорнейше расписываемся.

Центральное отделение в Европе: Гамбург, Гриндельберг 15-а. Подписал Л. Р. Конради

председатель Восточно-немецкой центральной унии: Берлин, Шарлоттенберг, Уланд-штрассе, 189, подписал Г. Ф. Шуберт;

председатель Центрального Саксонского соединения: Хемнитц, Вишесштрассе, 9. Подписал председатель Дрингауз».

Вопросом об отношении Церкви, особенно ее европейских подразделений, к войне вынуждена была заняться сама Генеральная Конференция, очередная сессия которой пришлась на 1918 г. Позиция Европейского дивизиона была на ней осуждена и он перестал существовать в соответствии с принятыми на ней решениями. Но никаких вердиктов по отношению к тем верующим, кто был призван в армию по решению правительственных распоряжений, на сессии принято не было. Президент Дэниеллс, выступая, отметил, что применительно к этой войне так же, впрочем, как и во время гражданской войны в Америке, верующим в США было затруднительно принять однозначное решение по этому вопросу. После дискуссии большинство согласилось с той же позицией, которую заняла Церковь еще в ходе гражданской войны в Америке и сочли себя военнослужащими, не принимающими непосредственного участия в боевых действиях с оружием в руках. Даниэллс при этом отметил, что при выработке этого решения мнения присутствовавших разошлись и потому, в общем-то, окончательный ответ на вопрос, служить или не служить в армии, даже без оружия в руках, он хранится в сердце верующего, лежит на его личной совести и ответственности.

Была дана характеристика, отрицательная, поведению европейских лидеров Церкви: «Руководители западноевропейских Церквей не предприняли согласованных действий по ознакомлению своих уважаемых правительств с негативным отношением адвентистов к ношению оружия и совершению обычной работы в субботу. Быстрая перемена событий, непосредственно предшествовавшая началу военных действий, помешала им дать совет членам возглавляемых ими Церквей относительно того, как вести себя в случае определенных конфликтных ситуаций с их непосредственным военным руководством. Авторитарные правительства типа правительств в Германии и России требовали беспрекословного подчинения от своих подданных; законы о воинской повинности, принятые этими правительствами, не предусматривали возможности альтернативной службы для людей, которые отказываются от службы в армии по причинам, носящим религиозно-этический характер. Неподготовленность европейских Церквей к проблемам, связанным с призывом в армию, сильно осложнила их решение, во многом внеся сумятицу. Так, 4 августа 1914 г. президент Конференции Восточно-Германского униона, после консультаций со своими ближайшими помощниками, «информировал военное министерство Германии… о том, что адвентисты седьмого дня, призванные в армию, будут носить оружие как солдаты и будут служить в субботу для защиты отечества». Несмотря на то, что такая позиция в корне противоположна позиции, занятой отцами адвентизма, пятьдесят лет назад, многие члены немецкой Церкви подчинились политике, провозглашенной их руководителем…

Через несколько лет после завершения I Мировой войны лидеры адвентистского движения со всей Западной Европы собрались вместе на Совете в Глэндене, в Швейцарии. 2 января 1923 г. они официально приняли совместный документ, в котором выражали отрицательное отношение как к участию в боевых сражениях, так и к труду в субботу за исключением случаев работы в гуманных целях. С данным документом согласилось и немецкое адвентистское руководство, признавшееся в своей ошибке, допущенной им в 1914 г. Несмотря на то, что документ, принятый в Глэндене, раскрыл причины такой позиции адвентистов седьмого дня, он вместе с тем признавал, что каждый член Церкви имеет «абсолютную свободу служить своей стране во всякое время и на всяком месте в соответствии с велениями его сердца и личным убеждением».

В самих США проблема отношения к службе в армии в годы I Мировой войны вначале не стояла так остро, как в странах Западной Европы. Это обстоятельство дало церковному руководству возможность глубоко изучить все аспекты данной проблемы и выработать тактику Церкви в данной ситуации. Согласно распоряжений американского правительства 5 июня 1917 г. каждый американец мужского пола в возрасте с 21 до 30 лет обязан был пройти регистрацию для призыва в армию по месту жительства. Не предусматривалось при этом никаких льгот даже для тех, кто не мог служить в армии по причинам религиозно-этического характера, хотя и допускалось, что люди, не могущие участвовать в военных действиях по указанным выше причинам, имеют возможность выполнять иные свои обязанности, приравненные к тому, что принято называть нестроевой службой.

В связи с тем обстоятельством, что призыв на службу в США осуществлялся именно с учетом всех нюансов семейной, религиозно-этической и т.п. установок новобранцев, американская Церковь адвентистов седьмого дня сочла, что у ее членов всего меньше затруднений в вопросе о работе в субботу возникнет в том случае, если они будут проходить воинскую службу в специальных медицинских корпусах. Для того, чтобы молодых адвентистов отправляли служить именно в такие воинские части, Церковь приступила к разработке специальных учебных программ и обучению по ним всех желающих, главным образом молодых людей. В июле 1918 г. в Вашингтоне был созван Совет Генеральной Конференции, на котором «было решено выделить средства для создания специальных школ по интенсивному обучению молодых адвентистов седьмого дня призывного возраста, у которых до того отсутствовали медицинские знания и навыки, с целью подготовки их к прохождению воинской службы в медицинских корпусах в момент, когда их призовут в армию».

Таким было начало «посвящения адвентистов седьмого дня медицинской работе» в армии. Так как принцип нестроевой службы был провозглашен отцами адвентизма еще в годы гражданской войны в Америке, он остался по существу таким же и в годы Первой мировой, а затем и Второй мировой войн, и позднее. Согласно этому принципу допускается сотрудничество с властями, где это возможно, и до тех пор, пока приказы правительства не противоречат Закону Божьему. При этом Церковь настаивает на позиции неучастия в военных действиях всех своих членов.

После окончания войны, в послевоенные двадцатые годы Церковь, возглавляемая Президентом Генеральной Конференции, должна была восстанавливать разрушенные войной связи, сохранить в какой-то степени поколебленное в условиях вызванного войной определенного изоляционизма европейских Церквей институциональное и теологическое единство. Все эти задачи были ею решены под руководством Даниэллса. Не всем пришелся в Церкви вызванный условиями времени его жесткий стиль руководства Церковью. Оппозиция Даниэллсу росла и окрепла к 1922 г. ко времени очередной сессии Генеральной Конференции в мае 1922 г. в Сан-Франциско. Оппозиция блокировала переизбрание Даниэллса на должность президента Генеральной Конференции и выдвинула в качестве альтернативной фигуры Уильяма А. Спайсера. Так произошла перемена ключевых фигур в Церкви адвентистов седьмого дня и одновременно закончилась та страница в ее истории, которую адвентистские авторы называют «эпохой Даниэллса». В эту эпоху, как пишут адвентистские историки, была построена мощная организация, достигнуто организационное и теологическое единство; Церковь, считают они, выросла как качественно, так и количественно в значительной степени благодаря тем миссионерским усилиям, во главе которых стоял сам Даниэллс. В любом случае именно в эту эпоху Церковь адвентистов седьмого дня приняла тот вид, который присущ ей и по сей день. Именно в те годы, указывают авторы книг по истории адвентизма, принадлежащие к этому движению и потому знакомые с историей Церкви адвентистов седьмого дня не только по архивам, но сами участвовавшие в процессе ее развития, движение адвентизма седьмого дня приняло те организационные и вероучительные формы, которые позволили ей справиться с проблемами и испытаниями, которые поставил перед ней XX век.239