Рай — Техас! - Сьюзен Филлипс

— Бобби Том, послушай меня! Это было даже лучше, чем я себе представляла. Я не могу выразить, что со мной произошло. Я знала, что ты прекрасный любовник, но ты был не просто прекрасен, ты был восхитителен. Однако тебе не следовало поддразнивать меня, когда я решила, что погубила все своим преждевременным оргазмом.

Он приоткрыл один глаз. Щека его по-прежнему была прижата к подушке.

— Дорогая, теперь тебе необходимо усвоить, если ты еще не поняла, что для женщины не существует преждевременных оргазмов.

— Откуда же я могла об этом знать? И откуда мне знать, что ты сейчас опять не подшучиваешь? Не обижайся, пожалуйста, Бобби Том, но у тебя есть нехорошая привычка высмеивать людей, которые в каком-либо вопросе менее компетентны, чем ты.

Он улыбнулся и взъерошил ее волосы.

— Прости, но это действительно было смешно. — Он рассмеялся. — Преждевременный оргазм, подумать только!

— Но у мужчин ведь они есть? Не вижу причин, почему бы и женщинам не иметь их.

— Проклятие, вы, феминистки, хотите сравняться с нами во всем, не так ли? Но эту прерогативу мы все же оставим себе, даже если вы потащите нас за это к Верховному Судии!

Он зевнул и перекатился на спину, навернув на себя простыню.

Она села, привалившись к спинке кровати.

— Ты не голоден, Бобби Том? Я — очень. Я не могла в рот ничего взять накануне, потому что нервничала, но сейчас, кажется, проглотила бы и быка. Давай перекусим. Я сделаю сандвичи, или овсянку, или, хочешь, сварю суп?

— Грейси, уймись! Ты просто маленькая трещотка!

— Бобби Том!!! Ты хочешь сказать, что мы этим займемся снова?

Он застонал:

— Мне нужно время, чтобы восстановить силы. Я уже не так молод, как пару часов назад.

Она наморщила хорошенький лобик, и голос ее приобрел деловой оттенок:

— Теоретически, Бобби Том, я знаю, что существует много позиций, но тебе ведь известно, что у меня совсем не было практики. Должна признаться, что твой мужской орган поразил меня, и я хотела бы иметь возможность изучить его получше. Не кажется ли тебе… — Она запнулась, заметив, что стойки балдахина заходили ходуном от его беззвучного смеха.

— Мужской орган?! Надо же! Грейси, ты просто когда-нибудь меня уморишь!

Она оскорбленно посмотрела на него:

— Не вижу ничего смешного. В моем возрасте следует быть более осведомленной о многих вещах, и совсем неудивительно, что я хочу наверстать упущенное.

Он повернулся к ней в притворной тревоге:

— Но не за одну же ночь, я надеюсь?

— Так или иначе, мне кажется, моя просьба не очень тебя затруднит…

Далеко в кабинете заверещал телефон. Она знала манеру Бобби Тома не отвечать на звонки, передоверяя сбор информации записывающему устройству. Однако сейчас он тяжело вздохнул, перевалился на живот и потянулся к аппарату с отключенным звонком, стоящему возле кровати.

— Надо узнать, кто там, и хорошенько его послать, иначе он будет трезвонить всю ночь. — Он взял трубку: — Хэлло!.. Нет, Лютер, все в порядке, я не сплю… Уг-гу. Я постараюсь представить тебе весь список на днях. Ты хочешь, чтобы я достал Джорджа Стейта? — Он воздел глаза к потолку. — Извини, Лютер, я не могу продолжать разговор. Меня достают по другой линии, и я абсолютно уверен, что это Трои Айкмен. Ладно, я передам ему привет. Хорошо. Да. Обязательно. — Он с грохотом швырнул трубку на место и откинулся на подушки. — Мэр просил напомнить тебе о заседании этого дурацкого комитета. Ты, конечно же, не пойдешь. Вот идиоты.

— Я пойду, Бобби Том. Один из нас должен знать, чем там они занимаются.

— Тебе лучше держаться от них в стороне. Тупость заразительна. — Он перевел взгляд на ее грудь. — Ты готова ко второму заходу или собираешься всю ночь просидеть здесь, болтая всякую чепуху?

Она улыбнулась:

— Очень даже готова!

— Прекрасно!

— Но…

Призвав на помощь всю свою храбрость, она решила скорректировать его действия. Пускай он на пару десятилетий опытнее, она все равно знает лучше, чего ей сейчас хочется.

— Я знаю, что ты можешь играть на любом поле, и поэтому позволь мне самой выбрать площадку.

Он настороженно посмотрел на нее:

— Что ты под этим подразумеваешь?

— Не притворяйся тупицей, Бобби Том. Наши каналы связи должны быть открыты.

Он рассмеялся.

Она потянулась к смятой простыне, прикрывавшей его бедра, и отбросила ее в сторону.

— Я полагаю, что лучшим местом, где я смогу удовлетворить свое любопытство, будет душевая. Как насчет того, чтобы принять душ?

— Душ?

— Ты ничего не имеешь против?

— Но… ты уверена, что готова к этому? Это ведь все-таки новый и где-то качественный скачок. Ты сможешь выдержать такую нагрузку?

Губы ее сложились в усмешке, древней как мир.

— Не думай об этом, красавчик!

Глава 16

На другой день они парили в его самолете над просторами Техаса, и сердце Грейси замирало от ужаса и восторга. Бобби Том объявил, что собирается показать ей Остин — городок, в котором он окончил колледж. День был ясный, под ними синели речки, распахивались каньоны, и Грейси окидывала их пугливым взглядом.

Она ни о чем не жалела. Он был вчера точно таким, каким она себе его представляла, — нежным и настойчивым, и воспоминания об этой волшебной ночи сохранятся в ее сердце до последнего часа.

— Как прекрасно убраться наконец подальше от этого телефона, — сказал он, закладывая крутой вираж. — Один только Лютер звонит мне по шесть раз на дню!

— Ты не можешь, однако, винить мистера Бейнза в том, что он так нервничает из-за турнира по гольфу. До праздника осталось меньше двух месяцев, а ты так и не дал ему точный список гостей. Тебе, пожалуй, следует все-таки обзвонить своих друзей!

— Пожалуй, — ответил он без особого энтузиазма.

— Я знаю, почему ты уклоняешься. Тебе легче самому оказать услугу кому-то, чем просить кого-то о ней.

— Не все так просто, Грейси. За спортсменами постоянно охотятся. Им постоянно грозит не одно, так другое.

— Не хочешь ли ты сказать, что ни один из твоих друзей ни разу не обращался к тебе за помощью?

— Не многие.

— Держу пари, что это не так. — Она сочувственно улыбнулась ему. — Почему бы тебе не поручить мне эту головную боль? Я завтра же сяду на телефон и доберусь персонально до каждого, на кого ты мне укажешь.

— Малышка, ты просто хочешь заполучить координаты Троя Айкмена. Извини, но это не твой тип.

— Бобби Том…

— Ммм…

— Я, наверное, уроню себя в твоих глазах, если скажу, что не имею ни малейшего представления, кто такой Трой Айкмен.

Он закатил глаза:

— Это самый известный защитник в стране, дорогая! Он дважды помог «Ковбоям» выиграть Суперкубок.