Демоны города масок - Юлия Арвер

– Ты не рухнешь под весом… всего этого? – с сомнением поинтересовалась Игла, старательно скрывая восхищенный взгляд.

Черное платье с белым передником – обычная одежда прислуги в доме воеводы – явно не доставляло ей удовольствия, а уж кружевной чепчик, под которым прятались ее роскошные каштановые волосы, и подавно. Из-под подола выглядывали грубые, видавшие виды сапоги, но менять их на неудобные туфли Игла отказалась наотрез.

– На кой ляд тебе понадобился кувшин с молоком? – спросила ученица Мансура. – Не припомню, чтобы ты пила его вместо воды.

– Мне лестно, что ты знаешь мои вкусы, – фыркнула я. – Это не мне.

– А кому?

– Самой интересно.

С этими словами я взяла из рук Иглы кувшин и водрузила его прямо у топки почти погасшего камина, спиною ощущая тяжелый взгляд.

– Скажи, что ты не рехнулась, – потребовала она.

– Надеюсь, что нет.

С этими словами я напоследок посмотрела на свое сверкающее отражение и покинула комнату. Один из моих солдат остался у покоев, второй поспешил следом, как и Игла. Сегодня ей не было нужды прикрываться тенью, поскольку дом воеводы превратился в муравейник, к которому стекались все новые и новые кареты. На минуту я остановилась у окна, с интересом наблюдая за вереницей экипажей всех мастей. Гостей встречал лично Брай с несколькими помощниками и услужливо провожал их в дом. В обманчивом свете фонарей я не смогла разглядеть каждого, но заприметила две зеленые шинели. Похоже, сегодняшний бал почтили присутствием высшие чины Адрамской роты навиров. Какое счастье!

На лестнице, как и у бального зала, стояли по струнке Беркуты, скрыв лица под масками. Гости косились на них со страхом и предпочитали держаться подальше. Сегодня дом воеводы был защищен, как никогда, Правый берег патрулировали десятки дружинников, но ничто и никто не мог защитить нас от присутствия Иссура – Тир пригласил его сам. Благо, младший Ак-Сарин еще не появился.

Десятки мужчин во фраках и дам в дорогих, но неброских платьях заискивающе здоровались со мной, но в глазах всех гостей читалась опаска.

Я миновала высокие белоснежные двери, вежливо кивнув как всегда вежливо-отстраненному Браю, и на миг застыла, пораженная помпезностью бального зала. С трех сторон его окружали колонны с искусной лепниной у основания, стены украшали восхитительные барельефы, высокие стрельчатые окна стремились к белоснежному потолку, а над головами гостей мерцали сотни свечей в огромных хрустальных люстрах.

Тир, одетый в парадную форму воеводы, с теплой улыбкой поприветствовал пожилую пару и почтительно поцеловал руку молодой девице в светло-розовом платье, задержавшись губами на ее коже чуть дольше, чем требовали приличия. Девушка тут же зарделась, будто созревший под нарамским солнцем персик. Мой будущий муж не мог не соблазнять, эта черта слишком глубоко вросла в его натуру. Плевать. Пусть только не крутит романы у всех на виду, позоря меня.

– А вот и моя ненаглядная невеста! – радостно воскликнул Тир, мигом позабыв о девице в розовом платье. Ее родители тут же склонили головы в вежливом поклоне, я кивнула в ответ. – Позвольте представить, Амаль Кахир Эркин – моя будущая жена и второе лицо Миреи.

– Польщен знакомством с вами, Амаль Кахир, – пробасил пожилой мужчина с заметным брюшком, упрятанным под широкий пояс. Натянутая улыбка, казалось, намертво прилипла к круглощекому лицу, почти слившемуся с бордовым шейным платком. – Позвольте представиться – Офар Ан-Акир, хозяин крупнейшей в Мирее кожевенной мануфактуры.

– Господин Ан-Акир сделал очень щедрый подарок: в честь нашей помолвки пригласил выступить известнейшую белоярскую певицу Аталию Дамиан. Три дня назад она давала в Адраме концерт, сегодня же споет для вас, Амаль, – безукоризненно вежливо сообщил Тир.

– Уговорить госпожу Аталию изменить планы и задержаться в Адраме было сложно, но честь выступить перед самим воеводой и его обворожительной невестой перевесила. – Офар Ан-Акир прямо-таки раздулся от гордости. Его фрак того и гляди грозил лопнуть под мышками, так он выпятил грудь.

Стоило мне поднять уголки губ в подобии улыбки, как распорядитель бала объявил новую пару гостей, которая сию же секунду поспешила поприветствовать нас. Следующие полчаса мы с Тиром провели, раскланиваясь и знакомясь с местным дворянством, которого в Мирее было куда больше, чем в Нараме, с промышленниками и купцами, высшими гражданскими чиновниками и двумя навирами – командиром Адрамской роты и его заместителем. Каждый гость удерживал на лице маску дружелюбия и старательно выдавливал улыбку при знакомстве.

Проклятый город масок! Я не знала, от кого из лощеных аристократов ждать подлости, и потому ждала от всех. Сколько сегодняшних гостей на самом деле поддерживали Иссура и желали свержения Тира? Но все они при этом сверкали улыбками, желая нам долгих лет и десяток наследников.

– Видите вон того высокого господина в дверях? – загадочно прошептал мне на ухо Тир, когда поток поздравлений иссяк. Я присмотрелась к худощавому пожилому мужчине в безукоризненном темно-сером костюме и кивнула. – Это известный изобретатель, снискавший славу в самом Белоярове.

– Что же он изобрел?

– Усовершенствовал пулевое оружие. Теперь на вооружении Белоярской империи есть не только пушки. Правда, его изобретение невероятно секретное, как и все опытные образцы.

– Может, и нет никакого пулевого оружия? – заговорщически прошептала я, прикрыв рот рукой в алой перчатке.

– Может, и так. Но он стал жутко знаменит. Люди жаждут обрести оружие, сравнимое с магической силой. Странно, что нечто такое не изобрели раньше.

– Уверена, в Алмазной империи сотворили и не такое, но в мирное время не бряцают оружием.

Тир хмыкнул, но мгновенно помрачнел, завидев младшего брата, который все же решил почтить нас своим присутствием. Сегодня Иссур выглядел как добропорядочный завсегдатай светских приемов. Дорогой черный костюм с фраком идеально сидел на его подтянутой фигуре, алый шейный платок из шелка смотрелся кровавой бороздой на фоне белоснежной рубашки, белые перчатки прятали его руки, как и подобало на балу. Иссур небрежно бросил пальто с меховой оторочкой первой попавшейся служанке и, завидев нас с Тиром, расплылся в снисходительной ухмылке.

– Братец, не ожидал, что ты решишь соблюсти приличия. Признаться, я думал, что твои сторожевые псы больше никогда не пустят меня в отчий дом.

– Эти сторожевые псы оказались преданнее солдат империи, присягавших воеводе и государству, – прорычала я, опередив Тира.

– И вам доброго вечера, невоспитанная барышня, – с издевкой процедил Иссур, с едва уловимым выражением брезгливости осмотрев меня с головы до ног. – Впрочем, чего еще ждать от дикарки?

– Довольно! – прошипел Тир так громко, как только мог, чтобы не привлечь к нам ненужного внимания местной знати. – Не смей оскорблять Амаль, сопляк! Будь благодарен за то, что