Зов пустоты - Максим Шаттам

Западу стало возможным из-за гибели фундаментальных ценностей мусульманского мира. Этот мир был могущественным во времена строгой арабо-мусульманской империи, в основе которой стоял чистый, если не сказать жесткий, ислам. Все рухнуло, когда мусульмане отдалились от традиционных ценностей: умма ослабела и Запад захватил над ней власть.

В конце аль-Казим повторял, как важен возврат к традиционному исламу, исламизация мусульманской мысли, создание политической и общественной систем исключительно на основе законов шариата. Тогда умма вернется к жизни, объединится под знаменем религии с ясными заповедями, будет следовать четким правилам, и арабский мир вновь укрепится, сплотится и приумножится, восстанет и будет сам вершить свою судьбу, насаждать свою веру и уничтожать неверных, дабы те не успели окончательно развратить все живое.

Мало-помалу Джинн начал разделять каждую мысль, каждую идею аль-Казима, каждую его мечту. О том, как во имя Господа установить прочный порядок для его угнетенного, несчастного, падшего народа.

О том, чтобы воплотить идеологию в орудии войны.

За два года поездок в Египет душа Джинна исполнилась верой, как никогда прежде. Он начал верить, чтобы принять смерть, он научился поклоняться, чтобы понять жизнь, и от этого смерть стала еще более достойной уважения и восторга. Он видел, как по всей планете страдает его община, как арабский мир перенимает современные западные ценности, коррупцию, пороки, как зависит от денег Запада, как теряет свои богатства, а подчас и независимость, как мусульман уничтожают в бывшей Югославии, на Кавказе, как европейцы и американцы унижают их в Персидском заливе.

И чем глубже проникала Божья любовь, тем сильнее рос его гнев. Куколка, обреченная на трансформацию, чтобы выжить, расправила крылья ненависти.

Всякий раз, когда Джинну становилось нехорошо, он спешил приехать к учителю, и они без конца говорили о любви Бога, о слабости мусульман, которых пора пробудить, о том, как именно это сделать, о влиянии Запада, который действует, как телевизор на ребенка, гипнотизирует невинные умы своими яркими посланиями, сбивая с пути истинного, отупляя, чтобы легко навязать им свой разврат, свои товары, повести их по пути потребления, а не к Богу.

Два потрясения окончательно сформировали новую личность Джинна.

Американское присутствие на священной земле Мекки и Медины и целая армия крестоносцев, которые строили военную базу на земле Пророка с позволения Саудовской Аравии. Святотатство. Строительство этой базы совсем рядом с мусульманскими святынями, несмотря на все внимание и уважение, Джинн расценил как объявление войны. Тогда он понял, что его жизненный путь обрел смысл. Его закалка, его опыт бойца, подпольщика, посредника – все это задумал Бог с конкретной целью. Это не случайно, и отныне Джинну придется вести безжалостную борьбу против неверных, пятнавших святое имя Аллаха, он должен стать беспощадным солдатом, вершить джихад.

Аль-Казим помог ему совершить большой джихад, разобраться в себе, примириться с собой, понять, что жизнь – это путь к смерти и раю и что смерть наступит, когда того пожелает Господь. Иншалла.

Теперь он был готов к малому джихаду – джихаду плоти, бомб и страха.

Но аль-Казим вновь его удержал. Джинн может принести куда больше пользы, чем просто жестокое самопожертвование. Каждый моджахед – воин веры – обязан служить Богу всем, чем может, по способностям. Способности Джинна были огромны.

Ему придется задействовать свои связи, чтобы создать облако сторонников, чтобы вербовать, организовывать. Он невидим для врага, а это уникальное преимущество. Однажды, когда он почувствует, что час пробил, он активирует ловушку, а когда будет поздно его останавливать, раскроет свое лицо.

Джинн повиновался и продолжил в качестве прикрытия играть в игры «Хезболлы», но при этом внутренне рос, вынашивал планы, плел сети, закладывал основу – по-арабски аль-каиду.

11 сентября 2001 года стало для него примером.

Тогда он удвоил усилия и усердие в создании собственной паутины. Не сотрудничать напрямую с другими джихадистскими организациями и прежде всего не выдавать свое прикрытие. Ждать, наблюдать за их действиями, оценивать преимущества и брать пример, учиться на ошибках, но не раскрывать себя. Бен Ладен, аз-Завахири, аз-Заркави, а затем и аль-Багдади: все они внушали ему уважение, но он никогда не приближался к ним, чтобы не рисковать и не попасться на глаза врагу. Истинный хищник не станет показываться добыче.

С годами решимость Джинна не ослабевала. Наоборот, ее усилила американская оккупация мусульманских земель, таких как Афганистан и Ирак, а также влияние на другие страны с целью подчинить себе правоверных.

Он следил за всеми событиями, изучал каждый промах, искал лазейку. Не такую, которая позволила бы взорвать колонну военных машин с крестоносцами, – нет, другую, более глубокую, чтобы ударить в самое сердце мира неверных. Джинну не нужна была драка, он не хотел ранить самолюбие врага – он жаждал крупной победы. Он мечтал всколыхнуть весь мир, мечтал совершить нечто символическое, что останется в памяти людей и будет иметь серьезные последствия. 11 сентября привело мир в XXI век, в эпоху терроризма. Джинн стремился к такому же масштабу, который впоследствии назовут поворотным моментом этой религиозной войны. На это требовалось время. Много времени. Особенно когда с появлением ИГИЛ он растерял часть своей сети. Кого-то из соратников запугали, арестовали или убили ЦРУ и иностранные спецслужбы, но Джинн сохранил крепкую базу, связи во многих странах.

Вторым потрясением, которое дало Джинну старт, оказалась смерть Абдаллы Авада аль-Казима. Улем прибыл в «Исламское государство», чтобы продолжить свою миссию в качестве духовного наставника. При бомбардировке здания, которое французы приняли за склад боеприпасов, погибло шестеро детей, две женщины и аль-Казим.

Разорвав Джинну сердце, Аллах указал цель. Французы. Божественное послание было ясным. Государство неверных в самом центре Европы, с многочисленным мусульманским населением, полным сомнений. Он говорил на их языке. И сосредоточил на Франции все свое внимание.

За долгие годы Джинн скопил небольшое состояние – комиссионные, подкупы, оплата услуг. На жизнь он тратил мало и большую часть денег откладывал. Военная казна, призванная оплатить его стратегию.

Он принялся изучать каждое движение противника на международной арене, каждую реакцию, каждое заявление, даже его намерения.

И медленно, но верно обнаружил лазейку. Ту самую, которая позволила бы ему совершить грандиозный поступок.

Тот, что навсегда изменит образ мыслей людей во всем мире.

Оставалось лишь пробудить свою базу, чтобы найти там подходящий элемент, точку входа.

Ключ к его плану.

45

Враг подобен шайтану, дьяволу: он может все узнать.

Он все слышит. Все видит.

Джинн трезво оценивал возможности врага, его этому научили. За телефонами легко могли проследить, даже компьютеры представляли собой реальную опасность, интернет-соединение взламывалось без проблем,