Левиратный брак (СИ) - Татьяна Алферьева

Разговор проходил в спальне королевы. Её Величество сидела в глубоком кресле и с большого расстояния разглядывала закреплённую на мольберте картину.

В комнате, помимо Миреллы, Элен и Лилианы присутствовали ещё две фрейлины.

— Нет, право, ложитесь. Я приказываю. Хотите, я тоже лягу? В конце концов, уже вечер…

С этими словами королева действительно поднялась, подошла к кровати и возлегла на неё. Лежать просто так было скучно. Мирелла поинтересовалась:

— Леди Мариана, вы любите сказки?

— Люблю. В детстве нянюшка каждый вечер рассказывала нам чудесные истории. Лил нравилось про любовь, а мне про путешествия и приключения.

— Расскажите что-нибудь про любовь, — попросила королева.

С этого дня каждый вечер Лилиана рассказывала королеве сказки. Поскольку лежать в корсетах оказалось не слишком удобно, Мирелла повелела маркизе приходить позже, переодетой ко сну. Сама королева к этому времени тоже разоблачалась, расплетала волосы, снимала украшения, умывалась. На «сказочных» вечерах неизменно присутствовала Элен, иногда допускались и другие, ближайшие к королеве фрейлины, почитавшие это за большую честь. На полу раскладывались подушки и толстые пуховые одеяла, чтобы дамам было мягко и комфортно. Все истории неизменно были о любви.

Через пару вечеров Элен сообразила, что раз уж королеве так понравились сказки, а Лил оказалась такой искусной рассказчицей и знатной фантазёркой, то грех было этим не воспользоваться. Мирелле потому так нравились истории о любви с неизменно счастливым концом, потому что у неё самой этой любви не было. Она беззаветно любила своего ветреного короля. Беззаветно, но безответно. Элен решила, что королеве пора научиться любить не только мужа, но и себя. Поэтому впредь они с Лил заранее обсуждали сюжет вечерней истории.

По дворцу быстро поползли слухи об альковных сказках на ночь. Вскоре они заинтересовали и короля.

Однажды вечером в спальню Миреллы тихо постучали. Королева, очарованная очередной историей Лил, недовольно поморщилась.

— Кто там?

Вошедшая фрейлина доложила, что пришёл Его величество и желает знать, что происходит в спальне его любезной супруги.

Королева вскочила на ноги, встряхнула светлыми волосами, до сих пор не заплетёнными на ночь, и спустилась с постамента, на котором стояла её кровать. Она нашла глазами Элен, и та едва заметно ей кивнула.

— Дамы, я прошу вас ненадолго выйти. Нам с Его величеством необходимо поговорить.

Женщины поспешно накинули пеньюары и выскользнули прочь, оставив королеву одну. Мирелла стояла посреди живописно раскиданных по полу узорчатых подушек и одеял, гордо приподняв голову. Стремительно вошедшего короля она встретила спокойным, холодным взглядом. Ален не привык к подобному обращению со стороны супруги. Его королева всегда была ему рада и всегда улыбалась.

— Что здесь происходит?

Король выразительным взглядом окинул спальню.

— Ничего такого, что могло бы заинтересовать Ваше величество, — пожала плечами Мирелла.

— И всё-таки?

Ален глядел на свою жену и не узнавал её. Полураздетая, свободная от корсета, с распущенными по плечами волосами, Мирелла выглядела очень соблазнительно. Как он мог так долго пренебрегать этой аппетитной, очаровательной женщиной?

— С каких пор вас интересуют сказки?

— С тех самых, как они заинтересовали мою жену, — усмехнулся король, подходя ближе к своей королеве.

Неожиданно Мирелла сделала шаг назад, выставив вперёд руку, чтобы остановить приближающегося супруга.

— Убедились, что в моей спальне не происходит ничего предосудительного? — выразительно изогнула брови Мирелла, глядя на короля снизу вверх. Ален был выше её на целую голову. — Тогда позвольте мне вернуться к прерванному занятию.

— Давно я не был в вашей спальне, моя дорогая, — с хрипловатыми нотками в голосе произнёс король, посматривая в сторону кровати.

— С рождения принцессы Агнии, а то и раньше, — собрав в кулак всю свою волю, как можно равнодушнее произнесла Мирелла, опуская глаза. Контролировать одновременно взгляд и голос она была не в состоянии.

— Вот и я думаю, рано мы с вами отошли от этих дел, — попытался обнять и привлечь к себе жену Ален.

— Насколько я знаю, вы просто сменили объект для деятельности, но делать продолжили с присущей вам регулярностью, — усмехнулась королева, уворачиваясь от рук супруга и отходя в сторону.

— Вы отказываете мне в исполнении супружеского долга? — надменно спросил король, решив поменять тактику.

— Вы отказывали мне в этом столько лет, — вздохнула Мирелла. — Теперь настала моя очередь.

Она отвернулась, чувствуя, как от волнения её вот-вот покинут остатки сил.

— Мирелла!

О! Как давно супруг не называл её по имени! Как давно пренебрегал ею, как женщиной, не замечал, увлечённый своими многочисленными любовницами. А она ждала…Ждала, когда он пресытится. Неужели дождалась? Ей сейчас так не хватает совета мудрой подруги! Ей не хватает Элен!

Королева решительно подошла к дверям и открыла их.

— Его величество уходит, — по-прежнему не глядя на мужа, громко произнесла Мирелла.

— Наш разговор не окончен, — проходя мимо жены, с гневом прошептал король.

На этом посиделки закончились. Мирелла с Элен уединились в спальне, остальные разошлись по своим комнатам. У выхода из покоев королевы Лилиану поджидал Виктор.

— Мне не нравится, что моя жена в столь позднее время разгуливает по дворцу в полураздетом виде, — признался маркиз, ведя Лилиану в их комнату.

Но девушка была настолько поглощена своими мыслями, что прослушала, о чём говорил муж.

— Что ты сказал? — рассеяно переспросила она.

Вик лишь вздохнул в ответ, крепче обнимая жену за талию.

— Идём, тебе пора отдыхать.

— Если честно, я так устала от этого отдыха, — проворчала Лил, скидывая пеньюар и ныряя в постель. — Ты ведёшь себя со мной, как будто я фарфоровая или хрустальная.

— Врач сказал, что лучшее лекарство для тебя — покой, вот я и стараюсь…

— О, я это уже слышала, — садясь и глядя, как муж раздевается, перебила Лил и лукаво поинтересовалась: — Ты боишься, что твои поцелуи так вскружат мне голову, что она снова разболится?

После падения Виктор действительно практически не касался её. Ложился рядом и тут же засыпал, ну, или старательно делал вид.

— Я тоже соскучился, дорогая.

— Тогда в чём дело? Ты специально так медленно раздеваешься — надеешься, я усну?

Слова жены заставили Виктора поторопиться.

— Лилиана, Лилиана, — покачал он головой, склоняясь над девушкой, — ты даже не представляешь, насколько желанна и каких трудов мне стоило сдерживаться всё это время.