Проклятье Солнечного короля - 1 - Ольга Ильина

Планы Мэл немного спутал капитан, встретивший ее на пороге госпиталя.

— Вы уходите? — удивился он, увидев ее в городской одежде.

— Доброе утро, капитан, — учтиво проговорила она, призывая не забывать о вежливости, вот только Александру было не до светских расшаркиваний, особенно после того, как он получил от Мэл записку с просьбой встретиться с ней на корабле.

— Вы не желаете объясниться? — сурово проговорил он, преграждая ей путь.

— Может быть, не сейчас? Мне правда очень нужно идти.

— Что помешает мне пойти за вами?

— Неужели у вас нет других дел, кроме как следить за мной?

— Нет.

— Исчерпывающий ответ, — простонала Мэл. — И почему вы так упрямы?

— Боюсь, вы даже не представляете, насколько может быть упрям мужчина, если дело касается безопасности его любимой женщины. Так что выбирайте, сударыня, либо мы оба остаемся здесь, либо вместе идем по вашим делам.

Мэл слегка зависла на словах «любимая женщина», и оттаяла, только когда Александр мягко коснулся ее лица. — С вами все в порядке?

«Так, соберись немедленно!» — приказала она себе. — «Сейчас не время таять от его признаний».

— Да. Идемте, раз уж вы не оставляете мне выбора.

Шли они не долго, но все это время Александр с удивлением и некоей гордостью наблюдал, как сердечно приветствуют горожане Мэл ровно до того момента, как ее также сердечно не поприветствовал какой-то наглый мальчишка. Тогда ему захотелось прибить наглеца, затем еще одного и еще, а когда в переулке девушка едва не столкнулась с молодым джентльменом, явно ей знакомым, он и вовсе заскрежетал зубами. Они любезничали почти четверть часа, все время испытывая его выдержку на прочность.

— Боги, это путешествие когда-нибудь закончится? — почти прорычал он, когда еще какая-то леди и ее престарелый спутник окликнули Мэл.

— Что вы так нервничаете, капитан? — удивилась она, распрощавшись и с этими господами.

— Вы невероятно популярны, особенно среди мужского брата.

— Капитан, не далее, как вчера вы обвиняли меня в ревности, а сейчас, по-видимому, и сами страдаете этим недугом.

— Хм, кажется, это заразно, — хмыкнул он, поняв всю правдивость ее слов. — Вы, как будущий врач, не подскажете лекарства?

— Взаимное доверие, — не задумываясь, ответила она. — И перестаньте хмуриться, мы уже пришли.

Александр посмотрел на дом, у которого они стояли и удивленно вскинул брови.

— Лавка Иолы, — прочитал он сомнительное название, смутно предполагая, что его не ждет внутри ничего хорошего. И как же он был прав в своем предчувствии.

— Вы можете подождать меня здесь, — предложила Мэл.

— Ну, уж нет. Я пойду с вами.

Внутри было тесно, и пахло смесью разных знакомых и незнакомых трав. А еще довольно мрачно и темно.

— Это что? Магическая лавка?

— Нет, скорее лавка травницы. Иола не владеет магией, но она прекрасно разбирается в травах.

— И что мы здесь забыли?

— Вы же сами навязались на мою голову, а теперь жалуетесь? — недовольно воскликнула девушка. Пришлось ему заткнуться. А то с нее станется, прогнать его. Мэл удовлетворилась его смиренным видом, сурово погрозила пальцем и ушла куда-то за ширму.

— Она не надолго, — проговорил кто-то за его спиной. Александр резко обернулся, готовый к внезапной атаке неприятеля, но увидел лишь сухонькую старушку, закутанную в цветастый платок. — Ух, глазищи как горят, того глядишь, убьешь.

— Извиняться не стану.

— Да я и не прошу. И кто я такая, чтобы сам Солнечный король передо мной извинялся.

— Тише, — шикнул он, посмотрев за ширму.

— Да не бойтесь, Ваше величество, не услышит она нас. Я хоть и не маг, но кое-что все же умею.

— Мы знакомы? — настороженно спросил он, удивленный тем, что она знала его.

— Слава богам, нет. Но я знаю, кто ты.

— И откуда?

— Духи подсказали, — просто ответила женщина.

— Хм, а мне говорили, что ты не ведьма, — жестко ответил он.

— А я и не ведьма, я полукровка, как и ты.

— Врешь, полукровки не стареют.

— А я и не стара. Это ты меня такой видишь, да и все остальные тоже. Да и не за этим я тебе показалась.

— За чем же тогда?

— Поговорить с тобой хотела, в душу твою заглянуть.

— И что же ты там увидела, ведьма?

— Ты и сам знаешь. Мэл мне как сестра, береги ее. Пуще себя береги. Она — твое сердце, а ты ее проклятье.

— Ты врешь, ведьма, — похолодел он.

— Сам знаешь, что не вру. Мать твоя сильной была, страшной. Такое проклятье и архимагу не снять. Знай король — если забеременеет, потеряешь и ее, и ребенка.

Он долго стоял, прожигая старуху ненавидящим взглядом, потому что сказала ему то, чего он и сам боялся. Знахарка хотела еще что-то сказать, но тут из-за ширмы выглянула Мэл, и тоска, рожденная в его душе, немного отступила. Прав был Дэйтон, она как солнышко — уходит, а вместе с ней и весь свет исчезает, а возвращается и в мир краски приходят, яркие, цветные, живые.

— Иола, вот ты где, а я наверху искала.

— Да куда я денусь, милая. Ты же знаешь, до захода я отсюда ни ногой, — поскрипела старуха и засеменила следом за ширму.

— А почему она не выходит до захода солнца? — спросил Кросс, когда они, наконец, вышли из лавки ведьмы. — Вампир что ли?

— Сами вы вампир, — обиделась за травницу девушка. — У Иолы очень непростая судьба. Когда-то ее проклял один очень могущественный и злой маг. И теперь каждый день она выглядит, как древняя старуха, а ночью становится прекрасной девой.

— И что же, она никогда не пыталась снять проклятье?

— Пыталась, она и сейчас пытается, но иногда от страшных проклятий нет избавления.

— Да, я слышал об этом. Моего друга когда-то прокляла мать.

— Мать? — удивилась Мэл. — О, богиня, что за женщина способна на такое? Проклясть собственное дитя… да что бы он не натворил, мать на то и мать, чтобы простить и понять, когда никто другой его не понимает.

— А вы… хотите детей?

Он не знал, зачем спросил ее об этом, ведь знал же, что способен дать ей все, даже положить к ногам целое государство, но только не эту малость, разве что от другого…

— Очень, — улыбнулась она так светло и искренне, что ему стало еще тяжелее. — Я всегда мечтала о большой семье. А вы? Я знаю, Дэй — ваш сын…

— Он сам вам рассказал? — удивился Александр. Конечно, он предупреждал мальчика, что для всех, даже для него самого, сейчас он должен быть обычным матросом, а капитан Кросс — просто капитан, но мало ли что может рассказать пылкий влюбленный подросток, чтобы произвести впечатление на понравившуюся барышню.