Потаённые желания Тёмного Властелина (СИ) - Фрост Ника

Эта лестница была не такой длинной, мы спустились всего метров на пять ниже, и попали в очередной крохотный и скудно освещённый склеп, в котором нас cнова поджидал охранник. Он тоже почтительно поприветствовал генерала и сам открыл дверь. И наконец–то мы очутились в самой настоящей тюрьме.

Длинный широкий коридор с узкими, я бы даже сказала, крохотными оконцами практически под самым потолком, а потолки тут были как раз метров по пять. С обоих сторон были расположены камеры, размером где–то три на три метра. Сначала шли просто зарешеченные помещения, а чуть дальше — с толстыми каменными стенами, и двери там были серьезные. Вот туда–то мы и направились.

Кстати, тут везде было чисто и… ужасно тихо, не было слышно и звука. Хотя, наверное, и к лучшему, что никого не было. В камерах я тоже никого не увидела. Не такой здешний Император самодур, чтобы всех под замок сажать. Это уже хорошо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дойдя до самого конца длинного коридора, мы замерли около двойной двери, точнее, их тут было две: решетка из толстых прутьев, а за ней — окованная железом, а может и железная цельная дверь, перед которой стояли сурового вида мужчины, полностью закованные в доспехи.

— Всё в порядке? «Гость» не доставлял никаких неприятностей? — поинтересовался Иргирмир.

— Нет! — хором отрапортовали охранники.

— Прекрасно. Открывайте.

С неприятным лязгом поднялась сначала к потолку решетка, приведенная в действие каким–то хитрым механизмом, потом с ужасающим скрипом открылась железная дверь. И я, сделав глубокий вдох, зашла в камеру вслед за генералом.

И оказалось, что мы попали в довольно просторную камеру, где тоже было крохотное окошко, света от которого едва хватало чтобы различать очертания предметов. Вот только тут была ещё и огромная клетка из толстых металлических прутьев, установленная на небольшом постаменте, посреди этого помещения. И рукой тому, кто находился за решеткой, дотянуться до стены не представлялось возможным, как и до потолка. Ещё было странным то, что прутья решетки светились каким–то красноватым, едва заметным светом… Ну и как же ещё без охранников! Четыре, закованных в броню, огромных силуэта в каждом углу. Заметила я их не сразу: освещение тут было просто ужасным. Да и не на них я смотрела во все глаза, а на того, кто сидел в центре клетки, скованный по рукам и ногам, в коленопреклонённой позе, со слегка склоненной вниз головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Это был Мао. Без сомнений. Я его даже если бы света и вовсе не было всё равно узнала.

Мощная фигура: не было в ней и капли смирения. Даже в таком состоянии Маору не был похож на заключенного. Скорее, на того, кто ненадолго присел отдохнуть или помолиться своим Божествам перед великой и решающей битвой. Пусть и сковали ему толстыми цепями руки, ноги и даже крылья, было ощущение, что он сейчас лениво поднимется и, гордо вскинув голову, просто сотрёт всех и вся тут в порошок.

Я же, когда его увидела, нервно дернулась. Мне было тяжело принять то, что моего любимого схватили и держат в камере скованным, под охраной. На нем даже одежды толком не было! Только одни брюки… Длинные волосы растрепаны, закрывают практически всё лицо. Я бы, честно говоря, без раздумий поменялась с ним местами. С этим сильным мужчиной, лишь бы не видеть его таким. Но как он смог попасться, и что же случилось на самом деле?! Как бы мне это выяснить, как поговорить с ним наедине?

Иргирмир подошел на расстояние вытянутой руки к камере, а я так и осталась стоять около входа. Не в состоянии сделать эти, последние пару шагов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Судорожный вздох, как бы я не крепилась и не держалась, невольно вырвался из моей груди, и только тогда Маору поднял голову, хотя до этого не реагировал ни на лязг, ни на топот от сапог оборотня. Распахнув свои удивительные глаза, которые ярко светились даже в темноте, посмотрел прямо на меня. И, увидев меня, он немного вздрогнул. Едва заметно, но я смогла это разглядеть и тут же прикусила нижнюю губу, чтобы не выдать себя ни слезами, которые уже готовы были выступить в уголках глаз, ни чем либо ещё.

Наши взгляды встретились, и я смогла прочесть в его глазах: «Уходи!». Явное. Бесспорное. Но я ответила едва заметным покачиванием головы. «Нет!» — был мой ответ. Не терпящий возражений.

— Кто ты такой? — холодным тоном, «налюбовавшись» на пленника, спросил Иргирмир.

И в ответ ему Маору лишь криво усмехнулся. Он даже не посмотрел на оборотня. Демонион просто снова закрыл глаза.

— Что ты забыл в нашем королевстве, и откуда ты прибыл?! — с напором продолжал расспрашивать пленника генерал. И в этот раз Мао его полностью проигнорировал.

Сделав ещё шаг, приблизившись уже вплотную к клетке, Иргирмир прорычал:

— Отвечай! Всё равно ты ответишь на все вопросы! И за всё!

— Ой ли? — насмешливо не произнес — пропел демонион, так и не открыв глаза. — За всё? Ты думаешь, что сможешь напугать меня, глупец?

В этом, наверное, весь Маору. Он никогда не сдастся. Никогда. И никому не подчинится. У него только своя правда и абсолютно несгибаемая сила воли…

Дойдя до самого конца длинного коридора, мы замерли около двойной двери, точнее, их тут было две: решетка из толстых прутьев, а за ней — окованная железом, а может и железная цельная дверь, перед которой стояли сурового вида мужчины, полностью закованные в доспехи.

— Всё в порядке? «Гость» не доставлял никаких неприятностей? — поинтересовался Иргирмир.

— Нет! — хором отрапортовали охранники.

— Прекрасно. Открывайте.

С неприятным лязгом поднялась сначала к потолку решетка, приведенная в действие каким–то хитрым механизмом, потом с ужасающим скрипом открылась железная дверь. И я, сделав глубокий вдох, зашла в камеру вслед за генералом.

И оказалось, что мы попали в довольно просторную камеру, где тоже было крохотное окошко, света от которого едва хватало чтобы различать очертания предметов. Вот только тут была ещё и огромная клетка из толстых металлических прутьев, установленная на небольшом постаменте, посреди этого помещения. И рукой тому, кто находился за решеткой, дотянуться до стены не представлялось возможным, как и до потолка. Ещё было странным то, что прутья решетки светились каким–то красноватым, едва заметным светом… Ну и как же ещё без охранников! Четыре, закованных в броню, огромных силуэта в каждом углу. Заметила я их не сразу: освещение тут было просто ужасным. Да и не на них я смотрела во все глаза, а на того, кто сидел в центре клетки, скованный по рукам и ногам, в коленопреклонённой позе, со слегка склоненной вниз головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Это был Мао. Без сомнений. Я его даже если бы света и вовсе не было всё равно узнала.

Мощная фигура: не было в ней и капли смирения. Даже в таком состоянии Маору не был похож на заключенного. Скорее, на того, кто ненадолго присел отдохнуть или помолиться своим Божествам перед великой и решающей битвой. Пусть и сковали ему толстыми цепями руки, ноги и даже крылья, было ощущение, что он сейчас лениво поднимется и, гордо вскинув голову, просто сотрёт всех и вся тут в порошок.