Гоша Каджи и Алтарь Желаний - Татьяна Рябов

Вот и пришлось ребятам помогать товарищу, проталкивая в себя куски пиццы с помощью как раз и пригодившегося чая. Иначе вполне возможно, что Роб спорол бы все в одиночку. И тогда его, объевшегося напрочь, пришлось бы катить до Башни Грифонов как колобка — столько азарта было в глазах паренька. Но обошлось.

Возможно потому, что под неспешно плывущие по потолку облака ворвалась обрадованно-крикливая и разномастная туча из птиц. Прибыла почта. Живность нарезала несколько кругов под голубыми сводами, выискивая своих хозяев. А затем пернатые стали один за другим пикировать к столам.

Сокол Гоши заметил своего хозяина одним из первых. И круто взяв вниз, он приземлился ему на левое плечо. В клюве Янги осторожно сжимал небольшой конверт. Следом за соколенком прямо на стол опустилась крупная ворона Баретто, тоже бросив перед этим ему на колени конверт и в довесок еще газету, свернутую в трубочку. А через пару минут над головами друзей захлопали крылья, и послышалось уханье. Это две бело-пегие совы близняшек притащили им небольшую коробку, перехваченную шикарной ленточкой с изящным бантиком наверху. И внутри коробки наверняка находились конфеты.

Каджи взял письмо из клюва Янги, и соколенок тут же переместился с плеча на стол. Гоша ласково провел пальцем по голове птицы, и ему почудилось, что бусинки глаз у Янги радостно сверкнули. Но соколенок тут же, словно застеснявшись, важно направился к пицце и попробовал ее клюнуть. Только, похоже, что она ему совсем не понравилась, так как от продолжения банкета Янги решительно отказался.

Да и ворона Баретто прокаркала соколенку что-то строго-нравоучительное. А вот совы уморительно заухали, прищурив свои большие глазищи. И Каджи показалось, что это они так весело хихикают. Но наваждение тут же исчезло вместе с птицами.

А пернатые, на удивление, дружной четверкой уже удалялись к выходу. Ворона Роба впереди — важно и степенно размахивая крыльями. Следом за ней две совы, попутно разглядывающие убранство зала. И соколенок, резво нарезающий пируэты высшего пилотажа вокруг троицы. Ему их неспешное отбытие казалось слишком уж медленным, но, по всей видимости, улетать одному Янги совсем не хотелось.

Друзья почти одновременно распечатали полученные конверты и углубились в чтение. Девчонки что-то весело обсуждали шепотом, уже второй раз перечитывая письмо. Баретто радостно скалился, вглядываясь в свой кусок пергамента. А потом, спрятав его в карман, принялся за вечернюю газету «Ведьмины сказки», теперь уже сдвинув брови к переносице и солидно прихлебывая чаёк. Сразу видно, что парень серьезный и основательный.

А Каджи читал письмо от бабушки. Она, естественно, поздравила его с зачислением в Хилкровс, слегка удивляясь, почему внук не выбрал себе факультет Эйсбриз, раз была такая возможность. Посетовала немного на то, что если бы не Мэри, написавшая ей про то, как они добрались и о распределении, то она ждала бы от внука вестей, наверное, вплоть до Нового года. Еще бабуля передавала огромный привет от всех домашних, вкратце рассказав о том, что сейчас в их жилище царит полный кавардак по причине того, что она решила сделать капитальный ремонт. Раньше ей ведь приходилось во многом себя ограничивать, обходясь минимумом волшебных вещей и приспособлений, чтобы не привлекать лишнего внимания… Правда в этом месте письмо невнятно соскальзывало совершенно на другую тему: оказывается, Тимофей так увлекся одной местной кошечкой, что решительно завязал с валерьянкой. Вот только неизвестно, надолго ли его хватит. Ну и в заключение Никисия, конечно же, добавила, что сама сильно соскучилась по внуку.

Гоша сложил кусок пергамента и спрятал его в карман, решив, что чуть позже обязательно нужно написать ответ. И попробовал полюбопытствовать, что же находится в коробке у девчонок, которые уже стянули с нее ленточку с бантиком. Там и на самом деле оказались конфеты, настоящее «птичье молоко». Но попробовать их на вкус ни Каджи, ни Баретто так и не удалось.

— Не для вас прислали, — Анька хлопнула Гошу по руке, строго сверкнув серыми глазищами, и конфета тут же упала назад в коробку. — И нечего хапать без спросу.

— Семен Борисович сказал, что нужно уметь дружить, — продолжила Янка. — Вот и пойдем наводить мосты к фалстримцам.

И близняшки не замедлили претворить задуманное в жизнь: подхватив коробку с конфетами, они направились к столу Фалстрима.

— Слушай, Гоша, они точно чай пили? — недоуменно поинтересовался Роб, складывая газету.

— Да что-то непохоже. Может и покрепче чего-нибудь.

А Янка тем временем уже успела вручить коробку конфет не кому-нибудь, а непосредственно Гордию Чпоку. Аня во время этой церемонии что-то быстро тараторила. Гошин враг номер один сперва непонимающе таращился на сестер, почесывая затылок от удивления. Но когда Аня закончила с презентацией, парень самодовольно расплылся в нагловатой улыбке, выпятив грудь колесом. Выглядел он в этот момент карикатурно-героически из-за своих синюшек. А потом Чпок небрежно принял подношение, как должное, всего лишь слегка кивнув в ответ. И даже не дожидаясь ухода близняшек, тут же слопал пару конфет. А уж только после этого передал коробку Дурмашу, и там она пошла по кругу фалстримцев. Девчонки же довольные своим неправильно-правильным поступком вернулись к ребятам, улыбаясь так радостно, словно заработали как минимум сотню баллов факультету.

— Не пора ли нам домой? — оживленно прощебетала Анька.

— А то что-то устали мы сегодня, — поддерживая сестру, Янка скорчила настолько жалостливую рожицу, что ей можно было бы и поверить.

Вот только ее бодрая походка, которой она направилась в сторону выхода, совсем не говорила об усталости. Скорее было похоже на то, что девчонка едва сдерживает себя, только бы не промчаться к двери вскачь.

— Как пообщались с Гордием? — невинно вскользь поинтересовался Каджи, стараясь не отставать от уставшей Янки.

— Нормально, — она бросила на Каджи непонятный по значению взгляд. — Извинились за то, что так неудачно познакомились.

— Ага, — добавила Аня. — Обещали в будущем исправиться…

— А получится исправиться-то? — перебил ее мечтания Баретто.

— Да кто его знает, это будущее, — беззаботно отозвалась Янка, пожав плечами.

«Я, похоже, знаю. Но лучше бы и не знал вовсе о том, что будет», — подумал Гоша, но вслух ничего говорить не стал. Да его собственно никто и не спрашивал, они уже ныряли в пламя, полыхающее на входе в башню Грифонов. Портреты, развешанные на стенах, тут же забросали их вопросами о том, как прошел первый день учебы. Пришлось задержаться внизу башни и подробно им все рассказать, отдавая дань уважения их прошлым заслугам.