Бог войны - Дэвид Вебер

недоверчивый взгляд Тотаса. – Тотас, наш народ помнит, как убивать колдунов, но не знает их обычаев и образа действий, к тому же мы-то не ездили в Империю Топора учиться, не забывай этого…

– Да, прости. – Тотас мгновение подумал и начал рассказывать: – Это имеет отношение к особенностям магии крови… Моя госпожа знает об этом гораздо больше, чем я, но, насколько я слышал, ни один колдун не может сам создавать энергию. Маги используют собственную энергию, а колдун притягивает энергию, которая связывает все в мире, если можно так выразиться.

Оба градани, ничего не понимая, смотрели на него, и он вздохнул:

– Маги говорят, что энергия существует во всем, даже в камне, но больше всего ее в живых существах. Белые колдуны, когда такие еще были, клялись не использовать энергию живых существ, особенно людей, без их разрешения. И даже в этом случае они не должны были убивать или как-то вредить тому, чьей энергией пользуются. Понимаете?

– Пытаемся, – сказал Брандарк.

– Так. Дело, однако, в том, что очень немногие колдуны умеют извлекать энергию из неживой природы. Этому нужно учиться долгие годы. А с энергией живых существ работать легче, особенно в момент их смерти. Когда человек или животное умирает, его энергия, или жизненная сила, изливается, чтобы соединиться с общемировой энергией. Если колдун сможет в этот момент уловить исходящую энергию, то сможет и ею воспользоваться. Поэтому колдуны крови кажутся такими могущественными. На самом деле они могут быть намного слабее других колдунов, но в их распоряжении более мощные источники энергии. Понимаете?

На этот раз оба градани кивнули.

– Я все это узнал бессистемно, урывками, поэтому могу в чем-то ошибаться. Но, насколько я понимаю, чем выше интеллект того или иного создания, тем сильнее его энергия. Поэтому обычно жертвами ритуалов магии крови становятся люди или другие разумные существа, а не животные. Кроме того, у молодых людей энергии больше, чем у старых и больных. А у мага ее намного больше, чем у всех остальных.

Базел нахмурился, и Тотас кивнул:

– И это еще не все. – Его голос зазвучал более резко, потому что теперь речь шла уже не о теории, а о его любимой госпоже. – Некоторые люди, как бы сказать, резонируют с жизнью вокруг них.

– Резонируют? – переспросил Брандарк.

– Это слово употребил Мастер Креска, когда мне это объяснял. Если ты с кем-то связан, то к этому человеку переходит часть твоей энергии… Это как увеличительное стекло, которое фокусирует солнечные лучи. Чем более сильные чувства питает один человек по отношению к другому – доверие, преданность, любовь, – тем эта связь крепче и тем больше энергии он ему отдает. Это понятно?

Градани с сомнением кивнули.

– Ну а правитель или наследник правителя является фокусом для очень большого числа людей. Такому правителю, как лорд Джашан или леди Заранта, доверяют и любят его очень многие. Поэтому, если они увезут ее в земли Джашана, где на ней сосредоточена вся эта энергия, и там убьют ее…

Он замолчал, кусая губы, и Базел сжал его плечо.

– Все ясно, – сказал Конокрад. – Думаю, ты прав. Она жива, и они постараются ее туда доставить. Это значит – у нас еще есть время.

– С чего начнем? – спросил Брандарк.

– Хотелось бы нанести небольшой визит барону, – низким голосом ответил Базел. – Из того, что я смог выкачать из хозяина, следует, что людей у Дунсанты дюжины две, а его «крепость» – всего лишь укрепленный помещичий дом. Будет странно, если мы не сможем в него проникнуть, если уж у нас появилось такое желание.

Товарищи Базела были полностью согласны с его словами, и Конокрад улыбнулся:

– Возможно, мы найдем леди Заранту где-нибудь в доме барона, но, сказать по правде, я думаю, что это маловероятно. Скорее всего они сразу же, как только смогли, отправили ее в Южную Пустошь. Не зная наших планов, они должны были постараться действовать быстрее, чтобы в любом случае опередить нас.

Тотас со страдальческим выражением лица кивнул, но Базел снова сжал его плечо.

– Если только они не обзавелись ковром-самолетом, им придется пользоваться обычными средствами передвижения, а это значит, что они не могли увезти леди Заранту далеко. Обещаю тебе, Тотас: перекинувшись парой слов с бароном Дунсантой или с кем-то из его людей, я буду точно знать, где ее искать.

Глава 23

Тонкий, как срезанный ноготь, месяц плыл среди несущихся по небу рваных облаков. Брандарк и Тотас спешились в тени группы деревьев. Листья с их ветвей давно облетели. Базел, привязав к ветке мула Заранты, внимательно разглядывал замок. Потом он повернулся к товарищам.

– Ты был прав. Разве это крепость? – резюмировал Брандарк.

Базел, хмыкнув, снова повернулся к дому барона Дунсанты. Несмотря на свое расположение поблизости от главной северной дороги, владения Дунсанты никогда не отличались богатством. Отец нынешнего барона получил титул за участие в походе армии Империи Копья, расширившем границы Империи до Черной реки. Но денег на сооружение подходящей резиденции у него не хватало. Вместо этого он занял единственный укрепленный помещичий дом в округе и еще больше укрепил и расширил его. Надо отдать ему должное, военное чутье его не подвело, и, если бы сын продолжил его дело, в крепость было бы сложно проникнуть. Но при сыне даже сделанное отцом пришло в упадок.

Первый барон обнес свою усадьбу по периметру земляным валом и цепью бастионов, откуда лучники могли простреливать прилегающее пространство. Перед валом был вырыт глубокий ров. Конечно, барон не рассчитывал удерживать такие укрепления только силами своего гарнизона: в случае нападения противника крепость должны были защищать все жители деревни и другие подданные Дунсанты.

Его сын, однако, забросил эти сооружения. Вал местами ополз в ров, в нем образовались бреши. Годами никто не вырубал кустарники и мелколесье, которыми заросли подходы к усадьбе. Казалось, у теперешнего барона были заботы поважнее, чем безопасность населения в случае войны.

Нельзя, однако, было сказать, что он пренебрегал своей собственной безопасностью.

Внутренняя каменная стена вокруг баронского дома была достаточно высока и содержалась в хорошем состоянии. Зоркие глаза Базела подметили у главных ворот двух часовых. По углам стены горели фонари. Наверху, на стене, никого видно не было, но, вероятно, там тоже стояли стражники. Однако были и еще одни ворота, боковые, по-видимому, предназначенные для разведывательных вылазок. Они были погружены в тень, разглядеть их со стены было невозможно, стражниками они, казалось, тоже не охранялись.

– Вон там, –