Возвращение колымского мамонта - Виталий Галияскарович Гадиятов

– У нас наступает критический срок, дольше которого нельзя проводить оживление, – говорил доктор, – может начаться физическое отмирание отдельных тканей организма. Если оно наступит, то после этого уже даже теоретически невозможно будет запустить сердце животного, чтобы взять живые клетки, необходимые для проведения успешного клонирования. Я ответственно заявляю, мы приложим все силы, все знания, чтобы провести клонирование мамонта. Да будет Всевышний к нам благосклонен, – закончил своё выступление Микимото.

Оживший мамонт

Поколесив по улицам перегруженного машинами Токио, Степан и Соколов только к половине двенадцатого приехали в лабораторию Микимото. Она помещалась на территории научного института в одноэтажной постройке, прилепленной к высотному зданию. Наклонная односкатная крыша лаборатории была раздвинута в обе стороны, и от этого там образовался проём, хорошо видимый издалека. Никто у входа их не встречал, но как только они попали в холл, их уже ждали два охранника в форме.

– Доктор Микимото сказал, чтобы вы переодевались и подходили в лабораторию. Он заранее попросил прощения за то, что вас не дождался.

Ничего не выясняя и не требуя документов, их проводили в раздевалку. Здесь лежали приготовленные для них белые костюмы с шапочками и бахилы.

В большом освещенном зале они увидели мамонта. Он был закрыт огромным стеклянным колпаком. С одной стороны к нему примыкала кабинка. Как догадался Степан – это был вход с тамбуром. От блока приборов, стоявших на длинных передвижных столах рядом с колпаком, к мамонту шли разноцветные провода и трубки. Возле приборов стояли люди в таких же, как и у них, белоснежных костюмах. Доктор Микимото «колдовал» с разноцветными колбочками. Встряхивая, он ставил их на стол, где таких колбочек было несколько подносов. Они стояли прямо друг на друге. Увидев вошедших, он тут же подошёл.

– Извините, господа, сейчас у меня абсолютно нет времени, каждая секунда на вес золота. Теперь мы сможем поговорить только после того, как я закончу эксперимент. У нас возникли серьёзные проблемы, вы о них слышали уже вчера, а сегодня обстановка только ухудшилась. Не запускается сердце мамонта, не поймём, в чём дело. С помощью нашего диагностического комплекса мы проверили все органы: они в полном порядке. Разморозку тела провели по всем существующим правилам с использованием новейшей криогенной камеры с вакуумным насосом. Всё, как обычно, а вот что-то не идёт. Пожалуйста, проходите, я вас представлю своим коллегам.

По очереди Микимото познакомил их со всеми сотрудниками своей лаборатории. К кому-то он подводил Степана сам, а кого-то просто подзывал к себе. Степан отметил про себя невысокую черноволосую женщину с приятной улыбкой, которую звали Юко Мэй. Она была главным специалистом по медицинским вопросам. Или, как отметил он про себя, главным ветеринаром. Были тут и микробиологи, и врачи, и специалисты по компьютерам. Больше всех Степану запомнился мужчина европейской внешности в белом костюме.

– Доктор Ван, – представил его Микимото, – наш главный специалист по паранормальным явлениям. Ему мы обязаны сохранению благоприятной энергетической обстановки в лаборатории, а также защите от проникновения враждебных астральных тел и множеству других малопонятных вещей, о которых порой мы даже не подозреваем.

Ван отозвал Микимото в сторону и тихо сказал:

– С приходом этих гостей в нашей лаборатории изменилось электромагнитное поле. Отчего это произошло, я пока сказать не могу. Мне вообще многое сейчас стало непонятно. Что будем делать?

Тот его успокоил, сказав, что этот источник находится перед ним – это Степан, побывавший в прошлом.

– Можете сами всё посмотреть, – сказал Степану Микимото, – а экскурсию я проведу позже.

– С удовольствием послушаем. А если что-то будет в моих силах, смогу ли я вам помочь?

На лице Микимото появилась улыбка, которую можно было прочитать так: «Не смешите. У нас тут такая аппаратура, что вы по сравнению с ней ничего не предсталяете».

– Этот мамонт мне знаком, я его видел живым, когда он провалился в болото. А самое интересное, я знаю все его внутренние органы. Не пойму, как это случилось, но у меня такое впечатление, будто кто-то ввёл мне в голову всю информацию об этом мамонте.

Доктор улыбнулся, по-своему поняв настойчивость охотника.

– Все органы мамонта мы тоже видим, только делаем это с помощью своего диагностического комплекса. Тем не менее, Степан, я не отказываюсь от вашей помощи. Если чем-то сможете помочь, буду вам весьма признателен.

Микимото срочно позвали к столу с приборами, и он быстро удалился.

– Падает давление в системе, состояние мамонта критическое, – услышали они взволнованной голос Юко Мэй. – Я включаю дополнительную аппаратуру, иначе приборы не выдержат.

– Запускайте.

На панели приборов включились лампочки, послышался тихий гул работающих электродвигателей. Степан подошёл к стоявшему посередине зала мамонту. Он был зафиксирован с помощью специальных зажимов, подведённых снизу и с боков. Зажимы были закреплены на четырёх вертикальных стойках, установленных на полу. Увидев мамонта рядом, Степан был восхищён этой громадиной. Он обошёл его со всех сторон, остановился перед ним. Как в первый раз, когда он увидел мамонта на световом табло в центре города, Степану показалось, что мамонт ему кивнул. В тот же момент у Степана будто что-то включилось внутри. Как на экране телевизора, он увидел кровеносную систему животного. Быстрым взглядом пробежал по все сосудам и остановился на голове. Здесь Степан увидел пробку, закупорившую узкий сосуд головного мозга. Из-за неё кровь почти не проходила.

– Доктор Микимото, – сказал он через Соколова. – В районе левого виска пробка забила сосуд. Там остался совсем узкий проход, и кровь почти не проходит. Как это правильно, по-медицински: по-моему, закупорка сосуда называется.

Не вдаваясь в выяснение медицинских терминов и обстоятельств, каким образом Степану удалось увидеть то, чего никто из них не видел даже с помощью современных приборов, которых здесь было в избытке, Микимото отдал команду. Юко Мэй включила аппарат, в зале загудело.

– По нашим приборам там чисто, – услышал он голос Юко. – Ничего там нет, смотрите.

На экране большого компьютера появился увеличенный кровеносный сосуд. Он действительно был стерильно чистым. Но спустя полминуты в том месте, где сказал Степан, обозначилось тёмное пятно, а потом все увидели тромб. Он практически полностью закупорил сосуд. Микимото тут же дал команду:

– Срочно готовимся к операции. Подключаем систему наркоза, инструментарий. Доктор Якито, вам ассистирует Кин Сэй…

Спустя минуту Степан снова посмотрел на кровеносную систему мамонта. На этот раз по сосудам быстро бежал ярко-зелёный шарик, похожий на изумрудную бусинку. Когда он дошёл до тромба, то стал биться об закупорившую сосуд пробку. Тромб шевельнулся, потом пошли мелкие трещинки и он стал уменьшаться в размере. Вскоре сосуд полностью очистился.