Лорд и хозяйка гостиницы - Летиция Райсвик

— Простите, Кора, вчера я так неожиданно покинула вас, — сказала она серьезным тоном, но с некоторой долей смущения. — После всего, что нам вчера пришлось пережить, наверное, это было особенно неприятно… Но моя матушка часто играла эту пьесу…

— Пожалуйста, миссис Прайс, не надо! — быстро заговорила Кора, воспользовавшись тем, что Рут замолчала на миг. — У вас нет никакой нужды извиняться или оправдываться. Тем более после всего, что вы сделали для меня. Налить вам кофе? — спросила она, протягивая руку к кофейнику.

— Да, пожалуйста. — Рут села и, еще раз окинув взглядом столовую, удивленно спросила: — А где?..

— Лорд Фицуотер распорядился отослать всех слуг, — сообщила Кора, явно довольная этим обстоятельством. — Вчера вечером я сказала ему, как неловко нам было ужинать под их строгим присмотром.

— Вы ему так и сказали? — удивилась молодая женщина.

— Полагаю, он не обиделся. — Кора озорно улыбнулась и принялась наливать для Рут кофе. — Он никогда не ведет себя как все эти надутые вельможи.

— И что он сказал?

— Он рассмеялся и согласился со мной, заметив, что если и держит такую прорву слуг, то исключительно принимая во внимание амбиции своего дворецкого. Он сказал, что этот Дибли правит в доме с незапамятных времен, когда его самого и на свете не было, и что он сам, лорд Фицуотер, чувствует себя так, будто он в большом долгу перед своим дворецким, особенно когда создает волнение в доме, позволяя себе приглашать гостей, не предупредив об этом заранее. Никогда бы не подумала, что лорд Фицуотер его боится. Во всяком случае, этот Дибли, кажется, пользуется здесь правом указывать своему господину на некоторые несоответствия его поведения принятым правилам приличия. Как вы думаете… — Кора помолчала, задумавшись, затем продолжила: — …когда я встретила его сегодня утром — мы как раз сидели с лордом Фицуотером, — я подумала, возможно, что Дибли на самом деле не такой уж строгий, надменный и высокомерный, каким хочет казаться.

Рут выслушала весь этот монолог с легкой заинтересованной улыбкой и сказала:

— Вы очень наблюдательны, Кора.

— О, я только пробую развивать эту черту, — весело сказала девушка. — Лорд Фицуотер сказал, что, если я хочу передавать сходство, мне просто необходимо научиться видеть во всем истинную подоплеку, а не то, что лежит на поверхности.

— Лорд Фицуотер развивает в себе эти способности всю жизнь, — тихо сказала Рут. — Простите, Кора, — продолжила она после некоторого молчания, поймав себя на том, что, углубившись в воспоминания, чуть не забыла о собеседнице. — Я не спросила вас, как вы себя сегодня чувствуете? Вы хорошо спали?

— Не сказала бы, что мои сновидения были приятными, мэм, — задумчиво проговорила Кора, и глаза ее слегка затуманились. — Мне так хочется поскорее домой, несмотря даже на то, что там будет тетушка Эмили. Кажется, я и ей бы сейчас обрадовалась. Но когда я сказала об этом лорду Фицуотеру, он убедил меня, что лучше пока оставаться здесь и дождаться возвращения Генри. Просто на тот случай, если сама решит ехать за мной. Я, правда, написала ей, чтобы она этого не делала. Но кто знает, вдруг она все бросит и помчится сюда. Было бы ужасно, если бы мы разминулись в пути.

— Уверена, что Генри вот-вот объявится. Он обещал гнать туда и обратно во всю мочь. Он ведь понимает, как вы тревожитесь о своей матушке и как там будут рады узнать, что с вами все в порядке.

Кора снова улыбнулась и спросила:

— Миссис Прайс, а вы и правда поверили в его дурацкую историю с дядей на деревянной ноге?

— Мне кажется, свою историю он слегка приукрасил, — ответила Рут. — Ну а я приукрасила свою, можно даже сказать, я ее придумала; — созналась она.

— Ох, я ведь так и подумала, — лукавые огоньки заплясали в глазах девушки. — Вы просто пытались успокоить меня. Мэм, скажите, вы не могли бы… не могли бы научить меня стрелять?

Рут чуть не подавилась кофе.

— Надеюсь, у вас никогда не возникнет причин для пальбы! — воскликнула она.

— О, я тоже надеюсь. Но все же было бы полезно обладать таким завидным умением.

— К тому ж, Кора, у меня ведь нет больше моего пистолета, — сказала Рут. — Джордж вчера разоружил меня. Но я посмотрю, что тут можно сделать.

В процессе разговора Рут не переставало терзать беспокойство: а где же сам хозяин дома? Она оглянулась, будто он чудом мог оказаться у нее за спиной, и смутилась, пряча от Коры выражение своих глаз.

— Он сказал, что пойдет в сад, к летней кухне, рисовать черных дроздов, — сказала Кора, намазывая маслом тост. — Я смотрю, вы ничего не съели, мэм. Вот, возьмите…

— Нет, нет, спасибо, Кора, — отозвалась молодая женщина. — Я не голодна. А кофе прекрасный. Послушайте, я подумала, к чему это «мэм»? Зовите меня просто Рут, а то я начинаю чувствовать себя почтенной престарелой вдовой!

— Благодарю вас, Рут — пылко ответила девушка. — Знаете, мне в голову пришла довольно дурацкая мысль: что, если бы этот Чарльз не затеял свое злодейство, я никогда не встретила бы ни вас, ни лорда Фицуотера, — произнесла она задумчиво и вдруг, будто вспомнив что-то важное, нетерпеливо сказала: — Ох, Силы Небесные! Рут, ну что ж вы сидите? Идите скорее и посмотрите его рисунки! Ну что вам за радость завтракать в обществе такой скучной собеседницы? Все равно ведь вы ничего не едите!

Рут нашла Джорджа неподалеку от летней кухни, расположенной у садовой стены. Погода стояла ветреная, но солнце светило ярко, и на каменной скамье, куда ветер не доставал, даже чуть припекало.

Джордж рисовал птиц, расклевывающих прошлогодние подмороженные яблоки, которыми их любила угощать миссис Роналдсон. Рут немного постояла, наблюдая. Здесь среди черных дроздов затесался один дрозд-деряба.

Его бледно-коричневое оперение казалось тусклым и невзрачным по сравнению с рос-кошнь!м лаковым убранством черных дроздов, но зато, как говорил ей Джордж, эта птичка не боится распевать и во время зимних бурь.

Рут знала об этом и раньше, но никогда не придавала большого значения. Джордж же не просто знал, а помнил и ценил это. Возможно, он всегда видит больше, чем все остальные люди.

Затем порыв ветра подхватил ее юбки, зашуршал ими, вспугнув птиц, и Джордж поднял голову. Увидев ее, он улыбнулся, и в глазах его вспыхнули золотые искорки. Рут посмотрела на рисунки, пытаясь найти тему для разговора.

— Взгляните на птиц небесных… Посмотрите на полевые лилии (Евангелие от Матфея, 6 (26, 28)) — процитировала она. — Я всегда удивлялась тому, как подробно ты видишь мир.

Джордж отложил тетрадь и, взяв ее за руку, притянул к себе и усадил рядом.

— Хотелось бы мне увидеть мир твоими глазами, — весело сказал он. — Я вот сижу тут и все пытаюсь понять, почему ты решила оставить меня.