Око Владыки - Томас Барнс

В ушах Лиа-Лла все время звучал предостерегающий голос священника, находившегося в пещере, но Хрипун звал ее, и она подошла ближе.

Трудно было даже представить себе, как этот странный малыш смог очутиться на ветви исполинской секвойи!

— Откуда ты взялся? — изумленно спросила Лиа-Лла. — Как ты сюда попал?

— Меня послал Кийт Хрипун, — жалобно отозвался коротышка. — С ним случилась беда…

Его голос поразил девушку своим низким тембром, но прежде всего сердце ее всколыхнулось от слов, которые она услышала.

— Что произошло! — вскрикнула она.

— Пойдем со мной, — глухо ответил карлик. — Я покажу!

В это мгновение в сознании Лиа-Лла прозвучал грозный приказ священника:

«Немедленно беги отсюда!»

Это мысленное послание сразу отрезвило ее. Внезапно она поняла, что голос, ласкавший ее недавно, никак не мог принадлежать Хрипуну. Кто-то умело маскировался под искателя, кто-то подделывался под него.

Все стало ясно Лиа-Лла. Не осталось и следа от того фальшивого, искусственного возбуждения, которое чей-то мощный разум посылал в ее сознание, пользуясь каналом Кийта.

Именно эти ментальные импульсы и заставили ее проснуться. Доверившись, она вышла из шалаша.

«Нужно разбудить сестер!» — мелькнула у нее мысль.

Лиа-Лла резко развернулась, чтобы побежать к шалашу Тийгра-Та. В этот момент она увидела, что с угловатого лица карлика слетела жалобная гримаса. Он злобно ухмыльнулся и пробасил:

— Все равно не убежишь, проклятая!

Через мгновение на девушку наползло облако невыносимого зловония. Она почувствовала мерзкий смрад, и тут же какой-то огромный мужчина набросился на нее.

Краем глаза Лиа-Лла еще успела заметить, что его лицо покрыто странной мертвенно-бледной чешуей. Чешуйчатые, сухие на ощупь пальцы зажали ей рот, и верзила куда-то потащил ее, схватив на руки.

Девушка упиралась изо всех сил, изгибалась всем телом, но не могла справиться с незнакомцем. Он был гораздо сильнее.

Лишь одну вещь ей удалось сделать.

Гигантская ветвь была кое-где усеяна темными фигурами спящих птиц, устроившихся на ночь. Лиа-Лла ухитрилась изловчиться и громко просвистеть сигнал тревоги, на мгновение освободившись от зловонных чешуйчатых пальцев, безжалостно зажимавших рот.

Птицы сразу проснулись и вспорхнули со своих мест, оглашая воздух отчаянными пронзительными криками. Девушка свистнула еще раз, передавая на птичьем языке просьбу о помощи.

Пернатые сразу отозвались громкими воплями.

Злодеи тут же заткнули ей рот кляпом, но надежда поселилась в душе Лиа-Лла. Она не сомневалась, что птицы будут кружить над шалашами до тех пор, пока сестры не проснутся.

Она знала, что как только племя поднимется на ноги, через несколько секунд девушки разделаются с незнакомцами.

«Куда они меня волокут? Как же эти мерзавцы могли забраться на ветвь?» — лихорадочно думала она.

До сих пор подняться с земли наверх, на террасу, не удавалось никому. Сколько раз стаи разъяренных лемутов пытались штурмом одолеть секвойю, — но безуспешно.

Подняться по гигантскому стволу не могло ни одно живое существо. Разве что лапы гигантских пауков, приспособленные для подъема по вертикальной поверхности, могли бы одолеть такой подъем. Но напавшие на нее люди никак не походили на пауков.

Из тени бесшумно отделился неясный силуэт. Лиа-Лла поняла, что это был сообщник чешуйчатого, прятавшийся в кустах.

Раздался сдавленный приказ:

— Стабб должен торопиться!

Через мгновение девушке стало ясно, каким образом злоумышленники попали на террасу. За поворотом она увидела… огромный воздушный шар!

Черный аэростат, прикрепленный к толстым сучьям четырьмя прочными тросами, вздымался вверх, с готовностью подрагивая на ветру. Под ним виднелась плетеная корзина, располагающаяся на уровне исполинской ветви.

— Стабб должен торопиться, — прозвучал грозный голос. — Нужно успеть до наступления восхода.

Лиа-Лла увидела, что в корзине стоит черноволосый человек, на щеке которого темнеет шрам.

Карлик отцепил один конец и запрыгнул в корзину первым. Чешуйчатый поднес Лиа-Лла к кабине и бросил ее на дно. На девушку сразу набросились двое — коротышка и черноволосый незнакомец.

Тот, кого называли Стаббом, задержался на ветви, чтобы отцепить остальные тросы, удерживающие воздушный шар на месте.

С силой он дернул один конец и развязал его. Потом подбежал к другому канату и с торопливым хрипом распутал узел, вытащив свободную часть, отчего корзина заходила ходуном.

Лиа-Лла пришла в отчаянии. Она судорожно билась на дне, пыталась вскочить, извивалась всем телом и изо всех сил старалась освободиться.

Но цепкие руки удерживали ее, не давая сделать ни одного движения. А кляп, глубоко засунутый в рот, не давал возможности закричать и позвать на помощь.

Последняя надежда оставалась только на птиц, которых она разбудила сигналом и послала за поддержкой к шалашу Тийгра-Та.

Времени почти не было. Воздушный шар должен был вот-вот оторваться от секвойи. Оставалось всего несколько секунд, Стаббу нужно было только отсоединить последний конец, чтобы корзина полностью освободилась.

К счастью для Лиа-Лла, чешуйчатый никак не мог разобраться со сложным узлом, намотанным вокруг толстого сука. Его скрюченные пальцы нетерпеливо дергали канат, но, похоже, от излишней старательности только запутывали веревку.

В этот момент раздались яростные крики девушек. Из-за густых кустов барбариса вырвались сестры Лиа-Лла! Но все они были в ночных сорочках и без оружия…

Сестры чувствовали себя на вершине дерева так спокойно, что никогда не брали с собой в шалаши оружие. Никому в голову не могло прийти, что кто-то посмеет нарушить их ночной покой.

Раздался разъяренный вопль Тийгра-Та. Люди-птицы, проснувшиеся в своих жилищах, быстро обнаружили пропажу Лиа-Лла и сразу ринулись в погоню.

Девушкам оставалось преодолеть всего несколько шагов, чтобы добежать до воздушного шара, болтавшегося на просмоленном тросе.

— Давай, давай, Стабб! — закричал из кабины черноволосый. — Они уже здесь! За нами погоня!

К ужасу Лиа-Лла, чешуйчатый освободил летательный аппарат и торопливо побежал к плетеной корзине.

— Взлетай, Шрекер! — скомандовал человек со шрамом.

— Стабб еще не успел запрыгнуть! — взмолился карлик, державший руку на вентиле капсулы с газом. — Господин Таррейтал должен подождать!

— Поднимайся, урод! — яростно взревел тот, кого коротышка назвал Таррейталом. — Это приказ твоего повелителя!

Карлик беспрекословно подчинился. Послушно кивнув прямоугольной головой, он открыл вентиль капсулы. Белесая струя, напоминающая пар, мощно ударила снизу в кожаную воронку, и воздушный шар стремительно приподнялся вверх.