Дом пепла (СИ) - Киршин

— Я с ним еще не говорил.

В этот момент Айвори как раз зашел на кухню, а Мэтт попрощался, чтобы ответить на вопросы покупателей.

— Напоминает семинарию, — улыбнулся Айвори.

Он предпочитал чай, говоря, что ему не особенно нравится вкус кофе, хотя по утрам перед занятиями пил его, как и все остальные, в гостиной. Общежитие в семинарии выделяло каждому по собственной комнате, маленькой, но дающей необходимое уединение и стол для учебы.

Большую часть времени все предпочитали проводить в общей гостиной, где стояли микроволновка с холодильником и диваны. Туда пробирались вечером те, кто умудрялся ускользать из общежития на ночь. Там же с утра встречались перед занятиями. Действительно, почти как сейчас.

Даниэль помнил, как пришел после лоа и Кристофера Янга. Того забрали в больницу, и он говорил, что это несчастный случай. А в ушах Даниэля еще стояли его вопли. То, что сам он технически не коснулся Кристофера и пальцем, делало только хуже.

Его семейное наследие, лоа, которые составляли часть его самого — всё это ради того, чтобы сломать пальцы ровеснику, что распускал сплетни? Даниэлю было противно от самого себя.

В гостиной встретил Айвори, он явно ждал. Сначала попытался напоить чаем, а потом, когда понял, что Даниэль не особо реагирует, потащил его в душ

— Давай, вода смывает лишнее.

Похоже, Айвори считал, что душ помогает привести мысли в порядок. Как ни странно, он оказывался прав, Даниэля тогда отлично встряхнуло. Айвори сейчас тоже выглядел болезненно-помятым, но в целом бодрым.

Лишь его дыхание, как и всегда, звучало хрипло. Но Даниэль знал, что другу не больно, хотя иногда у него возникали сложности с сердцем из-за давней травмы.

В отличие от Даниэля, у Айвори не было проблем с аппетитом, так что он придвинул тосты с омлетом и начал их уминать, запивая горько пахнущим чаем, который оставила Мэри.

Поверх серой футболки болталась небольшая бутылочка, наполненная травами и костями.

— Амулет работает, — заметил Даниэль.

Не хотелось спрашивать Айвори в лоб о том, что же произошло накануне. Возможно, ему не очень-то приятно вспоминать, а спешить им некуда.

— Спасибо, — кивнул Айвори. — Краем глаза мне еще мерещится странное… но к вечеру пройдет. С этой штукой я хотя бы смогу заходить в особняк.

— Добро пожаловать в гости.

Айвори улыбнулся уголками губ, потом сипло вздохнул. Даниэль его не торопил, но они слишком хорошо друг друга знали, чтобы Айвори пытался увиливать.

— Я почти не помню вчерашний вечер, — сказал он. — Вроде бы с кем-то встречался, он расспрашивал… кажется, о тебе. Но я не уверен. Может, это я решил поговорить о тебе. Или мне всё привиделось, как и отец?

Айвори вздохнул и с раздражением повел плечами.

— Как ты нашел меня?

— Ты написал, — ответил Даниэль. — Похоже, вы разошлись с твоим знакомым, но такси ты вызвать уже не смог. Сообразил написать мне.

— Хоть что-то умное за вечер сделал.

— Ты бы не стал сам ничего принимать.

Айвори пожал плечами, но не спорил. Он всегда был менее снисходителен к себе, чем Даниэль к нему.

— Ты вспомнишь, — сказал Даниэль. — После травки тоже пару дней как в тумане ходил, а потом очень даже всё вспомнил.

— Лучше бы нет. А что с проклятием? Выяснили что-то?

— Шарлотта Дюро разложила карты и сказала, нынешняя ситуация связана с нашим мертвым дядей Майклом.

Даниэль ожидал, что сейчас Айвори расспросит о Майкле, но он приподнял брови в удивлении:

— Внучка Агаты Дюро? Магазинчик «Ведьмин двор»?

— Да. Знаешь их?

— Бываю иногда. Забавно, как тесен мир. Тебе об Агате рассказала Анаис?

Даниэль замер:

— А должна была?

— Ну, я видел там Анаис. Кажется, они с Агатой хорошо знали друг друга. По крайней мере, отлично беседовали, и Анаис зашла внутрь.

Айвори опустил голову, старательно собирая вилкой остатки омлета. Они с Даниэлем и правда слишком хорошо друг друга знали, так что недосказанность казалась такой густой, что буквально мешала дышать.

Даниэль молчал. Айвори вздохнул. Он никогда не был хорош в умалчивании деталей, а с Даниэлем так вообще предпочитал откровенность.

— Анаис поздоровалась, но ей было не до меня. Она казалась взволнованной. Я не особенно обратил внимание… в тот вечер вы попали в аварию.

Даниэль окаменел. Айвори нахмурился, явно ощущая напряжение, но не понимая его причину. Анаис интересовалась колдовством, конечно же, она ходила в подобные магазины, в этом не было ничего особенного.

— Я хочу поговорить с Агатой, — сказал Даниэль, сам удивляясь, как сухо прозвучал его голос. — Могу завезти тебя домой.

— Нет уж, я с тобой. И ты еще не завтракал.

Даниэль и не собирался. Только не когда он узнал, к кому ходила Анаис.

***

Конечно же, Даниэль думал о том, что произошло в тот вечер.

Анаис говорила об обрядах и лоа, но Даниэль мало что понял. Ему показалось, Анаис имела в виду, что провела какой-то ритуал, и откат поглотил. Но ему врезалась в память фраза:

— Я пыталась узнать… но это слишком сильные вещи. Возможно, твой дед сможет помочь.

Она к кому-то ходила в тот день с этой проблемой. Тот человек наверняка посоветовал Бернарда. Если бы Даниэль мог узнать, что за обряд проводила Анаис, он бы… понял.

Он спрашивал позже у общих знакомых, в местах, куда Анаис могла бы пойти. Никто ничего не знал. Даниэль по-прежнему не понимал, что произошло, что такого сделала Анаис, что это обернулось в итоге катастрофой.

Он думал об этом так долго, что в какой-то момент понял, если не прекратит, то сойдет с ума. Да, он хотел знать правду. Но она не вернет Анаис. Не перечеркнет ту аварию. Если Даниэль не властен над этим, лучше отпустить, иначе бездна затянет и его.

Но теперь, понимая, что может всё-таки узнать истину, Даниэль жаждал этого. Он ощущал себя застывшим на краю обрыва, балансирующим. И не понимающим, какое именно решение утянет его вниз или назад. Стоит ли ворошить прошлое, или наоборот, знание позволит ему наконец-то отпустить и вздохнуть.

Возможно, всё сразу. Возможно, знание и есть сам обрыв.

Попасть в «Ведьмин двор» быстро в любом случае не вышло. После завтрака Айвори понял, что переоценил себя, и хотя он был готов ехать, Даниэль заявил, что спешки нет, и отправил его отдыхать. Потом Даниэля задержала мать, которая решила во что бы то ни стало сменить его повязки и вообще-то была права. Айвори долго беседовал с Бернардом, который расспрашивал его о деде и, кажется, искренне проникся самим Айвори.

Даже такси ехало так долго,