Тень Арднейра - Анна Клименко

– Значит, ты не можешь обойтись без них?

Оставалось только проклинать весь женский род и их загадочную способность делать из мужчины тряпку. В серых глазах Вейры заблестели самые что ни на есть настоящие слезы, а Тиорин смотреть не мог на рыдающих девиц.

– Я должен, – твердо сказал он, – мне кажется, что владыки Шеззара мне помогут, и я, наконец, распутаю этот клубок… В конце концов, мы должны знать, кто изготовил этот талисман, а если и не изготавливал – то откуда взял. Не с неба же он, в конце концов, свалился! Да еще, не могу понять, куда запропастился хозяин Ихора, Теш Кион.

– Да, я понимаю.

– Не нужно меня провожать. Лучше возвращайся к нашему гостю, в твоем присутствии его здоровье улучшается с каждым часом.

…Сборы были недолгими. Собственно, и брать-то с собой Тиорин ничего не собирался за исключением маленькой шкатулки из красного ясеня. Он покинул дом архивариуса, ни с кем не прощаясь; сам Мильор Лонс раздражал затравленными взглядами и вечно трясущимися в присутствии эрга руками, Ланса отчего-то и вовсе не хотелось видеть… Равно как и размышлять о причине столь странной неприязни.

Добравшись до пепелища на Айрун-ха, Тиорин оставил Севетра пастись; сам же нырнул в ранее расчищенный проход, что вел к порталу.

Пока эрг спускался по древним ступеням, он невольно поймал себя на том, что думает о хрупком создании в белом чепце. Тиорин разозлился на самого себя. Затем поспешно растоптал те ростки дурацки-светлого чувства, что пробивались сквозь гранитную толщу равнодушия и предвзятости.

«В конце концов, ты сам обещал ее чужаку. А раз обещал, то отпустишь. И нечего юлить и выкручиваться, если даже боги не будут держать своих обещаний, то кто тогда будет?»

Он начал вспоминать Кайрину, воспоминания получались красивыми, но какими-то неживыми, словно череда хорошо выписанных картин, не более. Образ герцогини, едва появляясь, тут же тонул и растворялся, заставляя чувствовать себя очень, очень одиноким.

Тиорин даже обрадовался, добравшись до блуждающего портала. Но, делая шаг в слепящее пламя, успел подумать о том, что…

Мысль, посетившая владыку Саквейра, была, мягко говоря, некрасивой. Но не признать ее означало лгать самому себе, и Тиорин нехотя смирился.

«А было бы недурственно, если Ланс не сможет выжить под чужим небом».

Через один удар сердца портал остался за спиной, а впереди, в неровном свете подземного огня, возвышались две фигуры в рогатых шлемах.

Несколько бесконечно долгих мгновений они стояли совершенно неподвижно, на узком мостике, соединяющем островок с порталом и гранитную террасу. В отдалении суетились хвостатые таверсы, скатывая в кучу камни; далеко внизу багрово светилось пламя бездны, время от времени расцветая кровавыми цветками и выпуская душные серные облака.

Затем, выждав, хозяин Шенду-ха прогудел:

– Мы приветствуем лорда Саквейра, Тиорина Элнайра, избранного великой Тэут-Ахи.

Тиорин вздрогнул от неожиданности; ему показалось, что сама Бездна вздохнула при упоминании имени огненной богини.

Великой Тэут-Ахи? Великой?!!

– Я приветствую лорда и леди Шеззара, Мевора Адрейзера и Лийу Донтру.

Мевор качнул рогатой и сыплющей искрами головой, приглашая; и Тиорин пошел к ним, не забывая поддерживать щит. Загореться человеческой плоти здесь ничего не стоило, но принимать свой истинный облик он тоже не торопился, потому как тогда обязательно пострадала бы заветная шкатулка.

– Тебе так нравится людское тело? – поинтересовалась Лийа, – отчего ты тратишь силы на поддержание барьера, вместо того, чтобы стать тем, кто ты есть на самом деле?

– У меня есть на это причины, – он улыбнулся в горящие сквозь забрало глаза демоницы, – я бы хотел подняться в верхние покои.

– Желание гостя – закон.

До портала было рукой подать, но, похоже, хозяева не слишком торопились. По пути Мевор Адрейзер пожелал показать Тиорину ямы, где растут молодые таверсы, свою Возрождающую купель и огненные фонтаны. Эрг словно оценивал силы Тиорина по тому, как долго тот сможет продержать щит, ведь всем известно, чем могущественнее эрг, тем дольше он может удерживать жар на почтительном расстоянии.

Лорд Саквейра скрипел зубами, но продолжал улыбаться, и щит удерживал. Как раз до того момента, как Мевору надоело расписывать красоты пляшущих огней на гранитном древе, и он, наконец, соизволил подойти к порталу.

– Тебя будут ждать в обеденном покое, – торжественно объявила Лийа Донтра, – а нам, сам понимаешь, не мешало бы сменить одеяние к трапезе.

– Благодарю.

Все с той же застывшей на губах улыбкой Тиорин отвесил поклон, как и полагается гостю. И, нырнув в спасительный портал, облегченно вздохнул. Все-таки щит – дело непростое, даже если тебе подвластна огненная стихия.

Ланс проснулся до рассвета. Несколько минут он лежал на грубых простынях, глядя в потолок и безуспешно пытаясь собраться с мыслями. Затем нащупал сложенные на стуле штаны, кое-как оделся и, стараясь не шуметь, выскользнул в сад.

Катящаяся на убыль ночь дохнула в лицо прохладой. В траве пели сверчки, и где-то неподалеку, стараясь их перекричать, заливисто квакала лягушка.

Шеннит прошелся по хрустящей дорожке, к старой скамье. Да, да, именно туда, где он вывалился из треснувшей, как переспелая дыня, ткани Дхэттара. Туда, где он имел все шансы раз и навсегда покончить с Тиорином Элнайром, но отчего-то ограничился мгновенным отверждением воздуха и смачной оплеухой точнехонько в солнечное сплетение…

Ланс невольно поморщился и в который раз подумал, что тысячу раз прав был тот смертный мудрец, который изрек: «видишь зло – мимо прошла женщина».

Наверное, и вправду все дело было в Вейре, воплощенной Миоле. В том, что она так и не ответила – готова ли следовать за Лансом, даже если Тиорин ее отпустит. Тогда Ланс подумал: а вдруг она любит это чудовище, этого демона из Бездны? Но несколько последующих дней Вейра не отходила от него ни на шаг, лишь изредка перекидываясь словцом с эргом; это не было похоже на проявление сильных чувств – и Ланс немного успокоился. Оставалось найти ответ только на один вопрос… Что, собственно, связывало Вейру Лонс и владыку Саквейра?

Ибо только дурак или же слепец не мог обратить внимания на цвет волос двух, казалось бы, столь различных существ. Но затем Ланс присмотрелся внимательнее, и пришел к выводу, что становится не в меру подозрительным. Отрастающие локоны Вейры все-таки оказались густого рыжего цвета с рубиновой искоркой. У Тиорина Элнайра гладко зачесанные и заплетенные в аккуратную косичку волосы цветом напоминали кровь, что хлещет из разрубленных артерий…