Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II - Дэн Абнетт

— Мы долго не протянем, — холодно передал Арвида.

— Оставайся на месте, — прохрипел Цинь Са, отрезав путь убегающему богомолу. Белый Шрам отсек ему конечности, и тот повалился на землю. — Он должен быть близко.

Магистр кешика услышал гул и развернулся вправо, обезглавив низко бегущего психонойен. Удар был мастерский, но Арвида не успел полностью задействовать варп-искусство, и прежде чем Цинь Са сумел остановить мечи, он почувствовал ледяное притяжение эфира.

Он дернулся в сторону, но слишком медленно. Из темноты появилась другая тварь, полупрозрачная, как затемненное стекло. Она повернула к Цинь Са.

У него не было времени. Арвида был занят собственным боем, воины кешика помочь не могли. Он вдруг понял, что не сможет себя защитить.

— Каган! — дерзко заревел он, приготовившись к схватке.

Существо рассыпалось на тысячи вращающихся осколков, которые разлетелись по руинам. Фрагменты крыльев и тела вспыхнули, как звезды, прежде чем потухнуть, а по площади пронеслась волна вопля, всколыхнувшая пыль. Казалось, разорвался сам воздух, отчего варп-существ разбросало по сторонам.

Позади уничтоженных фантомов стояла высокая фигура, вырисовываясь на фоне тусклого пожарища долгой, предсмертной агонии Просперо. Его меч светился остатками эфира, словно после погружения в расплавленное железо. Превосходный доспех покрывала дымящаяся грязь и пыль.

И тогда призраки остановились, неожиданно утратив волю к битве. Рой отпрянул от появившегося среди них нового клинка и убрался восвояси.

Секунду шокированный и тяжело дышавший Цинь Са просто смотрел на гостя. Затем закованная в броню фигура заговорила, и все стало ясно.

— Оставь их, Са, — прорычал Хан, шагая вслед за отступающими кошмарами. Его длинный клинок дао мерцал, а отделка доспеха сияла, словно только что добытое золото. — Ты не можешь навредить им. А я могу.

«Калджиан» вышел на дистанцию атаки, и его накрыла тень «Бури мечей». Стоявший в открытых ангарных воротах Шибан смотрел на колоссальный корпус флагмана, который скользил через пустоту, заслоняя звезды. Воин видел корпуса двигателей, генераторы подфюзеляжных щитов, бортовые лэнсы, окруженные украшенными лазерными установками и орудиями ближнего боя.

Его братство сидело в седлах наготове, построившись шеренгами на палубе ангара. Пятьсот машин с работающими на полных оборотах двигателями рычали и шипели.

Космоциклы модели «Содзюцу» были крупнее и грубее машин типа «Скимитар», оснащены закрытыми намного более мощными силовыми установками. Это были скорее одноместные истребители, чем спидеры, и Белые Шрамы в герметичной броне могли использовать их для молниеносных атак в пустоте так же, как воины других Легионов спидеры для действий в атмосфере.

Шибан отклонился назад в седле, проводя последние проверки систем машины. Установленный в диаметральной плоскости тяжелый болтер был взведен, а палубные фиксаторы скользнули в пазы. Белый Шрам поднялся над рокритом, поддерживаемый гудящей подушкой антигравитации. Братья вокруг него проделали то же самое, и ангар наполнился маслянистой вонью изрыгаемого двигателями дыма.

— Думаешь, они будут стрелять в нас? — спросил по воксу Джучи, подпрыгнув возле хана.

— Мы скоро об этом узнаем, — ответил Шибан, после чего дал газу.

Космоцикл прыгнул вперед, как живое существо, с ревом сорвался с длинной рампы ангара и умчался сквозь атмосферный щит в безмолвную пустоту.

Его братство последовало за ним. Пятьсот космоциклов вылетели из корпуса «Калджиана» и рассредоточились в вакууме, оставляя за собой грязные струи.

Шибан увеличил скорость, и над ним закружились грозные очертания «Бури мечей». Машина качнулась, когда воин ее развернул, устремившись вдоль корпуса к подфюзеляжным отсекам шаттлов. Мимо проносились огромные башни сенсоров, свисающие подобно сталактитам с нижней поверхности линкора.

Братство в разомкнутом строю устремилось к входным точкам, точно всадники, мчащиеся по равнине. Шибан увидел бесшумно приближающиеся врата первого отсека и включил сканирование зоны ангаров.

— Прикрыты щитами, — передал он, сближаясь с кораблем.

Хан направился вниз, к корме линкора, лавируя между узлами связи и выступающими казематами. Братство пронеслось мимо первого посадочного отсека и устремилось к следующему.

— Они все будут защищены, хан, — невозмутимо заметил Джучи. — Мы будем прорываться внутрь?

Шибан наклонился, чтобы увернуться от огромного ствола лэнса.

— Если придется.

Он помчался вниз, направляясь к килю «Бури мечей». Путь хану преграждала вертикальная завеса флюгерных датчиков, и он увеличил скорость, чтобы миновать их.

У них было мало времени — офицеры сенсориума флагмана уже должны были отслеживать их, неистово запрашивая «Калджиан», почему было выпущено так много флайеров. Операционное окно между вылетом братства и принятием Хасиком мер предосторожности исчислялось в секундах.

Шибан пролетел под законцовкой киля, проскочив на расстоянии шлема от флюгерного датчика, и резко развернул космоцикл. Над ним протянулась дальняя сторона «Бури мечей», огромная и отвесная.

— Семьсот метров, — сообщил он, нацелившись на следующий посадочный отсек. — Полный газ.

Братство устремилось к нему, прижимаясь к наружной обшивке линкора и петляя между сотнями выступов и петляющих каналов.

Мимо них пронеслись, как метеоры, первые вспышки лазерного огня, едва видимые на таких предельных скоростях. Орудия, что тянулись дальше вдоль циклопического борта линкора, открыли огонь первыми, плотно прижимаясь к обшивке, чтобы прицелиться по мчащимся спидерам.

Несколько нашли свою цель: одни космоциклы врезались в корпус корабля, другие с пылающими двигателями исчезали в пустоте.

— Они посмели! — закричал по воксу разъяренный Джучи.

Шибан добавил мощности, как можно сильнее прижавшись к днищу «Бури мечей». В глубине души хан надеялся, что братья на этом корабле не воспользуются оружием, чтобы помешать им высадиться. Если же они серьезно настроены, тогда на уничтожение всего братства Бури им понадобится всего несколько минут.

«Они не могут пойти на это. Даже после того, что случилось, они не могут пойти дальше предупреждения».

Следующая группа стыковочных отсеков была прикрыта щитами, для быстрого прорыва это была слишком серьезная защита.

— Рассредоточиться, — отдал он приказ, выискивая впереди способ проникновения на корабль. До того, как ситуация станет необратимой, оставались считанные секунды.

Шибан еще больше прижался к кораблю, задев нижнюю сторону вытяжного вентилятора и едва не срезав силовой кабель. Канониры, отлично натренированные вести огонь по высокоскоростным целям, нащупали дистанцию, и лазерный огонь стал интенсивнее. Космоциклы получали попадания и входили в штопор, прежде чем рассыпаться безмолвными полосами пылающего прометия. Дисплей шлема Шибана вспыхнул красным, мигая позывными погибших братьев.

— Быстрее, — прорычал он, не желая отрываться от своих воинов. Второго шанса не будет.

Его братья знали это и не отставали от хана. Двигатели их машин, работающие почти за пределами допустимых перегрузок, выбрасывали во тьму языки пламени.

— Хан, — обратился Джучи сквозь стиснутые зубы. Впервые его голос звучал неуверенно. — Когда мы…

И тут Шибан увидел это на дисплее шлема — единственный стыковочный порт, незащищенный и открытый.

— Вот оно, следуйте за мной, — приказал Шибан, направив машину вверх и устремившись на сигнал. Хан прорвался сквозь встречный ливень лазерного огня, виляя и ныряя, чтобы избежать лучей, промчался мимо целого ряда угловатых торпедных установок и направился к обозначенному отсеку.

Белый Шрам понятия не имел, почему он незащищен, но это избавило его от губительной задачи по прорыву внутрь линкора. Габаритные огни были включены, пульсируя внутри открытой пасти отсека и призывая легионеров внутрь, словно кто-то на флагмане очень хотел, чтобы братство Бури взяло на абордаж корабль.

Шибан включил тормозные двигатели в последний момент, развернулся в невесомости, а затем влетел в инерционный пузырь «Бури мечей». Гравипластины космоцикла тотчас завыли, адаптируясь к стремительно меняющемуся окружающему пространству, затем зафиксировались на палубе отсека и выровняли машину.

Шибан нырнул в следующий отсек, развернул машину и резко затормозил. Он оказался в просторном ангаре, почти пустом, за исключением нескольких грузовых кораблей типа «Арвус» и удерживаемого стыковочными зажимами массивного шаттла. Хан уже слышал звуки сигналов тревоги.

Братство последовало за ним, спускаясь на палубу из-под крыши стыковочного отсека. Всадники выключали двигатели и, не дождавшись пока стихнет их рев, выпрыгивали из седел, в то время как машины, испуская пар, самостоятельно двигались до полной остановки.