'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

успел шагнуть в сторону. Но сам факт исключительно порадовал.

Я снова постучал в дверь.

— Что надо, окаянный⁈ — услышал из-за двери грозный голос.

В этот раз Аксинья обошлась без воды. Ну, логично — вряд ли у неё в доме водопровод, на каждого кандидата в женихи ушатов не напасёшься. Водопровода, блин, даже у меня пока нет. То чёрт, то Троекуров, то ещё какая ерунда.

— Уж сколько раз сказано — не нужны мне никакие женихи! Проваливай!

— Так-таки и никакие? — заинтересовался я. — А мне говорили, что один всё-таки нужен. Что до сих пор верность ему хранишь, даже мёртвому. Что ни на кого другого глядеть не хочешь. Наврали, получается? Даже он тебе не нужен? Ну, тогда ладно. На нет и суда нет.

Я развернулся и сделал вид, что собираюсь уходить. Дверь открылась.

Ну… Красивая девчонка, да. Не наврал дед. Зарёванная только.

— Что ты там болтал про Ванечку моего?

Я ткнул пальцем в лужу на крыльце.

— Вытри, некрасиво. Да и вообще некультурно — так себя вести. У меня, может, водобоязнь? Ты в меня водой — а я с перепугу гадить начну где попало. Или вовсе удар бы хватил.

Девчонка фыркнула. Посмотрела на меня с любопытством. На перчатку без пальцев и меч за плечами. Проворчала:

— Напугается такой, как же… Ты кто таков? Не видала тебя ни разу.

— Вот именно. Ни разу не видала — а поливаешься. И что за народ — никаких понятий о презумпции невиновности! Ладно. Вытирай лужу, потом можешь меня в дом пригласить. Так и быть, расскажу тебе кое-что.

* * *

Мы с Аксиньей сидели в горнице — она на кровати, я на табурете у печки — и смотрели в окно. На то, как над домами встаёт луна.

— А Ванечка точно придёт? — прошептала Аксинья.

Как ни странно, информация о том, что тот, кто придёт, будет как бы не совсем Ванечкой, её не сильно обеспокоила. Девчонка вообще оказалась крепкой, гвозди бы делать из таких. Теперь, глядя на неё, я ни секунды не сомневался, что вслед за женихом отправилась бы хоть в могилу, хоть непосредственно к чёрту на рога.

Они, видите ли, пообещали друг другу, что никогда не расстанутся. И Аксинья своё обещание выполняла неукоснительно. Образ Ванечки бережно хранила в душе и расставаться с ним не собиралась.

— Сегодня точно полнолуние. Так что должен прийти. Ты всё помнишь?

— Всё.

Блин, а луна-то и правда красивая. Не зря твари на её свет ползут. Тяга к красоте, оказывается, даже им не чужда…

И тут в дверь постучали.

— Аксиньюшка, открой! — послышался негромкий голос.

Аксинья тут же вскочила.

— Бегу, Ванечка! Бегу!

Я переместился к печке так, чтобы меня не было видно. А сам прекрасно видел, как Аксинья открыла дверь, и в сени шагнул Ванечка.

— Милая, идём со мной.

Медлить не стал, сразу быка за рога. Молодец… Впрочем, медлить — это не про тварей в принципе.

— Идём.

Аксинья тоже ломаться не стала.

Взялись за руки — и вперёд, по лунной дорожке. Аксинья склонила голову милому на плечо. Хоть картину пиши. Если не знаешь, конечно, куда они, такие идиллические, направляются.

Я знал. И разведку на местности провёл заранее. Когда мертвяк привёл Аксинью к разрытой могиле, вышел из-за большой надгробной плиты и сказал:

— Дальше — всё. Закрыто на ремонт.

Шагнул вперёд, перекрывая мертвяку доступ к могиле.

Тот уставился на меня. Сохранился он, кстати, на удивление неплохо. Так — синюшный маленько, глаза запали, одежда тлеть начала. Но никаких тебе зомбиапов — ни клацающих зубов в обнажившихся дёснах, ни клочков кожи, свисающих с черепа, ни торчащих наружу рёбер. Жених как жених, видали и похуже.

Интеллект, впрочем, у мертвяка оказался вполне себе тварный. Вижу цель — не вижу препятствий. Целью его была разрытая могила, в которую нужно утащить Аксинью, а препятствие на пути единственное — я. Ванечка оскалил зубы и бросился на меня.

Я встретил его ударом меча. Рубанул по шее. Голову не снёс — в один удар с троекуровскими мертвяками такое не прокатывает, — но Ванечке не понравилось. Зарычал.

Оружием мертвяки не пользовались, зубов и когтей, как у натуральных тварей, у них тоже не было. Преимущество — быстрота и физическая сила. Мертвяки пытались проломить жертве череп, либо задушить. Ванечка начал с первого.

Кружил вокруг меня довольно долго, пытаясь нападать. Потом сообразил, что его броски я отбиваю, даже не вспотев, и поменял тактику. Наклонил голову и ринулся на меня — собираясь повалить на землю.

Ну, что сказать. Для твари — вполне себе сообразительный. Другой бы ещё полночи пыхтел, пытаясь проломить мне башку.

Я ушёл в сторону от атаки. Ванечка просвистел мимо и споткнулся о подставленную ногу. Полетел наземь.

Я наступил ногой ему на спину и кастанул Знак. Ванечка застыл.

— Ну долго ты там ещё? — крикнул Аксинье я.

— Всё-всё! Засыпала! Только заклинание произнести.

— Ну так жги. Только, смотри, слова не перепутай.

Естественно, Ванечку я, с моим-то рангом, мог сровнять с землёй в первую же секунду. Одна-единственная Костомолка — и привет. Но я проконсультировался с отцом Василием, и планы несколько изменились. Пока мы с Ванечкой были заняты, Аксинья закидывала землёй его могилу.

Теперь она набрала землю в горсть и принялась насыпать сверху крест.

— Любовью своей закрываю тебе дорогу назад, — услышал я слова, которым меня научил отец Василий. — Нет тебе ходу обратно. Нет! Нет!

С последним словом упала последняя крупинка земли.

Аксинья бросилась к нам и рухнула на колени перед поверженным женихом. Тот оскалился.

— Он сейчас — не он, — напомнил Аксинье я. — Не тот Ванечка, которого ты знала. Это тварь, единственная цель которой — увести тебя за собой в могилу. Ты уверена? Не передумала?

Аксинья отчаянно замотала головой. Я убрал ногу и отменил Знак.

Мертвяк рванулся к невесте. Но она оказалась проворнее. Накинула ему на шею крест и забормотала заклинание.

— Мы с тобой друг другу обещаны, одной нитью повязаны, куда я, туда и ты, куда ты, туда и я! Я свою верность доказала, нить моя крепка. Докажи и ты свою — оторвись от того, кто тебя держит, прилепись снова ко мне!

Мертвяк не слышал слов невесты. Он швырнул её на засыпанную могилу и принялся откидывать землю. Коснувшись насыпанного креста,