Закат Америки. Уже скоро - Чарльз Капхен

Партнерство частных организаций и официальных учреждений оказало сильное влияние на общественное мнение. В мае 1941 года только тридцать семь процентов населения США поддерживали вхождение в международный институт по сохранению послевоенного мира. В следующие четыре года этот показатель неуклонно рос, достигнув пятидесяти двух процентов в 1942 году, семидесяти двух процентов в 1944 и восьмидесяти одного процента в 1945 году(85).

Рузвельт скончался в апреле 1945 года. Ратификация Сенатом устава ООН в июле стала и его заслугой. Он внес большой вклад в создание сбалан сированной международной организации. Он добился политической коалиции Севера и Юга, победив изоляционистские настроения, все еще присутствовавшие в западных штатах, и обеспечил поддержку устава ООН со стороны обеих партий. Он провел кампанию общественного ликбеза и убедил американцев, что пришло время взять на себя ношу международного лидерства. Через сто пятьдесят лет существования страны, через пятьдесят лет после того, как США стали великой державой, Рузвельту удалось создать достаточно прочную модель международного присутствия, чтобы обеспечить постоянное, многостороннее участие Америки в формировании и управлении глобальными процессами.

Итак, Франклин Делано Рузвельт добился от республиканцев и демократов консенсуса на благо страны на следующие полвека. Выкованная им модель международного присутствия стала политические фундаментом не только борьбы Америки против фашизма и основой ее участия в ООН, но и подоплекой продолжительных и тяжелых лет «холодной войны». Рузвельт также сумел убедить американцев как в целесообразности участия в мировых процессах, так и в достоинствах либеральной модели многостороннего сотрудничества с другими государствами. Вступив в ООН, США продолжили создание широкой сети политических и экономических институтов, тем самым усиливая свое международное присутствие. Америка отказалась от изоляционистского прошлого и нежелания брать на себя международные обязательства. Однако было бы преждевременным делать вывод о том, что Рузвельту коренным образом удалось изменить курс страны, навсегда избавив ее от изоляционизма и тактики односторонних действий. Необходимо помнить о влиянии внешней угрозы на отношение американцев к либеральной модели международного присутствия в последние шесть десятилетий.

В тридцатые годы США оставались стратегическим наблюдателем, безучастным к набирающим силу милитаристским режимам в Германии и Японии. Только бомбардировка японцами Перл-Харбора заставила американцев вступить в уже давно начавшуюся Вторую мировую войну. Впрочем, война послужила Рузвельту подспорьем в создании новой модели международного присутствия, вооружив неоспоримым доводом в пользу того, что Соединенным Штатам необходимо предпринять срочные шаги в целях как поражения стран «Оси», так и поиска послевоенного механизма сохранения мира. Если бы Германия и Япония не угрожали благосостоянию Америки посредством возможного установления контроля над большинством промышленно развитых стран, Соединенные Штаты могли бы остаться в своем удобном «панцире».

Несмотря на американский вклад в победу союзников и уверенное вхождение США в ООН, совершенно не очевидно, что интернационалистский дух, окрепший в ходе войны, сохранился бы, не возникни вскоре угроза со стороны Советского Союза. После окончания войны подобные настроения, бесспорно, начали угасать. В течение следующих двух лет отчисления на оборону сократились с восьмидесяти одного до тринадцати миллиардов долларов, а численность вооруженных сил – с двенадцати миллионов ста тысяч до одного миллиона шестисот тысяч человек. Пытаясь заручиться поддержкой для оказания экономической помощи союзникам, президент Трумэн столкнулся в Конгрессе с оппозицией. И когда стало ясно, что Советский Союз становится противником Соединенных Штатов, администрации пришлось прибегнуть к тактике запугивания, чтобы получить общественное одобрение программ сдерживания распространения коммунизма.

В марте 1947 года во время представления своей доктрины Трумэн намеренно преувеличил советскую угрозу. Необходимо было всколыхнуть общественность. Чтобы заручиться поддержкой внешнеполитических планов противостояния Советскому Союзу, говорил Трумэн своим советникам, потребуется проведение «величайшей агитационной работы, с которой когда-либо сталкивался президент». Историк Джон Гэддис, специалист по «холодной войне», назвал доктрину Трумэна «формой шоковой терапии, отчаянной попыткой администрации президента побудить Конгресс и американский народ принять бремя мирового лидерства»(86).

Попытки Трумэна имели успех. Экономическая помощь союзным государствам, перевооружение и расширение ООН получили общественную поддержку. Трумэн оказался великолепным агитатором. Oн разжег антикоммунистические настроения и подготовил почву для развертывания сенатором Джозефом Маккарти кампании по прекращению в стране «антиамериканской» деятельности. Однако помимо крайностей, деятельность администрации Трумэна – вкупе с растущей агрессивностью СССР, победой коммунистов в Китае в 1949 году и испытанием Москвой в том же году атомной бомбы – способствовала образованию устойчивого внутреннего консенсуса в отношении американского участия в глобальных процессах.

Вьетнамская война расколола это согласие, побудив американское общество усомниться в пользе глобального участия в мировых процессах, и ослабила международное присутствие, набиравшее силу с начала «холодной войны». Если в 1964 году с утверждением о том, что «Соединенные Штаты должны заниматься своим делом в рамках международных программ, предоставив другие страны самим себе», соглашалось лишь восемнадцать процентов граждан, то к 1974 году с этим утверждением соглашался уже сорок один процент опрошенных(87). Именно в такой нестабильной политической обстановке президент Ричард Никсон пошел на ослабление напряженности с Советским Союзом и установление связей с Китаем. Кроме того, Никсон предложил собственную доктрину, согласно которой Америка должна была снять с себя часть внешних обязательств, предполагая, что союзные государства в случае возникновения внешней угрозы будут больше полагаться на собственные силы88. Таким образом, если отрицательная реакция на войну во Вьетнаме и дала импульс более гибкой дипломатии, она так и не смогла коренным образом изменить отношение к американскому международному присутствию. Продолжающееся разделение Запада и Востока, советское вторжение в Афганистан в 1979 году и необходимость в подавлении коммунизма держали американцев в тонусе.

Теперь, когда «холодная война» позади, Советского Союза нет, а коммунизм борется за выживание лишь в горстке стран, Америка должна выработать новую модель международного присутствия, соответствующую новому миру. В свете событий 11 сентября 2001 года многие обозреватели поспешили заявить, что атаки на Нью-Йорк и Вашингтон вызовут ту же реакцию, что и атака японцев на Перл-Харбор в 1941 году, а схватка с терроризмом будет способствовать формированию новой модели американского международного присутствия. Однако логика говорит об обратном.

Борьба против терроризма будет долгой и трудной, и общественность не всегда сможет контролировать способы ее ведения. С другой стороны, несмотря на то, что военная составляющая – наиболее видимый элемент борьбы – имела в Афганистане успех, применение силы не всегда возможно. Таким образом, успех трудноизмерим, причем сохранится риск постепенного трансформирования патриотических настроений в обществе в полное безразличие. Более того, если Америка все-таки предпримет какие-то антитеррористические действия, она, вероятнее всего, будет действовать в одиночку, вне рамок международных институтов, для создания которых она так много сделала после окончания Второй мировой войны. Теперь Америка с большей бдительностью охраняет собственные границы, побережья и общественные места. И если террористические атаки на американские цели за рубежом или: внутри страны продолжатся, голоса в пользу сокращения международного присутствия, вполне возможно, станут громче. Отцы-основатели неоднократно задавали вопрос: почему Америка должна отвлекаться на чужие территории и проблемы, если подобные шаги в конце концов оборачиваются неприятностями для нее самой?

Нынешнее затруднительное положение Америки вызывает сильную озабоченность. Как правило, Соединенные Штаты занимались своими делами. Правда, как только возникала серьезная угроза их безопасности, они забывали о наставлениях отцов-основателей и принимали непосредственное участие в формировании баланса сил далеко за пределами своего ближайшего окружения. Существуют два исключения: конец девяностых годов девятнадцатого века, когда Соединенные Штаты временно исповедовали официальный империализм, и девяностые годы двадцатого столетия, когда дух интернационализма, забытого в годы «холодной войны», и доминирующее положение Америки автоматически вернули страну в лоно мировых процессов. В начале нынешнего века американский народ столкнулся с серьезной угрозой международного терроризма. Но в долгосрочной перспективе эта угроза эфемерна, случайна, то есть международное присутствие США в либеральной форме скорее ослабнет, нежели усилится. Именно в этом контексте прошлое Америки является основой ее будущего.