Сах. Война богов - Михаил Владимирович Баковец

от места стычки. Даже успел вытащить меч из себя. Но тяжёлая рана и большая кровопотеря лишили его всех сил. Смог бы он оклематься, дай я ему время на это — не знаю. Тварь хрипела и сверлила меня яростным взглядом, но сил у неё хватало только на то, чтобы едва шевелить пальцами. Удар эльфийского меча поставил точку, отделив монстру голову от тела. Всего схватка от момента обнаружения первого гортида и до этой секунды заняла минут шесть-семь.

Вокруг меня наступила тишина с последним убитым противником. Зато со стороны поляны неслись звуки яростной схватки: рёв зверей, вспышки и грохот заклинаний, чьи-то воинственные крики. Нужно было спешить назад и помочь своим товарищам. Вдруг там не одна заблудшая на них напала?

Когда я оказался на месте, то увидел, что моих спутников атакуют крупные насекомые и летучие мыши. Бабочки и жуки размером в пару моих ладоней пытались жалить, а летучие мыши оглушали ультразвуком, от которого даже у меня появлялась сильная головная боль и резь в глазах, отчего хотелось их сильно зажмурить. Мало того, мыши ещё и гадили, стараясь попасть в ведьм и Сэнгу. Орла я не наблюдал. Или он тоже наткнулся на врагов и всё ещё с ними возится, или… а чёрт знает, что с ним могло случиться! Заблудился? Попал в ловушку? Не рассчитал свои силы и серьёзно ранен? Разбираться будем потом, когда справимся с летающей ордой.

— Нна-а! На, сволочь! И тебе! — сопровождал я свои удары восклицаниями. Не все, но немалую часть. — Да что б тебя… Лучше с двумя гортидами сражаться, чем с десятком этой мерзости.

Летающих врагов было очень много. Несколько десятков мышей и сотни две насекомых. Половину ведьмы с Сэнгой уже успели прихлопнуть. Оставшуюся нечисть добивали вместе. Ни одна тварь не сбежала после гибели заблудшей, они продолжали набрасываться на нас до последнего.

— Орл не появлялся? — спросил я Сэнгу, когда всё закончилось.

— Нет, — она отрицательно мотнула головой. — Думаешь, с ним что-то случилось?

— Скорее всего.

На поиски товарища отправился вместе с Онирой. Посчитал, что так будет лучше, ведь Красная Ведьма быстрее и эффективнее обнаружит ловушки, поставленные её коллегами-ренегатами. Так и оказалось. Негритянка указывала на опасные места раньше, чем я успевал почувствовать угрозу, исходящую от них. В этом направлении их оказалось очень много. Наверное, заблудшая начала расставлять ловушки здесь и решила закончить там, куда двинул я.

— Вон он, — резко остановилась ведьма. — Он попал в душелов. Не подходи к нему ближе, чем на десять шагов, если не хочешь присоединиться.

В пятнадцати метрах впереди на небольшой полянке, с редко попадающейся там травой, похожей на толстый хвощ с парой белесых листов-лопухов, я увидел Орла. Он стоял на коленях, низко наклонившись к земле и держась двумя руками за рукоять меча, который до середины вошёл в почву.

— Ловушка?

Спутница молча кивнула.

— Что она делает? Забирает душу?

— Пьёт жизнь и питает ловушку, делает её сильнее. И чем больше жизни у пленника, тем сильнее становится ловушка. В твоём друге жизненных сил очень много. Ловушка выпьет его за несколько дней и увеличится в десятки раз.

— Ты её убрать сможешь? Или вытащить Орла?

Та ответила не сразу.

— Ловушку я смогу быстро развеять. Но это убьёт его, — наконец, сообщила она. — А вытащить… Ловушка будет пить его жизнь с огромной скоростью, как только он зашевелится сам или с чьей-то помощью. Наружу ты вытащить мёртвое высушенное тело.

— Он мастер руны, если что. Не простой человек, — сказал я ей. — Уверен, что выдержит всё… смотри!

Пока мы с ведьмой решали, что делать дальше и как спасти старого паладина, он зашевелился, что-то прохрипел или хрипло простонал, потом с трудом выдернул меч из земли и воткнул его опять, но чуть в стороне от прежнего места. И опять затих.

— Странно. Сила ловушки только что ослабла. Он как-то ломает её своим мечом, — удивлённо сказала Онира.

— Так, я за верёвкой. А ты следи за ним, — приказал я, затем ускорился и стремглав бросился в лагерь. Там достал из сумки моток прочной верёвки, большой крюк, на который вешали котёл для приготовления пищи и также быстро бросился назад.

За время моего отсутствия ничего не изменилось. Только Онира как-то вдруг резко помрачнела и оглядывалась по сторонам с сильной тревогой. Когда я сбросил рядом с ней ускорение, она чуть не ударила меня черепом на своём посохе.

— Ты меня напугал, Избранник!

— Не думал, что Красных Ведьм можно напугать.

— Значит, не умеешь думать, — холодно произнесла она. — Приступай, времени у нас мало.

Я крепко привязал крюк за верёвку, подёргал, чтобы убедиться в прочности узла, после чего подошёл к границе ловушки и метнул крюк в Орла. С первой попытки зацепить его не удалось, со второй тоже. А вот в третий раз крюк зацепился за перевязь ремня. Дальше я ускорился и потянул за верёвку. Показалось, что тащу легковую машину, которая еле-еле крутит колёса в ответ на мои усилия — так было тяжело. Даже мелькнула мысль, что зря связался с ускорением, ведь так могу порвать верёвку, не рассчитанную на подобные нагрузки. К счастью, обошлось. Даже вытащил старика вместе с мечом, в который он вцепился мёртвой хваткой.

— Я.. бы… справ…ился… — это было первое, что произнёс Орл, когда я вытащил его за пределы магической ловушки.

— В следующий раз, — резко ответил я. Неприятно царапнуло, что вместо «спасибо» паладин первым делом сообщил о своём недовольстве. — Идти можешь?

Тот попытался неловко подняться на ноги и сразу же повалился обратно.

— Понятно, — вздохнул я. — Руку давай.

Я поднял нелёгкого мужчину, забросил его левую руку себе на плечо и поволок в сторону лагеря. Онира следовала по пятам, часто оборачиваясь и что-то неразборчиво шепча себе под нос. Оказавшись на поляне, я сдал Орла магичке, чтобы она подлатала его целебными чарами. Пока она над ним хлопотала, решил свести воедино всё, что произошло менее чем за час. Потери у нас отсутствовали, если не считать тот факт, что всё вокруг было покрыто омерзительно вонючим мышиным помётом и их тушками вместе с насекомыми. Пираты поступили благоразумно, не став покидать круги, очерченные Красными Ведьмами. Или от страха их парализовало. Кстати, насекомые и летучие мыши их не только игнорировали, но даже, мягко выражаясь,