Миры Роджера Желязны. Том 9 - Роджер Желязны

— Я Мелиаш, — сказал он.

— А я Дилвиш. Ты страж Братства в этом районе?

Мелиаш вскинул бровь и улыбнулся:

— Не знаю, откуда ты пришел, но вот уже полстолетия мы известны под другим именем.

— В самом деле? — не смутившись, отреагировал Дилвиш. — Как же вы теперь называетесь?

— Общество.

— Общество?

— Да. Круг ведьм, чародеек и колдуний поднял бучу и добился изменения названия. Сейчас считается дурным тоном использование старой системы знаков.

— Я запомню это.

— Не желаешь присоединиться к обеду?

— С удовольствием, — ответил Дилвиш. — Я уже давно в дороге.

— И откуда держишь путь? — поинтересовался Мелиаш, когда они направились к лагерю, где был накрыт стол.

— Из многих мест. Последнее далеко на Севере.

Они уселись, и гостя быстро обслужили. Мелиаш взялся за еду, как будто и не съел двух мисок тушеного мяса. Дилвиш также не заставил себя долго упрашивать.

После некоторой паузы Мелиаш вновь заговорил:

— Твое поведение, одежда, внешность — все говорит о том, что ты из Страны эльфов. Однако на Севере нет твоего народа, насколько мне известно.

— Я много путешествовал.

…И теперь решил посетить этот край и попытаться добыть Силу?

— Что еще за Сила?

Мелиаш положил ложку и внимательно посмотрел на Дилвиша.

— Это что, шутка? — спросил он, будучи несколько озадаченным.

— Нет.

Мелиаш нахмурился и почесал висок.

— По-моему, я тебя не совсем правильно понял, — сказал он. — Ты прибыл сюда с целью добраться до Замка, расположенного… — он сделал жест рукой, — в центре этой пустыни?

— Совершенно верно, — согласился Дилвиш, отламывая очередной кусок хлеба.

Мелиаш откинулся назад:

— А знаешь ли ты, зачем я здесь?

— Очевидно, для поддержки заклинания, породившего этот феномен, — ответил Дилвиш, — чтобы предотвратить его распространение.

— С чего ты взял, что все это — порождение заклинания?

Теперь настала очередь Дилвиша удивляться.

— А что же еще это может быть? — сказал он, пожав плечами. — Еще раньше Джелерак был ранен, это случилось на Севере. Он явился сюда зализывать раны. Он соорудил все это, чтобы защитить себя на время выздоровления. Это может быть пожизненное заклинание. Братство, простите, Общество желает, чтобы ситуация не вышла из-под контроля на тот случай, если Джелерак потеряет силу там, внутри. Вот почему ты здесь, насколько мне известно.

— Это не лишено здравого смысла, — ответил Мелиаш, — но ты ошибаешься. Это место действительно один из его оплотов. Где-то внутри находится один из Старых богов, наследник рода Старейших по имени Туалуа. С давних времен Джелерак контролирует его Силу в своих интересах. Но сейчас мы не знаем наверняка, находится ли сам Джелерак в Замке. Но стало известно, что Туалуа, очевидно, овладело безумие. А такое состояние необычно для Старых богов, если верить традиции. Так что все это, — он бросил взгляд в сторону Очарованной земли, — его деяния.

— Откуда такая уверенность?

— Используя особые колдовские приемы, Обществу удалось установить, что феномен явился результатом излучения энергии, источником которой является существо, магическое по своей сущности, а не какое-то конкретное заклинание. Это редкое явление для наших дней. Вот почему мы установили эти посты.

— Так вы здесь не для того, чтобы контролировать заклинания на случай его распространения в опасных пределах?

— Для этого тоже, конечно.

— И вы не используете ситуацию, чтобы загнать Джелерака в ловушку?

Мелиаш покраснел.

— Позиция Общества по отношению к Джелераку всегда была нейтральной, — твердо заявил он.

— И все же вы блокировали его возвращение в Ледяную Твердыню, чтобы держать Ридли в резерве против него.

Мелиаш нахмурился и пристально посмотрел на Дилвиша. Неожиданно его правая рука скользнула в карман. Он вынул пригоршню золотой пыли, готовый кинуть ее в Дилвиша. Узнав материал, тот не шелохнулся, а остался стоять, спокойно улыбаясь.

— Стоит ли так нервничать? — насмешливо спросил он. — Посмотри, я не оборотень. Я тот, кто я есть, а не перевоплощенный Джелерак.

— Тогда как ты узнал о том, что произошло в Ледяной Твердыне?

— Я уже упоминал, что недавно был на Севере.

— То, что произошло на Севере, — сказал Мелиаш, — не было санкционировано Обществом. Это дело рук группы членов Общества, действовавших по собственной инициативе. В этом вопросе мы также нейтральны.

Дилвиш рассмеялся:

— Приберегаете свой приговор для более крупного улова?

— Очень трудно заставить группу индивидуалистов с ярко выраженным темпераментом занять общую позицию по любому вопросу. Ты рассуждаешь так, словно сам не являешься членом Общества. Кстати, твой ответный опознавательный знак устарел, чрезвычайно устарел.

— Я долго отсутствовал. Но однажды я был полноправным членом Братства, хотя и младшего круга.

— Ты продолжаешь изумлять меня. Едешь через опасную территорию в опасное место. Каждый, кто проделал этот путь до тебя, верил, что имеет шанс подчинить Туалуа своей воле, поскольку тот выжил из ума, а Джелерак либо отсутствует, либо слишком слаб, чтобы защищаться. Власть над этим магическим существом действительно дает большие полномочия. И все-таки это не то, что ты ищешь?

— Нет, не то, — ответил Дилвиш.

— Во всяком случае, ты вносишь приятное разнообразие. Не обидишься, если я прямо спрошу, какую цель ты преследуешь? Я тут провожу что-то вроде исследования…

— Я пришел убить Джелерака.

Мелиаш изумленно уставился на него.

— Если не хочешь отвечать, я не могу тебя заставить… — начал было он.

— Я ответил, — сказал Дилвиш, поднимаясь. — Если он там, я встречусь с ним лицом к лицу. Если его нет, я буду искать следы, которые наведут меня на место его пребывания, и тогда я вновь попытаюсь достать его.

Он повернулся к лесу.

— Спасибо за обед.

Рука Мелиаша легла на его плечо.

— Я верю тебе, — услышал Дилвиш, — но боюсь, что ты не отдаешь себе отчета в том, что тебя ожидает. Предположим, что тебе удастся пересечь Землю и войти в Замок, или ты настигнешь его где-то в другом месте. Но даже утратив большую часть своего могущества, Джелерак остается самым могущественным чародеем в этом мире. Он нашлет на тебя порчу, иссушит, изменит твой облик до неузнаваемости, изведет тебя. Не было такого случая, чтобы тот, кто испытал на себе его проклятия, выжил.

— Я испытал на себе его проклятие. Вот почему я должен встретиться с ним.