Бояре Романовы и воцарение Михаила Феoдоровича - Платон Васенко

6 См. Сборник материалов по истории предков царя Михаила Федоровича Романова. Ч. I. С. 120. – «Der erste in Russland eta-blirte Ahnherr der voralterlichen Romanowschen Stammhauses war ein Preussisch-Samogitischer Furst oder Machthaber, Glandal (oder Glanda) Kambila Diwonowitsch gennant, von der uralten heidnischen Preussisch-Littauisch-Samogitischen Konigen, Fursten oder Machtha-bern entsprossen, der aus seinem vaterliehen Erbe in Samogitien und in Sudauern-Land von dem die Preussischen Lander unterjochenden Deutschen Orden vertrieben, in dem letzten Viertel des dreyzehnten Jahrhunderts mit seinem unmundigen Sohne nach Russland fluchtete, daselbst im Jahr 1287 getauft wurde und bey dieser Gelegenheit den Taufnahmen Jwan erhielt, wie dieses in der nachfolgen den genealo-gischen Special-Geschichte umstandlicher crortert warden wird. Seine-ben erwahnter Sohn, der in Russland Andrei Jiwanowitsch Kambila (oder corrumpirt Kabula, auch Kobula) genannt wurde, hinterliess ein Zahlreiche Nachkommenschaft, die nach seinem und seines Vaters Beynahmen das Geschlecht Kabulin oder Kobulin hiess».

7 Первая посвящена исчислению всех ветвей рода Андрея Кобылы, гербам этого рода, вопросу о родовых вотчинах семьи Романовых и мн. др. Здесь автором сделано много интересных наблюдений и приведено много ценных для того времени (1805) данных. Однако Кампенгаузен придает слишком большое значение сходству гербов родственных между собой фамилий рода А. Кобылы и их эмблемам (см.: Там же. C. 132–139), которые, по мнению исследователя, подтверждают происхождение Романовых и от прусско-литовско-самогитских державцев. Мы знаем, что гербы вошли у нас в употребление с конца XVII века (см.: Барсуков А. П. I. С. 12–13, ссылки на свидетельство Котошихина; ср.: Котошихин Г. К. О России в царствование Алексея Михайловича, изд. 4-е. С. 28–29). Поэтому указанное Кампенгаузеном сходство свидетельствует лишь о том, что гербы составлены сообразно существовавшему в в конце XVII века преданию и подтверждать его никак не могут.

8 См. Сборник материалов по истории предков царя Михаила Федоровича Романова. Там же. С. 191 и 192; немецкий текст см. на с. 190 и 192: «Nach der Uebereinstimmung die sich hieruber, neu-ern Forschungen zu Folge, in vielen der glaubwurdigsten Chroniken, Geschichts und Familien-Nahrichten und Urkunden findet, kann man mit Gewissheit annehmen, nicht nur, dass der erste Russische Ahnher des voralterlichen Romanowschen Stammhauses dieser Glanda (auch Glandal genannt) Kambila Diwonowitsch, sondern auch, dass era us Samogitien und dem banachbarten Sudauer-Lande gekommen, in diessen Genend ein Machthaber gewesen».

9 Рассуждения Кампенгаузена основаны в данном месте на мнении, что ложное предание в таких случаях не может «зародиться, а потом удерживаться», не встречая протестов «действительных членов рода, которым навязывали чужеродцев» (см.: Там же. С. 193; также с. 192, нем. текст). А если предание возникло поздно и основано на измышлениях? Кому тогда протестовать?

10 Кампенгаузен в своих изысканиях не нашел имени Гланды среди самогитских князей XIII века (см.: Там же. С. 200–201), что не помешало ему верить в существование этой мифической личности.

11 Наибольшей умеренностью из известных нам подобного рода трудов отличается «Родословие высочайшей фамилии ее императорского величества государыни императрицы Елизаветы Петровны, самодержицы всероссийской», напечатанное в памятниках Императорского общества любителей древней письменности и перепечатанное Селифонтовым. В предисловии к «Родословию» (см.: Сборник материалов по истории предков царя Михаила Федоровича Романова. Ч. I. С. 97) читаем среди прочего: «Фамилия… происходит от некоего Андрея, которому в некоторых летописях приписывается отчество Иванович. И о нем упоминается, что он выехал из Пруссии и был братом некоторого прусского князя. Когда сие сделалось, оное можно заключить по упомянутым в родословных книгах его потомкам, а именно, что приезд его в Россию был около половины XIV века по Рождестве Христовом, то есть во время великого князя Ивана Ивановича, отца великого князя Дмитрия Ивановича Донского».

12 Извлечение из этой записки, рукопись которой находится в архиве графа С. Д. Шереметева, сделано в известном сочинении А. П. Барсукова «Род Шереметевых». Оно помещено в I книге названного труда на с. 4–8.

13 См. указ. соч. А. П. Барсукова. Там же. С. 5–6.

14 См.: Там же. С. 7–8.

15 А. П. Барсуков сообщает нам и имена «ауторов», вдохновлявших и руководивших Колычева; среди них мы встречаем Я. Длугоша, М. Кромера и т. п. историков, не отличавшихся критицизмом.

16 См.: ПСРЛ. Т. XX. Ч. I. С. 214.

17 Там же. Т. XII. С. 78.

18 Прозвание некоторых сыновей Кобылы: Жеребец, Елка, Кошка; далее встречаются Брех, Казак; Иван Никитич Романов имел прозвище Каша и т. д. Припомним еще князей Овчину-Оболенского, Репню и т. д. и т. д. Укажем у французов хотя бы епископа Пьера Кошона (свинью; фр. сосЬоп. – Ред.), у немцев Баха (ручей; нем. bach. – Ред.) и т. п.

19 Мы лично думаем, что Дивон измышлен благодаря отчеству Андрея Кобылы, звавшегося, как видно из родословных, Ивановичем. Подобно этому и Камбила появился благодаря прозвищу Андрея Ивановича. Правда, А. П. Барсуков приводит «дарственную запись Эрмляндского капитула, данную 23 июля 1290 года некоему Кабиле (Сabilo), на владение поместьем Налабен (Nalaben), с тем что он Кабило и его наследники по обычаю страны служили капитулу одним конем и одним вооруженным ратником (см. указ. соч. А. П. Барсукова. Там же. С. 8), и делает такое заключение: «Сведя вместе колычевского Гланду-Камбилу, упоминаемого в Варминских памятниках Cabilo и нашего летописного Андрея Кобылу, казалось бы возможным допустить, что во всех трех случаях речь идет об одном и том же лице» (там же. С. 9). Такая возможность, по нашему мнению, маловероятна. Во всяком случае, расстояние от князя, хотя бы и мелкого, до ничтожного вассала, выставлявшего на службу всего одного всадника (рыцарское «копье» состояло из нескольких человек), слишком велико, чтобы можно было сводить вместе эти три показания.

20 Барсуков А. П. Указ. соч. Там же. С. 2. О происхождении Шереметевых от Андрея Кобылы будет сказано в настоящей книге ниже.

21 См.: Там же. С. 3. К показанию Шереметева о властительном происхождении его предка в Разряде отнеслись, по-видимому, без особого доверия; по крайней мере, в Бархатную книгу его не занесли; см. издание Бархатной книги, М., 1787. Ч. II. С. 404.

22 Известно, на какие искажения и даже подлоги пускались люди конца XVII века для прославления своих действительных или воображаемых предков. См. об этом хотя бы в ст. «Хрущевский список Степенной книги» // Журнал Министерства народного просвещения, 1904, март; см. также отдельное издание статьи.

23 Напротив, как видно из показания Шереметева, он считает слово «кобыла» прозвищем своего предка. Вообще, не принимая свидетельств этого боярина, не сомневаемся в их добросовестности. Из нижеследующего в тексте видно, что слова Шереметева основаны на преданиях XVI–XVII веков.

24 Лихачев Н. П. Разрядные дьяки XVI века. С. 312. Прим. 2.

25 Селифонтов Н. Н. Указ. соч. Там же. С. 19.

26 Курбский А. Сказания князя Курбского (изд. Н. Г. Устрялова, 1833. – Ред.).