Парадокс Севера - Виктория Юрьевна Побединская

рядом, — прошептал он, все еще крепко прижимая к себе. Прозвучало как обещание. Слово, которое никто не посмеет нарушить.

Все еще дрожа, я наконец увидела, что у края бассейна стоит Макс. Взволнованно переминаясь с ноги на ногу.

— Он услышал тебя, — прошептал Север. — И позвонил мне.

— Где все? — прохрипела я.

— Разбежались.

Я закрыла глаза, снова вспоминая произошедшее. Может они и правы, и мне здесь не место. Не место. Не место… Истерика приближалась, и я судорожно вдохнула ртом, чтобы не задохнуться ею.

Меня так трясло, что я не могла даже пошевелиться.

— Макс помоги, — крикнул Север. Я зажмурилась, старясь не думать о том, что мы оба снова сейчас потонем. Но Север каким-то образом доплыл до бортика и Макс втащил меня наверх.

С одежды лилось. Коленки дрожали. Я почувствовала, что еще немного и упаду. Слышала только, как Север скомандовал:

— Найди их!

А потом поднял меня на руки и понес по коридору.

За нами стелилась мокрая дорога. Но мне было все равно, кто и что уже подумает. Оказавшись снова в двух шагах от смерти, стало настолько плевать на чье-либо мнение. Но из-за позднего часа коридор был пуст.

Север прижал к себе сильнее. Я уткнулась в его грудь и просто плакала. Потому что была сильной все это время и вдруг сейчас, оказавшись снова в его руках, поняла, что не могу больше. Не выдержу ни минуты.

Он принес меня к себе, занес в ванную и поставил на пол. Меня все еще знобило. Только теперь еще и от холода.

— Давай же, снимай одежду, — скомандовал он. Я чувствовала его злость. Едва сдерживаемую внутри. Наверняка на меня. Поэтому не стала перечить.

Дрожащими руками принялась расстегиваться, даже не думая о том, что чужой человек стоит напротив. Глаза все еще резало от хлорки, к тому же все расплывалось от слез. Я почувствовала, как он обхватил мое лицо руками, и зажмурилась, чувствуя, как с ресниц срываются капли.

— Тебе нужна помощь, чтобы раздеться? Справишься сама, не убившись здесь?

Не открывая глаз, я кивнула.

— Чистые полотенца в шкафу. Я оставлю вещи в спальне, на кровати. Сам выйду. Если ты не появишься спустя десять минут, я вернусь, понятно?

Север говорил громко, чётко, так, словно я плохо соображала. На самом деле я просто не в силах была хоть как-то адекватно реагировать.

— Хорошо, — прошептала я, а потом тихо добавила: — Спасибо.

Хлопнув дверью, он вышел.

Я стянула мокрую одежду и посмотрела на себя в зеркало. Тушь под глазами размазалась, к тому же на скуле наливался синяк. Но хуже всего выглядели мои руки и плечи. Теперь я чувствовала, как болит каждый ушиб, каждый удар, который был мне предназначен.

За что они так? Что я сделала?

Казалось, их просто накачали злобой, как наркотиками. Потому что люди не могут быть такими. Или я просто не хотела в это верить.

Поплакав еще немного, я умылась, расчесала волосы и собрала мокрую форму в найденный под раковиной мешок. Выходить из ванной в одном лишь полотенце не хотелось, но Север пообещал, что не зайдет, так что оставалось лишь полагаться на его слово.

Его спальня было простой. Разве что больше тех, в которых мне доводилось бывать раньше. На кровати ждала стопка чистых вещей. Мужских, разумеется, и я осторожно, стараясь на задевать ушибы, оделась. Потянулась к двери, но она распахнулась. На пороге стоял Северов, босиком, тоже в сухом и чистом.

— Ты в порядке? — прошептал он. Его голос был таким, будто он его сорвал. Я почувствовала, что снова готова разрыдаться. И бессильно прислонилась к стене.

— Это моя вина, — произнес Виктор. — Стоило раньше вмешаться. Ты видела, кто это сделал?

Я покачала головой, потому что никого из них не знала. Не хотела знать. Не хотела видеть. Ничего больше не хотела.

— Ладно, Макс видел, — процедил сквозь зубы Север. — Клянусь, я их всех уничтожу! Каждого! — Он сунул ноги в ботинки, принявшись их дергано зашнуровывать, поднялся, схватил куртку. Ярость, что плескалась в его глазах, могла спалить полгорода. — Ни одного из них завтра же здесь не будет! Обещаю тебе.

— Не надо, — всхлипнула я и, чтобы задержать, схватила за рукав.

Север резко обернулся.

— Они тебя едва не убили, а ты их защищаешь?

— Мне их просто жаль, — ответила я, опускаясь на постель. Подтянула к себе колени, обняла их, а потом добавила шепотом: — Они все так хотят быть с тобой… Быть частью твоего мира… Настолько, что готовы ради этого на все. Даже на такие ужасные вещи.

Виктор закрыл лицо ладонью. А потом сел рядом и вдруг притянул к себе, обнимая. Будто пытаясь выплеснуть боль. Или может наоборот, забрать.

— Эй, — осторожно позвала я. — У меня нет панической атаки, видишь? Я в порядке.

Почему-то в этот момент казалось, что из нас двоих не в порядке именно он. Крепче сжав вокруг меня руки, словно только я удерживала его от падения, Север прошептал:

— Господи, какая же ты, Мушкетер. Какая же ты...

«Глупая?» — хотела спросить я, но не успела. Хлопнула входная дверь.

— Север, ты здесь? Что там опять происходит? — раздался голос Антона. А потом он вошел в комнату и замер у порога, глядя на нас. — Какого черта она здесь?

Даже не видя его глаз, я могла поклясться, он был в бешенстве. Чувствовала его злость в каждой нотке.

Север отпустил меня, и я тут же отодвинулась.

— Я потом тебе расскажу, а пока уйди Тон, ладно?

Было видно, как Уваров едва держит себя в руках, но не сказав ни слова, он развернулся и хлопнул дверью так, что удивительно, как она с петель не слетела.

— Прости, — еще раз извинилась я, хотя не знала за что.

— Тебе не за чем.

— Твой друг почему-то меня