Ведьмами рождаются. Книга 2 - Лилия Руднева

Настя в отчаянии смотрела, как сильнейшие маги, используя всё, что только умеют, ломают Александра, не заботясь о том, что такое грубое проникновение в ауру может просто убить.

Девушка видела, как Мастер направил на него потоки сильнейшей боли, и Александру сейчас казалось, что с него заживо сдирают кожу. Пётр же, нащупав нити его прежней силы, собрал их в пучок и изо всех сил тянул на себя, словно хотел выдрать их вместе с мясом, Атаки следовали одна за другой, Александр пытался пошевелиться, но все попытки приносили ему страшную боль, такую, что он не мог сдержать стонов.

— Прекрати сопротивляться, иначе будет только хуже, — тётя Маруся стояла, не шевелясь, взглядом приковав его к полу, — мальчишка! Думал, если получил незнакомую силу, то стал неуязвимым?

Александр сделал невероятное усилие, и прохрипел:

— Сами напросились.

От напряжения из уголка губ потекла тоненькая струйка крови, но он сделал пальцами какое-то движение, и кресла вдруг взорвались стайками колибри.

Маленькие птички облепили нападавших оставляя на их телах ожоги и раны. Маги завертелись, словно нерадивые пчеловоды на пасеке, а когда со стен слетели бабочки, началась настоящая паника. Вместе с ожившими бабочками на всех обрушились волны панического страха, отбирающего разум, и не позволяющего адекватно мыслить. Горящая одежда, кровоточащие раны, которые невозможно залечить магическим путём, да ещё паника превратили магов в обезумевшую толпу, единственным желанием которой было выбраться из этого ада любой ценой. Они, словно слепые котята, тыкались в стены, пытаясь найти выход, но дверь, через которую все сюда зашли, исчезла.

Александр по-прежнему не мог пошевелиться, но горящий взгляд и победная улыбка говорили Насте о том, что магам недолго осталось пребывать в панике. Ещё несколько минут, и они погибнут.

Девушка привалилась к боковой стене и закрыла глаза, не в силах смотреть на это зрелище. Если она не вмешается, скоро всё будет кончено, и сможет ли она после этого спокойно жить и смотреть белым магам в глаза?

— Николай, Пётр, помогите мне, нужно выбираться!

Громоподобно прозвучавший голос тёти Маруси заставил Настю снова посмотреть вниз. Девушка обмерла. Целительница по-прежнему не шевелилась, держа Александра своим взглядом. В нескольких местах одежда на ней горела, но женщина не обращала на это ни малейшего внимания, лицо было в крови, и колибри атаковали её без перерыва. Не смотря на это, она подняла руки вверх и вместе с этим жестом поднялся в воздух и Александр. Ликование в его лице больше не было, только удивление, граничащее с досадой.

Целительница направила его тело к выходу.

— Пётр, Николай, придите в себя! — голос целительницы стегал кнутом.

Белые маги не сразу, но ответили на её призыв. Они тоже подняли руки, помогая тёте Марусе удерживать Александра в воздухе.

Для Насти всё решилось в один миг. Она понимала, что для Александра пленение магами станет мучительнее, чем два месяца у Акитона и, сама не заметила, как оказалась внизу в самой гуще событий.

— Оставьте его, иначе я буду вынуждена применить к вам силу!

Голос девушки произвёл странный эффект, все бабочки и птицы исчезли, как по мановению волшебной палочки, ушли и волны паники, и маги от неожиданности застыли в нелепых позах.

— Настя, опомнись! — тётя Маруся всё прочла по выражению её лица, — я не знаю, чем он заморочил тебе голову, но ты совершаешь ошибку.

— Я совершу её, если позволю вам сделать то, что вы задумали.

Девушка сейчас твёрдо знала, что второй раз она Александра им не отдаст, пускай ей даже придётся здесь умереть.

— Хорошо, — тётя Маруся осторожно опустила свою жертву на пол, — а ты понимаешь, чем твой поступок грозит магическому сообществу?

— А ваш? — Настя с тревогой посмотрела на Александра, из уголка его губ продолжала течь кровь, и, казалось что он отключился.

— Обещаю, мы не сделаем ему ничего плохого, — целительница сделала шаг вперёд.

— Я не об этом, а о людях в нашем городе.

— Настя, послушай…

— Убирайтесь отсюда, — сердце девушки разрывалось на части, — или, клянусь, вы останетесь здесь навсегда!

— А я тебя недооценивал, — Мастер тыльной ладонью руки вытирал кровь с лица, морщась от ожогов, — думаешь, правильно разобралась в ситуации и поставила на сильнейшего?

— Я хочу, чтобы здесь всё решалось справедливо, — девушка напряглась, почувствовав, что сейчас начнётся атака.

Все маги, словно сговорившись, одновременно выпустили на неё сгустки энергии, но за миг до этого Настя успела поставить щиты. Энергия остановилась перед невидимой преградой и бумерангом вернулась к тем, кто её отправил. Настя ожидала, что их сейчас просто размажет по стенам, но тётя Маруся, мгновенно среагировав, поставила вокруг девушки круговой щит, направленный на то, чтобы сила снова спружинила обратно.

Настя зажмурилась, ожидая, что многократно усиленная от ударов о щиты сила сейчас пробьёт её защиту, но случилось то, чего не ожидал никто. Сгустки энергии мягко прошли через щит девушки, и буквально впитались в её тело.

Ошарашенная, ничего не понимающая Настя на автопилоте бросила поток силы в нападавших, и поняла, что её энергии стало больше, чем когда-либо. Она пробила щит, поставленный целительницей, и маги, находившиеся перед ней, получили порцию магического удара. Те, кто стоял по бокам и сзади, тут же принялись её атаковать по новой, но их энергия впитывалась в девушку, словно в губку, и возвращалась к своим хозяевам. Настя подбежала к неподвижному Александру, чтобы её щит прикрывал и его, продолжая наносить удары до тех пор, пока нападавшие не прекратили атаки, осознав их бесполезность.

Половина магов не могла подняться с пола, остальные сбились в кучу, стремясь поставить общий щит.

— Уходите, — девушку шатало от напряжения, вид поверженных врагов вперемешку с бывшими друзьями был невыносим.

Появившийся из портала Марк заставил всех вздрогнуть.

— Марк, проводи наших гостей, — глухо проговорила Настя и склонилась над Александром.

Тот молча кивнул, и в стене появилась дверь.

Чёрные маги уходили, сверля девушку такими взглядами, что будь они материальными, она тут же свалилась бы замертво. В глазах белых магов не было ничего, кроме презрения.

— Ты сейчас совершила самую большую ошибку в своей жизни, — сказала ей тётя Маруся, и вышла из зала.

Настя не могла сейчас анализировать свой поступок, единственным её желанием было привести в чувство Александра и немного успокоиться.

Чья-то тёплая рука легла ей на плечо. Девушка подняла голову — над ней стоял Пенёк, половина бороды у него была выжжена, одежда напоминала лохмотья, и лицо в рваных ранах. У девушки ком встал в горле, потому что в глазах Пенька не было осуждения.