Дорога к Тайнику. Часть 1 - Мария Владимировна Карташева

ли я не знаю чего, — Мамыкин, по-собачьи почесал себя за ухом. — Но ценность их именно в том, что они нужны для сильных магических обрядов. Кстати, ножи и в сумке, и в квартире одинаковые. Я смывы сделал, в морг послал, не знаю, успели они там сходство с кем-то начудачить, но сталь одна, ручки тоже. Одна рука, видно, и клейма стоят такие, что ножи точно мастер делал. Кстати, там под оплётку кожаную, вроде как декоративную, ещё какие-то символы вписаны. Но в этом я не разбираюсь.

— Мамыкин, а как тебя зовут? — Малинин вдруг сообразил, что не знает имя стоящего перед ним человека.

— Здрасьте, приехали. Рудольф меня зовут. Рудольф Олегович Мамыкин, — он покачал головой. — Приятно, что меня здесь хоть в лицо помнят.

— Ну, извини, — неопределённо пожал плечами Малинин.

— Проехали.

Егор Николаевич вышел от криминалистов и задумался, куда ему направиться сейчас. Его целый день терзало неясное чувство вины за то, что он так сорвался на Мечину, которая хоть и вела себя неверно, но не настолько, чтобы так орать на неё. Вообще, всё вокруг сыпалось, ещё эта дурацкая влюблённость воткнулась как заноза, и у полковника окончательно испортилось настроение.

Попрощавшись с криминалистом, обрётшим имя, Малинин вышел в пахнущий морозом вечер. Он удивился, что уже совсем темно и направился в обход здания к крылу полицейского управления. Но вдруг стремительная тень пересекла двор, и Егор увидел Пасникова. Тот почти добежал до него, но потом, видимо, узнал и развернулся, чтобы уйти.

— Стой. Валера, что ты хотел?

Человек остановился и, осознав, что Лашников всё рассказал, повернулся и мотнул головой, приглашая идти за собой. Они дворами пробрались к его странному убежищу, и Малинин с удивлением огляделся.

— Это ж стоит всё целое состояние, — оценил он обстановку.

— Я патенты продал, — кратко ответил мужчина. — Почему Лашникова нет?

— Много, Валера, у нас дел. Везде не успеть. Проверяет пару версий. Что ты хотел? Он мне всё рассказал.

— Он телефон из лесу привёз, — Пасников включил компьютер. — Это вот её телефон.

Малинин увидел фотографию девушки, которую недавно им показывал редактор.

— Уверен?

— Да. Здесь селфи много и соцсети её на входе. Всё просмотрел, но для нас интересно только это.

Он открыл сообщения, и Малинин увидел, как кто-то приглашает её прийти вечером на пустырь.

— То есть это она была там. Куда же она потом делась? — задумчиво проговорил он.

— Это не всё, я немного покрутил его, — Пасников поколдовал над клавишами. — Странное дело, но у неё был этот номер, — он показал ряд цифр.

— А что это?

— Вашего погибшего криминалиста телефон.

— Да ладно, — Малинин задумался. — Ни черта не понимаю. Что-то там могло ещё осесть? В телефоне.

— Вряд ли, но ещё одну программку запустил, она на сутки рассчитана. Пока пусто, но я надеюсь, — вздохнул мужчина. — За сестру мою стопку выпьешь? Я каждый вечер одну стопку пью.

— Давай, — покачал головой Малинин, он интуитивно понял, что отказывать сейчас нельзя.

Покинув жилище Пасникова, Егор набрал номер Софьи и услышал её сонный голос.

— Да, Егор Николаевич.

— Простите, я вас разбудил? — удивился он.

— Ну вообще-то час ночи. Да, я спала.

— Ох, что-то я заработался. Можете прийти завтра ко мне в управление часам к девяти утра? Нужна помощь.

— С радостью, — сказала Софья. — До завтра.

Малинин побрёл по улице, подбрасывая носками ботинок комкающийся, мокрый снег. Он подумал, что за день не сделано и половины рабочих задач, но мозг уже отказывался думать. Егор свернул к общежитию, посмотрел на окна Варвары, но там было темно. Ему стало печально оттого, что не удастся сегодня поговорить с ней по душам. И ещё Малинина крайне огорчало то, что они никак не могут воедино связать хоть какие-то линии. Всё обрывалось загадками.

Глава 9

Неугомонный Рюхин разбудил Малинина за три часа до своего появления. Они с заявительницей уже мчались на перекладных, и Егор понял, что тот хотел попросить, чтобы их встретили на вокзале.

— Ждём, ждём, — сказал Малинин. — Я сейчас кого-нибудь из оперов попрошу вас встретить. Или Вострикова, или Сапонина, — рассуждал он вслух, — ну или экипаж пришлю. Вы точное время прибытия скажете?

— Сапонин? — оживился Рюхин. — Однофамилец, наверное, а то одно время служили вместе.

— Ну, Дима вроде с ваших мест.

— Ещё и Димой зовут. Во дела! — радостно заговорил Рюхин. — Не думал не гадал, считал, совсем пропал человек.

— Почему так? — не понял Малинин.

— Приеду, расскажу, а то на весь автобус и так кричу. Ладно, едем.

Егор отключился и вошёл в кабинет. Он увидел, что за столом Варвары пусто, и только открыта дверь к Петрову.

— Семён Никодимович, здравствуйте, — Малинин просунул голову.

— И тебе не хворать, — Петрову, не особенно любившему Малинина, сегодня было даже тошно общаться с ним из-за Варвары.

— Как дела?

— Как сажа бела. Как могут у нас быть дела? — раздражённо отметил следователь. — С ног сбились Тамту и подругу её искать. Вчера все экипажи по снегам болтались и что? А сегодня утром мне сообщают, что нашли такой же след на шее девушки, которая под корнями ели лежала.

— А это значит, у нас ещё один труп и две пропавшие, — как-то отстранённо сказал Малинин. — Семён Никодимович, хватит воевать со мной. Подключайся к работе. Все дела в сторону, абсолютно все. На тебе сейчас опрос тёти Кати и родителей второй девушки, что пропала. А родственников погибшей нашли?

— Она с детского дома. Это тётя Катя вчера сказала. Они с Тамтой совсем недавно познакомились, можно сказать, на днях. И она вроде и не выезжала никогда и никуда. А тут на тебе, сразу рванула за город.

— Так, — Малинин замер. — Пометку надо сделать, — он быстро набрал телефон Нерея. — Илья, спроси родителей Алёны, они её биологические родители или она приёмная дочь.

У Малинина даже проснулось какое-то забытое чувство радости в душе, он подумал, что это может быть ниточкой, ведь псковская девушка тоже была сиротой.

— Надо связаться с родителями Антонины и у них уточнить то же самое. Никодимыч, сделаешь?

— А то, — приободрился Петров. — У Варвары телефон?

— Да. Или в деле есть, полистай.

В кабинет стремительно вошёл Лашников и присел на стул.

— Доброе утро, коллеги. Надо бы взглянуть на медальоны, мне покоя не даёт рисунок на них, чёткое ощущение, что я его где-то видел. Они у Мамыкина или мы ещё не отдали ему?

— Нет, Варвара сказала, что в сейфе, — Семён Никодимович пожал плечами. — Только мой ключ сломан. У кого ещё есть? — спросил Петров.

— Ну, у Вари точно есть, а она по своему