Фрилансер. Повелитель ареала (СИ) - Кусков Сергей Анатольевич

— С-слушаю вас! — Взволнованное лицо человека в погонах полковника ВВС, седеющий мужчина лет пятидесяти с ужасом безысходности в глазах и грузом ответственности, с которой не справился. Мой клиент! Я непроизвольно и очень хищно улыбнулся.

— Сеньор, меня называют «стажёр Веласкес». — Начинать разговор лучше представившись, пусть даже оппонент знает, кто ты. — Но сейчас у меня другой позывной, «Кедр». И у меня для вас предложение, от которого отказаться вы, конечно, сможете. Но поверьте, вы очень сильно огорчитесь, если откажетесь.

— Весь внимание, сеньор… Хм… Кедр. Весь внимание…

Глава 11

Я даю тебе Адреналин

Глава 11. Я даю тебе Адреналин

…Я даю тебе адреналин

Всё, что ты потеряла

Одержимо танцуя на битом стекле…

(«Комиссар» — «Адреналин»)

— Сеньор, не смешно! — закончил я прения. — У нас война. Государственный переворот. И вы либо сохраняете верность присяге и выступаете на стороне законной власти, то есть наследницы престола, или же поддерживаете мятежников-предателей. Третьего не дано, никаких страусиных позиций. Итак, ваше решение?

Полковник был бледен — не то слово. Особенно актуально это ввиду занимаемой им должности. Командир эскадрильи это не хухры-мухры, тут нужны железные нервы и первоклассное владение собой. Лейтенантик ВВС ещё может быть нервным, но только не полкан!

— Сеньор… Стажёр Веласкес! До определения легитимной власти, либо до возвращения её величества, двадцать вторая эскадрилья отказывается подчиняться кому бы то ни было, как бы эти люди себя ни называли. Мы верны присяге и народу Венеры, и никаких «правительств спасения» или тиранических захватов власти не признаём, и признавать не будем. — Фразы далась ему легко, но было видно, только потому, что он её зазубрил заранее.

— Мудак, ты не понял, что происходит? — не выдержал и завёлся я. Нервы. Очень плохо! — Объясняю на пальцах. ОНИ запустили в город врага. С целью свержения власти. Это НЕ ПЕРЕВОРОТ, это выступление мятежных частей на стороне не вероятного, а вполне себе реального противника. Это ВОЙНА, просто война, без приставки «гражданская». Ты это понимаешь, полковник? И что ситуация зашла так далеко, что на таких, как ты, сейчас просто нет времени. Не желаешь выполнять присягу — в распыл! А после в распыл и твою семью, с конфискацией. Ты этого хочешь? Ты серьёзно решил отсидеться в тишине, когда в столице рвутся ядерные фугасы?

— Я… — Но нет, не додавил. — Сеньор Веласкес! — прорезался огонь решимости в глазах дедули. — Не надо меня пугать. Мы подчиняемся исключительно королеве. Или правительству, признанному всенародным референдумом. Это последнее слово.

Отключился. ОН, мать его! А не я от него.

— Сигма — Кедру. Сигма, как слышишь? — активировал «спящую» линию.

— Слышу хорошо, Кедр. — Голос никогда не спящего и всегда адекватного Альвареса.

— Искупителю в вычислитель геоданные по расположению эскадрильи. Сможете сделать так, чтобы они поджарились, но прожарились не до конца, чтобы могли выпустить самолёты хотя бы через часть взлётных шахт?

— Кедр, там такая система, что и после попадания ядерной бомбы они смогут взлетать. Не все, но кто-то сможет. Это ж военные, гражданская оборона. Система на случай осады планеты и высадки десанта.

— Тогда дай координаты, будем жарить цыплёнка, пока тёпленький.

Пауза-заминка, и уточнение:

— Кедр, чем жарить будешь? Спрашиваю, чтобы нам определиться, что именно на их базе под удар подставлять.

— Давай лазерами. Обычными… — мысленно отмахнулся я от настырно лезущего в голову шёпота про конвенциональное оружие. А рентгены всё же оружие конвенциональное, просто взрыв около точки Лагранжа-два Венеры никого на Земле не колышет, волну гнать сильно не будут.

— Понял, Кедр, — облегчённо вздохнул Альварес и повис в режиме ожидания.

— Ставишь себя? — голос сзади. Обернулся. Ухмыляющаяся Фрейя.

— Приходится. Не хотят меня всерьёз воспринимать, — пожаловался, выложив, как есть. — Возраст, наверное.

Она покачала головой.

— Весной, и в мае — там был возраст. А здесь любого на прочность будут проверять, даже если я опытного дедушку вроде нашего командора Гарсия назначу. Так что это крест, Хуан. Неси.

— Да несу-несу… — тяжко вздохнул я, понимая, что да, наверное, так и есть. Сейчас уже дело не в возрасте. Не только в возрасте.

— Искупитель на связи! — ответил наш командир мини-эскадры, снова начавшей разгон, но теперь без форсажа, только на ионных движках. А на ионных, как уже говорил, можно разгоняться неделями.

— Огонь всей эскадрой, из лазерного оружия. Координаты передаст Сигма.

Пауза — ожидание сигнала. И:

— Уже передала. Заводим в вычислители.

— Отлично. Тогда стрельба по готовности.

Аж отсюда, за миллион километров услышал скрип его зубов. Чел хотел ответить, парировать, дескать, кое-какие приказы выполнил, но теперь всё, баста карапузики, долбайтесь дальше сами… Но не смог. Он уже замазан. Да и осколки огневого крейсера и эсминца в тылу, которые пытались ударить по его кораблю, навевает на верные размышления.

— Есть, Кедр, — раздался голос значительно позже паузы на задержку сигнала, и без огонька. Но пусть его с эмоциями, мне важен исключительно результат.

— Фрей, мы справимся! — отчитался я своему единственному непосредственному начальнику.

Взрывы, то бишь поднятые в воздух тучи пыли и песка от удара обычных лазеров, ни в какое сравнение с их рентгеновскими коллегами не идут. Наверное, на Земле сквозь атмосферу пройдёт значительно большее количество тепла и света, у нас лазерный луч очень сильно поглощается в сфере облаков. Но всё равно не думаю, что сила поражения будет отличаться в разы, не то, что на порядки. Но других средств поражения мы себе позволить не могли.

База располагалась, как и всё на Венере, под землёй. На самом деле спорное решение с точки зрения освоения космоса, ибо температура атмосферы у нас от четыреста шестидесяти до четыреста девяноста градусов, а грунт, от которого вверх, к атмосфере, поднимается тепло, нагревается ещё сильнее. На заре колонизации были большие дискуссии, как лучше сделать — строить купола подальше от горячих глубин, или же наоборот, зарыться в землю, как кротам, подальше от кислой атмосферы. Решили совместить — города у нас купольные, с гигантской сетью подземелий под ними. Но в данном случае речь о военном объекте, так что подземелья, подземелья и ещё раз подземелья, с небольшой площадкой-щитом сверху в одном месте. По которому мы и долбанули.

Вызов. Секунда. Пять. Пятнадцать. Наконец, сеньор ответил:

— Да чёрт бы тебя побрал, мальчишка! Чего ты добиваешься?

Вот такой разговор мне больше по душе.

— Я уже сказал, чего. Выполнения вами присяги. Сейчас мы поджарили площадку. Затем долбану разерами. А после если не внемлете, как только решим вопрос со столицей, а мы решим — это вопрос времени, будет орбитальная бомбардировка. Причём геологическая. Ах да, параллельно бомбёжке вашей базы ваши родные и близкие, имею в виду весь старший офицерский состав эскадрильи, будут зачищены. Да, вы простолюдин, не попадаете под закон об аристократии, но касаемо вас сделаем исключение. Чтобы другим неповадно было.

— Да ты не понимаешь! Это же!.. Это же!.. — Вот теперь дедулю убедил. Паника. После всего, что вытворил, мне, наконец, поверили на слово. Ибо это на самом деле было не бахвальство, я собирался поступить ровно так, как озвучил. И мысленная приставка «если выживу» не канает.

— А кто сказал, сеньор, что будет легко? — Я злорадно усмехнулся. — Включайте мозги и принимайте решение. И помните, жизнь ваших подчинённых и их близких зависит от того, что решите.

— Мы не сможем быстро подготовить машины. — Сеньор обречённо заказал головой. — И дело не в нашей лояльности, что тянем время. Просто вот эта штучка, — продемонстрировал мне на ладони маленькую зелёную плату с золотыми контактами. — Вот эти штучки… Мы выпаяли их из всех машин. Чтобы их дистанционно никто не угнал и не перехватил. Без них беспилотники смогут держаться в воздухе, но об эффективном использовании, и тем более роевом интеллекте, можно забыть.