Стратегия одиночки. Книга 1 - Александр Зайцев

— Так? — Внеся изменения в голограмму-иллюзию, спросил мастер по камню.

— Нет, не так широко.

Новое изменение:

— Теперь?

— Почти.

— Так?

— Да!

Всё же работа с трёхмерным проектом на порядок удобнее, нежели по рисунку. Как бы мне уговорить его обучить меня основам магии Иллюзий? В моём плане на развитие этому искусству уделялась важная роль. Правда я думал заняться её изучением, когда доберусь до Пятиградья, но чем раньше начну, тем лучше. Но, судя по характеру хозяина дома, скорее всего он мне откажет в обучении. Присмотрелся к мастеру за работой, точно не согласится, если я не найду что-то интересное для него. Какая-нибудь древность его бы подкупила, но у меня ничего подобного нет, а моя память хотя и хранит множество тайников и мест с артефактами, все они находятся по ту сторону Великого Хребта.

Аккуратно сняв наконечник с яри, вообще при этом не повредив древко, чем показал своё умение, Лаой расчистил верстак от всего лишнего, оставив на нём только чёрную бронзу и тёмный обсидиан. Странно. Я думал, он меня выгонит, когда начнёт работу. Но нет, кажется даже, что ему вообще нет дела до того, что кто-то стоит с ним рядом и наблюдает.

Прошло полчаса, за которые, как могло показаться, мастер не делал вообще ничего. Он просто стоял над верстаком и смотрел на Сердце Царя Обезьян, и только крупные капли пота, проступившие на его висках, намекали на то, что невидимая постороннему работа идёт. Внезапно затворник сделал резкий шаг назад, его плечи опустились. Он тяжело вздохнул и вытер пот со лба.

— Чаю? — Предложил он неожиданно.

— Не откажусь.

С помощью заклинания Малого Огня мастер по камню быстро подогрел чайник, заварил и разлил по чашкам.

— У вас интересная коллекция. — Как мне показалось, он искренне болеет за своё хобби, и возможно, я смогу его разговорить.

Но вместо это я получил недовольный и даже раздражённый взгляд и слова, которые были словно холодный душ:

— Не надо. Не люблю, когда из вежливости начинают говорить о том, в чём не понимают.

— Ну почему? — Нашёл всё же зацепку я. — Треть таундайского щита с вязью языка шаом — большая редкость и по ту сторону Хребта. — Произнеся это, я даже не указывал, о какой вещи говорю.

— Что? — Аж подпрыгнул затворник, от его равнодушия и показной холодности не осталось и следа. — Вам знакома вязь языка шаом?

— Нет. Просто узнаю её характерные переходы. Дети драконов не пережили Падения, и носителей языка шаом не осталось.

— А об этом что скажете? — Он снял с подставки предмет, выглядящий как рукоять старинного меча.

— Если не ошибаюсь, фрагмент церемониальной вазы, посвящённой образу Эйрата Завоевателя. — Этот культ был распространён до Падения, но после сошёл на нет.

— Разве это не рукоять меча? — С хитрым прищуром переспросил Лаой.

— Нет, выполнена так, чтобы её напоминать, не более.

— Верно. — Кивнул затворник. — А это?

В его ладони лежит покорёженная фибула, когда-то она напоминала по форме стрекозу. В пустых нынче глазницах когда-то сияли изумруды, а серебряное туловище было украшено золотой проволокой, которой уже нет. Сейчас у этой стрекозы нет ни глаз из драгоценных камней, ни золотой вязи, ни крыльев из листьев древа Таль, а из шести лапок только две более-менее целы.

Поднимаю взгляд на мастера и долго смотрю ему в глаза.

— Вы уверены, что ЭТО стоит показывать случайному заказчику? — Перехватив чашку с чаем так, чтобы её можно было метнуть в лицо хозяину дома, вкрадчиво спросил я.

— Так вы знаете. — Неожиданно беззаботно произнёс мастер по камню и положил фибулу на место.

— Тот, кто хоть раз видел охотников-сидов, не забудет то, что они носят на своих плащах. — Сквозь губы процедил я.

— В ней нет и следа магии. — Отмахнулся затворник. — Сейчас это просто безделушка.

— Не думал, что один из Потаённых Лесов столь близок к острову Ун.

— О! Нет. Вы не так поняли. На архипелаге нет сидов. Мне эту фибулу подарил капитан “Перебежчика”. — Я уже слышал об этом корабле. Довольно известное судно на архипелаге. Его капитан чем-то знаменит, но чем именно, я не уточнял.

— Необычный подарок.

— Он напоминал ему о прошлом, и маэстро Лариндель рад был избавиться от этого предмета. — Отмахнулся от моих слов мастер по камню.

— Маэстро Лариндель? — Переспросил я.

— Как, вы не знаете?

— Не знаю что?

— Это известно любому мальчишке в порту. — Пожал плечами Лаой. — Капитан “Перебежчика” — сидский полукровка.

— О!.. — Только и смог я произнести, но потом добавил. — Ему позволили купить свой корабль? Не забили камнями, не прогнали?

— Маэстро Лариндель появился на архипелаге два десятка лет назад, уже будучи магом Рубина. — Усмехнулся Лаой.

— Тогда понятно. — Улыбнулся я.

Такого прогонишь, ага, как же! Маг такого ранга сам в этой глуши кого хочешь прогонит, а потом догонит и прогонит ещё раз. Девятый ранг, подобные мастера редко встречаются вдали от Пятиградья. Им просто нечего делать так далеко от Перевёрнутых Башен. Данжей этой ступени немного во всём Айне, и переполнение у них раз в год, а не раз в месяц, как у подземелий более низкого уровня. Только большие и богатые королевства и герцогства могут себе позволить содержать полную группу проходчиков подобного ранга.

Но всё же такое нередко случается, когда достигнув определённых высот, человек сходит со Спирали Возвышения и начинает жить обычной жизнью, как, например, шериф Эндер.

Сидский полукровка, надо же. Обычно их забивают палками крестьяне, стоит такому родиться в их деревне. И только самые везучие из них переживают детство. Да и после их мало где любят, и без могущественного покровителя их жизнь часто напоминает вечный бег. Правда из-за своей красоты и природной предрасположенности к магии взрослые сидские полукровки подобных покровителей находят быстро. На Айне, наверное, не найти такого королевского двора, в котором не было бы эльфа. Да, именно эльфами мы, земляне, этих полукровок и называли за их невероятную схожесть с описанными профессором Толкиеном существами. И только позже, когда название уже стало привычным, мы узнали, что это не отдельная раса, а плод противоестественной связи сида и человека. Насильственной в большинстве своём связи.

— А вот это что по-вашему? — Прервав мои размышления, мастер снял с подставки заинтересовавший меня псевдокулон и продемонстрировал его со всех сторон.

Только открыл рот, чтобы рассказать, как заметил, что глаза затворника слишком сильно блестят.

— Позволите? — Я протянул руку.

— Пожалуйста. — Подчеркнуто вежливо передал мне предмет хозяин дома.

Ясно. Он сам не знает, что это. И ему любопытно,