Тверской баскак. Том Четвертый - Дмитрий Анатолиевич Емельянов

Сидя на пне, терпеливо жду, когда полковой лекарь закончит перевязку. У меня рваная рана на правом боку и на левой руке. Он перетягивает мне бочину, не переставая ворчать.

— Надо бы зашить, консул! Ты и так крови много потерял.

Я и сам все знаю, эта потеря отдается слабостью во всем теле и головокружением, но забрать сейчас на себя единственного «медика» считаю неприемлемым. Слишком уж много вокруг бойцов кому помочь намного нужнее.

Морщась от боли, я немного иронично подтруниваю над собой.

«Ведь еще минуту назад ты ничего не чувствовал, ни боли, ни потери крови. Бежал, орал как и все! А стоило остановиться и все, сдулся!»

Бой уже закончился. Оба берега и река просто завалены мертвыми ордынцами. Когда их зажали с двух сторон, то в яростном ожесточении уже никого не щадили, а многие, кто пытался уйти по реке, тонули ниже по течению. Вырваться удалось лишь горстке степняков, но и за ними пошла погоня.

Подняв голову, вижу несущегося к нам всадника. Еще издали вижу, что это сам полковник Иван Заноза. Он резко осаживает коня возле меня, и его радостно-раскрасневшееся лицо без слов говорит мне, что новости у него хорошие.

— Там мои парни царевича ихнего взяли, — скалит он белые зубы, — чего с ним делать-то⁈

Тут он кивнул на валяющиеся на берегу трупы.

— К этим отправить, или ты с ним сначала поговорить хочешь?

Первой мыслью было махнуть рукой, мол кончайте со всеми, но усталость все ж таки еще не доконала меня, и я передумал.

Отрицательно покачав головой, чуть усмехаюсь.

— Тащите его сюда, может что интересное расскажет.

Полковник умчался к своим, лекаря я отправил помогать другим раненым, а сам, прикрыв глаза, остался сидеть на пенечке в какой-то прострации от упоения победой и непередаваемого ощущения человека, только что заглянувшего в глаза смерти.

— Ничего, поживем еще! — С легкой улыбкой поддерживаю самого себя и вижу, что Заноза уже возвращается вместе с еще парой стрелков, за которыми бежит привязанный к седлу пленник.

Остановившись в паре шагов, они спешиваются, а затем без лишних церемоний бросают царевича передо мной на колени.

— Вот, собака убечь хотел, но бог не попустил. — Иван ткнул хазарина сапогом. — Конь его ногой в кротовью нору угодил, тут мы его и повязали.

Вскинув на меня разбитое лицо, Аланай криво усмехнулся.

— Не прав твой воевода, консул! Не бежал я… Некуда мне бежать!

Искренняя горечь в его словах меня заинтересовала, но я не тороплюсь с вопросами, и степняк продолжает сам.

— Я всю орду здесь положил, этого мне все равно не простят! — Он еще подумал и добавил словно бы уже для себя. — А Берке уж точно такого позора не спустит.

Упоминание Батыева брата навело меня на мысль, что этот человек еще может мне пригодиться в будущей игре. Сейчас я был не в состоянии полноценно соображать, но все же решил с пленником не торопиться.

«Пусть посидит пока, — появилось у меня твердое убеждение, — авось и ему применение найдется!»

Найдя взглядом Ивана Занозу, говорю с легкой издевкой.

— Ладно, уж коли не зарубили сразу, пусть пока в цепях посидит, а потом решим, что с ним делать. Псам скормить, али польза от него какая будет!

Часть 2

Глава 6

Конец сентября 1255 года

Большой зал Московского княжего терема гудит тысячной разноголосицей. Она чуть притухает, лишь когда очередной почетный гость встает и выкрикивает здравицу в честь молодых. По большей части уже хорошо подпившая знать ловит в ней лишь перечисление подарков и тут же с жаром пускается их обсуждать.

Слегка ошалевшие от свалившегося на них «счастья» юные молодожены сидят за почетным столом в торце зала. Рядом с раскрасневшимися лицами родни их почти испуганные физиономии выделяются своей восковой белизной.

«Еще бы, — с долей сочувствия поглядываю в их сторону, — Василию всего четырнадцать, а невесте его пятнадцать. По меркам двадцать первого века — дети, а здесь — уже засиделась девка, рожать пора!»

Не знаю, будет ли этот брак счастливым, но в том, что он состоялся, в первую очередь моя заслуга. Вернее так, моя как вдохновителя процесса и боярина Фрола Игнатича Малого как непосредственного исполнителя. Пока я всю весну и лето гонялся по Рязанским холмам за бандой Аланая, боярину пришлось приложить немало усилий, дабы развернуть упрямого Глеба Смоленского в сторону Москвы. В Смоленске четко наметился брачный союз с литвой, и дело уже шло к свадьбе, но тут появился боярин Малой и увел красавицу Марию прямо из-под носа Миндовга. Тот, говорят, был в бешенстве, он несколько лет «облизывал» Глеба, думая женить своего младшего сына на русской княжне. Еще бы, приданное Смоленский владетель давал за дочерью изрядное, а у Миндовга, известное дело, каждый грош на счету. В чем выгода такого брака для Смоленска Глеб, наверное, и сам не смог бы сказать, но как верно заметил когда-то Калида, князь всегда был честолюбив и недальновиден, а таких лесть лишает остатков разума.

Чтобы порушить этот наметившийся союз, боярин Малой обратился к помощи церкви. Целый клир из митрополита Владимирского и епископов Тверского и Смоленского строго указал князю на недопустимость выдачи души православной в лапы неверному полукатолику-полуязычнику. Эта гневная отповедь князю стоила мне немало, и в деньгах, и в обещаниях, но эти траты окупились с лихвой. Литва обиженно умылась, а Глеб уже с радостью уцепился за предложение Московского князя Василия.

Зачем я так старался⁈ Ну, тут несколько причин. Во-первых, это твердое убеждение, что если уж за какое дело взялся, то надо обязательно довести его до конца, а вторая — это Ярославичи. С Великими князьями необходимо было договариваться, а сделать это оказалось непросто. Для начала следовало хотя бы встретиться, и тут остро вставал вопрос где⁈ Мне ехать в Киев или Владимир и зазорно, и небезопасно, а в Тверь ни Андрей, ни Александр тоже не поедут. Требовалась нейтральная площадка, и свадьба их младшего брата на Москве оказалась как нельзя кстати.

Тут опять же надо сказать большое спасибо митрополиту Кириллу, он воспринял идею встречи очень положительно и сам лично был у Глеба в Смоленске, говорил во Владимире с Андреем, и съездил в Киев к Александру. Не знаю, какими аргументами он там их убеждал, но результат налицо, оба Великих князя Земли Русской здесь.

Вчера Калида вместе с