Ловцы снов - Анна Аникина

не отвела. А вот Михалу пришлось вернуть внимание на дорогу, — Мы приехали.

— Уже? — Алиса вспыхнула, — То есть… Так быстро?

Михал пытался поймать в её голосе оттенки эмоций. Она боится? Или просто волнуется? Он открыл ворота пультом. Въехал на участок. Припарковался. Вышел из машины, обошёл вокруг и открыл Алисе дверь.

— Прошу в рыцарский замок, ваше высочество! — подал руку.

Алиса вложила свои пальцы в его ладонь, пытаясь сохранять остатки самообладания. Оглядела дом и двор.

Да, это конечно не Раттенбург. Но и не квартира в мансарде. Большой и очень семейный дом. Не хватает только качелей, песочницы, детского батута, надувного бассейна и большой собаки. Нет. Двух больших собак. Алиса отогнала от себя яркую нарисованную буйной фантазией картинку.

— Проходи. Я очень рад, что ты приехала.

Алиса переступила порог. И поняла, что Михал готовился к её приезду. Дом сиял чистотой. Но всё равно выглядел живым и тёплым.

— Ты будешь шампанское? Фрукты? Может быть, что-то перекусить?

— Обними меня!

Михал застыл с бокалами и бутылкой в руках. От Алисы невозможно было оторвать взгляд. Сказочная девочка из его снов совсем рядом.

Пристроив всё на первую попавшуюся горизонтальную поверхность, Тухольский шагнул к Алисе. Обнял. Прижал к себе.

Нежные руки обвили его шею. Тёплое дыхание коснулось ключиц. Невесомыми касаниями тонкие девичьи пальчики пробежали по затылку и волосам. Михал застонал. Его железная выдержка летела в пропасть от таких откровенных прикосновений. Моментально нашел Алисины губы своими.

Алисе казалось, что она сгорит прямо сейчас в этом пламени. Но не было на свете ничего важнее и необходимее этого огня. В полубреду она пыталась расстегнуть пуговицы на рубашке Тухольского. Помнила даже, как мысленно считала их. Только это было похоже на обратный отсчёт перед стартом космического корабля.

Михал подхватил Алису на руки. Ему уже давно хотелось так сделать. Занёс по лестнице в свою спальню. Осторожно опустил на ноги возле кровати. Вгляделся в синие любимые глаза.

Там было всё, что он хотел увидеть: нежность и страсть, нетерпение и любопытство.

— Ты — моя сказка..

Глава 106

Множество раз за последние несколько лет Алиса пыталась представить себе близость с Михалом. Реальность оставила за бортом все фантазии. Утащила их обоих в стратосферу.

Алиса и вообразить себе не могла возможную степень доверия и открытости, что случилась между ней и Михалом. Он будто чувствовал её всю. Каждый эмоциональный импульс считывался тонким сканером. На каждый оттенок чувств и реакций обязательно следовал зеркальный ответ. Разве могут два человека, выросшие в разных странах, настолько совпасть?

Михал не мог себе представить, что спать в обнимку с девушкой — это удобно. Никогда так не делал. И тут вдруг буря чувств и ощущений от спящей на его груди Алисы. Его сказочная девочка оказалась потрясающе чувственной. Дарить ей радость и удовольствие — вот это было настоящее чудо и огромный подарок судьбы.

— Я люблю тебя, мой рыцарь, — первое, что услышал Михал утром. Его будто горячей солнечной волной окатило. Он сжал Алису в объятиях.

— Моя принцесса, рыцарь у Ваших ног. И рук… И…, — зацеловывал нежную тонкую чувствительную кожу.

Алиса смущалась и приходила в восторг одновременно. Стесняться, конечно, было уже поздно. Но такое откровенное выражение любви и желания сбивало её с толку. Она провела ночь с Тухольским. И они занимались любовью. Скажи ей кто-то это пару месяцев назад, не поверила бы.

Утром обнаружилось, что никакой запасной одежды Алиса с собой не захватила. Так стремилась скорее уехать, что совершенно не взяла в голову такие вещи.

Футболка Тухольского как раз доходила ей до середины бёдер. Алиса украдкой понюхала мягкую ткань. Пахло чем-то мятным — средством для стирки и немного самим Михалом.

Вид Михала Тухольского, колдующего над завтраком, заставил Алису застыть на нижней ступени лестницы.

— Ты умеешь готовить?

— Конечно. Я умею всё по дому. Мой отец считал, что мужчина обязан делить обязанности со своей второй половиной. А в одиночестве быть в состоянии всё делать самостоятельно.

Алиса только кивнула. Потому что в их семье было так же. Папа всегда делал любую работу по дому. Мог и постирать, и приготовить. А уж Алекс — тем более. Хотя мама и Тори готовили объективно лучше. А ей самой следовало бы взять у них пару уроков. А то страшновато прослыть в глазах Тухольского никудышней кулинаркой.

Михал поставил на стол омлет и кофе. Глянул на Алису. Вот теперь и до него дошло, что такого особенного испытывает мужчина, когда любимая девушка надевает его футболку. Алиса была такая хрупкая, нежная и трогательная, что захотелось отложить завтрак на неопределённый срок. Слава богу, у него сегодня целиком свободный день.

Видеть, как Алиса с аппетитом ест и улыбается, было настоящим счастьем. Его сказочная девочка принесла в этот дом солнечный свет. Наполнила его счастьем и любовью.

— Ты не возражаешь, к нам сегодня заедут Антон с Леславом? Их распирает от любопытства.

— К нам? — Алиса удивлённо уставилась на Михала.

— К нам, — уверенно кивнул Михал.

У Алисы аж всё внутри задрожало. Это "мы" и "к нам" звучало так притягательно и необычно, что хотелось распробовать в мельчайших оттенках ощущений, будто диковинный десерт.

Она успела привести себя в порядок за минуту до того, как внизу стало слышно голоса. Говорили по-польски и, кажется, по-французски. Алиса спустилась вниз. На неё смотрели три пары мужских глаз, две пары женских и одна — детских. Все — с интересом, и одна — с любовью, нежностью и гордостью.

— Алиса, это мои друзья, — сказал по-русски Тухольский и подал ей руку, обнял, будто обозначая, чья это девушка, — Ребят, это моя Алиса.

Глава 107

Её немедленно заобнимали все сразу. Алиса аж растерялась и нашла глазами Тухольского. Тот стоял чуть в стороне и улыбался.

Долго и сумбурно выбирали самый удобный язык для общения. У хорошо знакомого Алисе по игре в "Баварии" и давней пресс-конференции Леслава Цихановского, его жены Диты и маленькой Беаты был неплохой немецкий. Всё-таки Цихановский давно играет в Бундеслиге. У рыжего кудрявого и улыбчивого Антона Кухарского и его подруги Кристины — французский. У всех, кроме Алисы и Кристины — родной польский. В результате общались на бурной смеси, сопровождая всё мимикой и жестами. Польские фразы Алиса понимала практически полностью, изредка поглядывая на Михала. Тот тихо, чтобы никто не слышал, переводил на русский.

— Так ты всё-таки русская или немка? — прямолинейный Кухарский тут же получил по