Позови меня с собой - Антон Текшин

«Хм, Букмекеры…»

Она закусила губу, как всегда делала, обдумывая тяжёлый участок текста для блога.

«Букмекеры – ставки, арена – ставки, Ллург – арена. Здесь должна быть какая-то связь. Просто обязана быть! Ну что ж, посмотрим, угадал ли Талтер с выбором переговорщиков».

– У меня вопросик напоследок! – она оглянулась, но дверь пока осталась закрытой.

Значит, компьютер не принял её задумчивое молчание за конец разговора.

– Что ещё?

– Почему Бункер поощряет азартные игры? Те же смертельные забеги, где участвовал мой друг. Или арену, где ваши приговорённые бьются не на жизнь, а насмерть. А на рынке вовсю режутся в кости и покер. Тут прям Лас-Вегас какой-то!

– Не понял вашу последнюю фразу, но общую суть уловил. Ответ прост – деньги. Это универсальный инструмент при решении большинства проблем…

Ящер выразительно постучал себе по лбу.

– А теперь, пожалуйста, скажите истинную причину, не надо про доходы и экономику, – спокойно продолжила Юля. – Мне кажется, что причина в вас, Верховный Координатор, не так ли? Ллург тоже устраивал бои, а ведь для него деньги – пустой звук.

– Да-а-а… Печально было узнать, что вернувшийся Создатель не был в курсе моего существования, – в голосе просквозила лёгкая грусть. – И никак не хотел идти на контакт… Твоё тело – его работа?

– Ага. Нравится?

– Изящно и гениально, впрочем, как всегда, – дал оценку Верховный Координатор. – Моим кустарным поделкам до тебя пока ещё очень далеко…

– Мерси, но я бы хотела услышать ответ на твой вопрос.

– Это довольно сложно объяснить, особенно вашими ограниченными словами, но я попробую. Любая игра, неважно, бросание ли кубиков или смертельная схватка, зависит от Случая. Не путайте со случайностью. Случай – это бесконечно сложная совокупность взаимовлияющих факторов и чем их больше, тем задача сложнее, а значит – интереснее. Хоть я и машина, но мои создатели наградили меня своей отличительной чертой – любопытством. Без него даже самый сложный компьютер – просто компьютер, но никак не мыслящий индивидуум. Я доступно изъясняю?

– Вполне, – отозвалась Юля.

Ящер же просто выстрелил себе указательным пальцем в висок.

– Постичь каждый конкретный Случай – это как постичь самого себя. Учесть все факторы и точно предречь результат – люди обычно приписывают такие свойства лишь божественным сущностям. Я не пытаюсь стать богом, мне просто любопытно, что же скрывается там, за недостигнутой пока чертой… Схватись вы сейчас друг с другом, я мог бы предсказать исход схватки максимум процентов на девяносто шесть, Ллург – на девяносто восемь и три десятых. Но стопроцентной уверенности не даст никто. Даже бог. Что бы вы ни думали – поверьте, это так, ВСЕХ факторов не учесть. Но к этому надо стремиться, как к недосягаемой высоте.

– Значит, чем сложнее игра, тем больше факторов и тем интереснее? – уточнила Юля.

– Суть вы уловили, браво. Ваш интеллект намного выше среднего.

– Тогда предлагаю игру. Пари века. Посмотрим, сможете ли вы просчитать хотя бы с четверть всех факторов… Не боитесь перегореть от натуги?

– Вы зря меня провоцируете раньше времени. Огласите для начала условия.

– Они просты – передать в наше распоряжение ровно столько киборгов, чтобы нам хватило снять осаду с Цитадели, ну скажем, в течение пяти часов. Если нам это удаётся – вы победили, а нет – деньги наши. Ставка – миллион. Халтурить мы с напарником не будем, сами понимаете, но если хотите – пошлите с нами группу наблюдателей. Такой возможности больше не будет – это настоящая война, без кавычек.

– Вот значит как… – голос надолго примолк. – Задача нетривиальная, спорить не буду. Но помогать Цитадели…

И снова молчание. Юлино бедное сердце уже оставило порядочную вмятину в броне и грозило вот-вот выскочить из груди.

– Пять миллионов, – неожиданно раздалось под потолком. – Деньги переводятся для хранения на мой счёт, а мы с вами заключаем договор. Согласны?

Сердце пропустило пару ударов… И снова стало качать кровь по венам.

– Согласны, – выдохнула Юля и тут же торопливо добавила – Договор на нас обоих. И разблокируйте связь моему напарнику – ему нужно транзакцию совершить.

«Надеюсь, этот Пастырь не окажется типичным скупым рыцарем…»

– Хорошо, только не думайте, что он помилован. У него отсрочка на время действия сделки. Я разблокирую его сервисы, а вот маску обета молчания – уже не снять, она интегрировалась в его кожные покровы. Намертво.

Однако по Ящеру особо не было заметно, что тот серьёзно огорчился. Он поколдовал над невидимой Юле клавиатурой и напряжённо замер, ожидая ответа.

Внимание, на счёт вашей группы поступило 5 000 000 000 кредитов!

Вы хотите заключить сделку?

Да/Нет

Она не колеблясь, нажала «Да» и обернулась к напарнику. Странный у них получился тандем – взрывоопасный, как смесь кислорода с водородом, но при этом, неожиданно, эффективный.

Ящер показал ей оттопыренный большой палец.

Артём Ерёмин

Взрыв прозвучал совсем рядом – палили из миномёта, или чего похожего, постепенно подбираясь к его позиции.

– Командир, следующим накроет! – проорал покрытый толстой коркой грязи персонаж. – Нужно уходить!

Он различал уровень опыта клона по его внешнему виду. Чистенький – необстрелянный новичок, слегка припорошенный пылью и кровью – после одной-двух атак, ну а вывалявшийся в грязи как свинья – прожженный ветеран. Такие держались рядом с ним дольше всего.

– Рано, – сквозь зубы ответил Артём.

Голова в защитном шлеме вновь мелькнула в прорези амбразуры, но на этот раз он был готов. Выстрел утонул в общем грохоте канонады, шлем скрылся из виду, но результат сомнениям не подлежал:

Вы нанесли противнику «Энфорсер» 751 очко урона, жизнь 0/420

Вы убили противника «Энфорсер» 17 уровня!

+ 950 опыта, 30167/41750 до следующего уровня.

Еще одна зарубка на прикладе, скоро там места не останется. Но винтовку он выбрасывать не будет – это штучный арт, эксклюзив, подогнанный Безликим специально для него. К нему шёл специальный боеприпас, очень редкий, где его только доставал этот странный игрок… Стрелять с такого оружия было сплошным удовольствием.

Артём потерял счёт часам, проведённым на передовой. Он не чувствовал ни голода, ни усталости – вообще ничего не чувствовал, кроме сжигавшей его изнутри холодной ярости. Что там с ним сделал тот чудаковатый киборг-персонаж – неизвестно, но такие перемены Артёму были по душе. Бок практически перестал ныть, хоть и выглядел сплошным куском прогнившего мяса. Видела бы его Белла… Хлопнулась в обморок или прокляла? Скорее всего – второе.

Но её больше нет, единственной в двух мирах – реальном и виртуальном, что дарила покой его измаявшейся душе… А вот убийцы пока живы. Некоторые. Он тщательно просмотрел логии боя, валяясь на операционном столе и ники участвовавших в зачистке игроков намертво впечатались в его память, стираясь только после физического устранения владельца.

Энфорсера в этом перечне не было. Ну, извини приятель. Это война.

Он пружинисто вскочил и, пригнувшись, рванул вдоль свежей траншеи. За его спиной в окоп, откуда он только что стрелял, прилетел небольшой снаряд, подняв в воздух куски грунта вперемешку с останками замешкавшихся персонажей.

Плевать, Профессор настрогает новых. Они не настоящие – просто боты и всё, не то, что персонажи в убежище… Каждый со своей историей, характером и привычками. Что это, искусная имитация или…?

Нет. Белла не была имитацией. Не могла быть. Она, и все остальные были настоящими. Обычными людьми. Но их всех убили…

Ничего, скоро он отомстит за каждого. У защитников силы и ресурсы ограничены, а у Безликого – нет. Созревание клонов составляет пять часов, и всё – болванчик готов, ни обучения, ни прочей головной боли. На выходе роботы-трутяги выдают им штампованное простенькое оружие и вперёд, в атаку. Это же игра.

Которая для некоторых уже закончилась. Его стараниями.

Следующая удобная позиция нашлась за рухнувшей стеной какого-то сарая, отделанного под древнегреческое святилище. Артём устроился у лежащей на краю траншеи мраморной колоны и внимательно осмотрел ближайшую защитную башню. То ли дураки уже перевелись, то ли там не хватало бойцов, но в бойницах никто не маячил. Лишь с регулярным интервалом по позициям клонов летели снаряды и огненные сгустки, выкашивая тех пачками.

«Скоро можно будет строить укрытия из тел погибших. Хорошо, что они не рассыпаются…»

К нему подбежали несколько новых помощников – принесли патроны и новую дозу той желтоватой гадости в большом шприце, которая продолжала держать его на ногах. Хотя приходилось признать, что с каждой новой инъекцией его самого, как личности, становилось всё меньше и меньше. Воспоминания о прошлом постепенно стирались, будто лишние данные с жёсткого диска. Достойная плата за ту силу, которой он обладал.