Звезда Чёрного Дракона (СИ) - Джейн Анна

– Почему же, такой человек нашелся. Иначе я бы не сидел перед тобой, а давно бы сгнил на рудниках, отбывая наказание за преступления.

– Кто же? – почти прошептала Дэйрил.

– Принц Даррел. Мы подрались на улице, и это навсегда изменило мою жизнь, – ответил Арт. – Меня забрали во дворец и воспитывали так же, как и принца. Нашли во мне предрасположенность к стихии металла и сделали воином. До конца жизни собираюсь защищать его высочество.

– Звучит грустно, – шмыгнула носом девушка.

– Почему же?

– Ты должен жить ради себя, а не ради принца.

На ее глаза навернулись слезы – Дэйрил представила ораву беспризорников, вечно голодных, замерзших и несчастных. И ее сердце болезненно сжалось. Она жила в благополучном районе города, где бездомных не было, но слышала, что на окраинах их хватало, особенно в Яме.

– Почему ты плачешь? – удивленно спросил Арт.

– Мне так жаль, – прошептала Дэйрил, отворачиваясь и смахивая слезы – ей не хотелось, чтобы он видел их. Решит, что она плакса! И не позовет больше на свидание.

– Что жаль?

– Так жаль, что ты прошел через это, – едва слышно сказала Дэйрил. – Ты этого не заслужил. Ни один ребенок этого не заслуживает.

Она случайно всхлипнула – не так, как это должны делать милые девушки, а неприлично громко. И тут же испуганно зажала рот рукой. Вот дурочка! Он точно сейчас решит, что она истеричка! Но на душе так грустно из-за его слов.

Арт замолчал. Отвел взгляд в окно, за которым темнели горы. И вдруг просто положил ладонь на руку девушки, которая лежала на столе. Она вздрогнула и подняла на него взгляд.

– Обо мне никто никогда не плакал, – вдруг сказал Арт, и Дэйрил несмело ему улыбнулась.

В кафе они провели еще некоторое время. О своем прошлом телохранитель принца говорить больше не захотел – воспоминания ранили его, поэтому он стал задавать вопросы Дэйрил. О ее семье, об учебе, о том, что ей нравится делать, и о том, чем она займется после учебы в академии.

– Родители выдадут меня замуж, – призналась она. – Им все равно, как я учусь. Для них главное – мой будущий диплом. Его наличие повышает мой уровень на рынке невест. Многие высокородные хотят иметь жену-магиню. Ведь тогда высок шанс, что и дети будут магически одаренными.

– Что еще за рынок невест? – нахмурился Арт.

– Так называют брачный сезон, когда родители невест обращаются к свахам, и те устраивают смотрины. Женихи обычно либо высокородные, либо богатые. И могут выбрать ту невесту, которая им понравится, – пояснила Дэйрил. – Мои родители хотят найти для меня успешного мужа.

– А ты?

– Хочу ли я успешного мужа?

– Нет. Успешного мужа хотят твои родители. А чего хочешь ты? – спросил Арт. – Замуж?

– Я не хочу замуж. По крайней мере, по расчету. Но что я могу поделать? – нахмурилась Дэйрил. – В нашей семье так принято. Я не смогу пойти против них. Давай не будем об этом, хорошо?

– Как скажешь, – ответил Арт. Они перевели тему на нейтральную. А вскоре покинули кафе и направились к замку – время их свидания подходило к концу. На прощание Арт поцеловал Дэйрил в щеку – так аккуратно, будто боялся сделать больно, что она вновь замерла, как вкопанная. Этот короткий невинный поцелуй оказался лучше всех других, которые у нее были.

В комнату Дэйрил вернулась окрыленная, и улыбка не сходила с ее лица. Она звездочкой упала на свою кровать и счастливо рассмеялась.

– Можно потише? – раздался из темноты глухой голос Элли. – Я же сплю.

– Ой, – смутилась Дэйрил. – Я не знала, что ты тут. Думала, еще в  библиотеке. Чего сидишь в темноте?

– А что, нельзя? – огрызнулась Элли.

– Почему, можно… Что с тобой?

– А что со мной?

– Ты сама не своя. Агрессивная. Даже не спросила, как прошло свидание с Артом. Как будто я тебя чем-то обидела. Если обидела – так и скажи. Я постараюсь так больше не делать, – сказала Дэйрил сердито.

– Я волнуюсь перед контрольной, – куда более мягко ответила Элли. – Прости. Расскажи о свидании.

И Дэйрил рассказала – ее голос при этом был таким радостным, что Элли стало не по себе. Когда подруга уснула, она села в кровати и закрыла лицо руками. Арт тоже нравился ей. Ей вообще впервые в жизни нравился парень.  Элли было больно принять, что он выбрал не ее, а ее подругу.

Она злилась за это на Дэйрил – как будто та была в этом виновата. Злилась на самого Арта. Злилась на Белль, которая совсем мало стала общаться с ними.

Головой Элли понимала, что подруги не виноваты – это лишь не зависящие от них обстоятельства, однако ей казалось, что они бросили ее. И чувство одиночества душило ее по ночам.

Глава 37

Спустя месяц, академия магии Эверлейн

С того момента, как Кайл от моего имени подал заявку на участие в Магических академических состязаниях, прошел почти месяц.

Все это время я активно посвящала учебе и тренировкам, постоянно практиковалась, осваивая темную магию и улучшая стихийную. Магистр Дэлмир и магистр Бейлс были мною довольны, но после их занятий я чувствовала себя выжатой, как лимон. Однако при этом ощущала странное удовлетворение, понимая, что обучаюсь по ускоренной программе, которую составили специально для меня – потому что мой магический потенциал, а следом за ним и сила лишь росли.

Конечно, приходилось уделять внимание и другим наукам, а также физической подготовке, однако основное внимание я все же уделяла магии. Я действительно собиралась победить Еву Шевер. И тьма во мне предвкушала состязание с ней, хотя сначала мне нужно было пройти несколько первых туров.

Больше всего мне нравились занятия с Даррелом, который во время них превращался в сурового преподавателя, то и дело накидывающего часы отработки за малейшую провинность. Эти часы я должна была отрабатывать на свиданиях, поэтому иногда специально дразнила его. Это была наша тайная игра в злого магистра и дерзкую адептку. Правда вне занятий виделись мы редко – его расписание было забито настолько, насколько это было возможно. Кроме учебы он постоянно отправлялся в Небесный дворец, а однажды на пару дней его отправили в соседнее государство, чтобы от имени императора поприветствовать короля, празднующего юбилей.

Если честно, сначала я думала, что в таком темпе жить я просто не смогу, однако даже втянулась, сама не понимая, откуда берутся силы. Я все время была занята, поэтому скучать было некогда – ни по родственникам, ни по друзьям, ни по Эштану, который пропал куда-то. У меня почти не было свободного времени, и лишь ночью я могла остаться наедине с собственными мыслями. Впрочем, длилось это недолго – я быстро засыпала.

Тренировки с Анайре сделали меня более выносливой, и я научилась некоторым приемам самообороны. Пламя во мне разгоралось все ярче. А тьму я научилась частично контролировать, и она затаилась где-то глубоко в моем сердце. Тьма не пряталась, а ждала своего часа, и я чувствовала, как она растет вместе с драконьей силой. Только испытав на себе, что это значит, я поняла, как сложно бывало Даррелу сдержать эмоции. Не потому, что он был плохим, а потому, что они разрывали его. Драконья сила разрывала его.

Лишь сейчас я в полной мере поняла, что порою мы оцениваем людей, не зная, что у них происходит внутри. Вешаем ярлыки так, будто бы перед нами не люди, а куклы, у которых внутри – пустота.

Находясь рядом со мной, Даррел становился все более спокойным. А я – все более сильной. Мы действительно уравновешивали друг друга, как бы странно это ни звучало.

Иногда мы разговаривали про то, что нас ждет впереди. Рассуждали о свадьбе, дуумвирате, о предназначении друг другу – нам обоим это казалось странным, нелепым, глупым, но больше не пугало. Эти вечера, проведенные вместе, были наполнены теплом приближающейся весны, чье дыхание становилось все более ощутимее. Нам нравилось говорить и открываться, ведь, оказываемся, мы мало знали друг о друге.

А иногда мы целовались, как ненормальные, потому что не в силах были бороться с тем притяжением, которое искрило между нами. И эти короткие вечера были наполнены солнечным светом, который порою ослеплял нас обоих. Однако, надо сказать, Даррел всегда соблюдал границу между поцелуями и чем-то более серьезным. Он знал, когда стоит остановиться, и я была благодарна ему за это, потому что сама я порою забывала обо всем на свете. И для меня существовали только его руки и его губы. И одно на двоих дыхание.