Возрождение феода - Дмитрий Дорничев

плюс личная неприязнь. — Неловко улыбнувшись ответил викинг, барон несмотря на юный возраст, полностью его раскусил.

— Хех, хорошо, я не стану вас арестовывать. Однако я не потерплю у себя в феоде вооруженные силы, что мне не подчиняются.

— … тогда наймите нас… — С лица викинга стекла капля пота, он не дурак и ясно понимал, что в феоде скоро будет наведен порядок. Барон оказался достаточно хитрым и сильным чтобы взять крепость без единой жертвы.

Окружив крепость со всех сторон, он полностью подорвал желание сражаться у наемников, плюс отвлекающий маневр с пожаром на складах. Да даже если бы произошла битва за крепость, вряд ли бы его войска потеряли бы много людей, учитывая подготовку, в виде осадных щитов, лестниц и двух сотен луков. Из этого вытекает простой вывод, работы им больше не найти в феоде, точнее работа будет, но на стороне противников барона, а это равносильно подписанию смертельного приговора.

— Хех, зачем мне нужны наемники? Я могу натренировать солдат, они жизнь отдадут за свою родину, не предадут, да и стоят они дешевле. — Усмехнулся Мирослав и издевательски посмотрел на викинга.

— … — Викинг хотел что-то сказать, но проглотил слова, тут нечем было возразить.

— Но я могу поручить тебе секретную миссию, за которую хорошо заплачу и если тебе всё удастся, то я продолжу наше сотрудничество. — С дьявольской улыбкой сказал барон, глядя в глаза викинга.

— … Я заинтересован.

— Всё просто, мы сделаем так что вы якобы сбежали из плена, сбежите вы в город Тигар, добросердечно расскажите тамошним правителям, что вы видели и попроситесь к ним наемниками. Насколько знаю в последнее время они их активно набирают. — Улыбка Мирослава расширилась до ушей, а глаза хитрюще сузились. Глядя на барона, викингу стало жутко.

— А дальше? — Неуверенно ответил викинг, хотя жопой чуял, что это будет огромный геморрой.

— Дальше вы внедритесь начнете распускать слухи в городе, что я жив здоров, а также вернул себе почти весь феод, а Тигар следующий в очереди.

— Также можете рассказывать какая непобедимая у меня армия и мы не пощадим никого кто поднимет на нас оружие. В принципе можешь, что угодно говорить.

— Когда я приду брать город, то чем меньше будет сопротивление, тем больше ты получишь награды. — Викинга поразил коварный план барона, и он очередной раз подтвердил, что выбор сдаться был правильным. Идти против этого дьявола тоже самое, что копать себе могилу, да и он уже наслышан про метод казни, что практикует барон. Умереть на деревянном коле… и врагу не пожелаешь.

— Можете на нас рассчитывать. — Викинг широко улыбался, он абсолютно не рисковал собой и своими парнями, а также был абсолютно уверен в успешности этой миссии.

— Замечательно. — Мирослав пожал руку викингу, а после протянул мешочек.

— Здесь сто пятьдесят золотых, тратьте их чтобы завоевать доверие наемников Тигара, как это делать решайте сами, водите их в бордели, покупайте им выпивку, что угодно.

— Это мы умеем! — Викинг расхохотался и принял мешок, он был тяжел. Золотая монета весила тридцать грамм, сто пятьдесят монет это было четыре с половиной килограмма!

После Мирослав организовал якобы побег, якобы пленных наемников, те пять наемников что были пойманы у складов также якобы сбежали.

Тем временем, город полностью перешел под контролем солдат барона, кто угодно мог войти, но выйти никому не позволяли. Боголюб и его люди были отправлен в замок для допроса.

Благодаря статистики второго уровня Мирослав мог видеть уровень лояльности людей к нему. Когда он взял под контроль город, то получил доступ к статистике города. Боголюб и его люди также были в списке.

У всех предателей лояльность была нулевая — это значительно облегчило работу. Передав список всех предателей своим помощникам, те быстро организовали солдат и без проблем выловили всех до единого, после их отправили в Белую крепость, где тех допросят и осудят.

Записав список самых лояльных людей, барон прошелся по городу и посмотрел на них с помощью глаза императора и нашел весьма талантливого руководителя.

Им оказался шестидесятилетний старик, много лет назад он был правителем этого города, но из-за возраста ушел на пенсию. Старика звали Бориславом Хладостойким, своё прозвище он получил из-за того, что мог даже в лютый мороз ходить полуголым и не замерзнуть. Когда-то он был доверенным лицом деда Мирослава, потому до сих пор верен феодальной семье и готов еще послужить несмотря на почетный возраст.

Собрав всех жителей города, барон объявил о назначении нового управляющего и провёл обряд дарования пути.

* * *

— Господин, мы провели подсчеты. — Постучав в дверь Николай вошел во временный кабинет барона и отчитался о проделанной работе.

— Было найдено шесть с половиной миллионов килограмм пшеницы, ячменя, овса и еще нескольких круп. Также было найдено одиннадцать тысяч золотых, немного военного снаряжения и различные документы.

— М? А как вы так быстро посчитали?

— Так указано в документах, плюс мы просмотрели все склады и убедились, что всё похоже на правду.

— Хорошо, спасибо за работу. Прикажи людям отдыхать, через два дня выдвигаемся к Азуру. Также, то что я заказывал уже пришло? — Сказал барон, не отрываясь от документов.

— Да господин.

— Хорошо. — Мирослав махнул рукой, велев Николаю покинуть его и продолжил чтение документов. Боголюб был довольно жадным человеком, он брал немалые деньги с торговцев за проезд по мосту. Половина всей провизии производилась в этом городе, потому торговцы, покупающие зерно и крупы, были обычным явлением.

Однако Боголюб был посредником при любой сделке, продажа любой сельскохозяйственной продукции было запрещено. Людям можно было продавать лишь ему, за фиксированную цену, которая каждый год всё уменьшалась.

Потом он продавал это зерно торговцам во много раз выше, по сути из-за его жадности люди в феоде многократно переплачивали за еду, из-за чего население стремительно нищало. Также он взимал налог на сельскохозяйственную продукцию в 30%, хотя по всему феоду было 10%, естественно перекладывая всю вину на барона. Это объясняло низкую лояльность жителей.

— Хм, одиннадцать тысяч? Не верю, что это все его накопления. — Мирослав призадумался, а после сказал служанке позвать Николая. Тот довольно быстро вернулся в кабинет и первое что увидел это хитрющее выражение лица своего господина.

— Я думаю, что у господина Боголюба есть тайник, пусть его поводят по злачным местам, к примеру, по Дороге боли (Дорога