Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

пусть пока это будет идеей. Хорошей идеей, между прочим. А мы, Влад, вот что сделаем. Пусть люди Турова внедряются в наш проект через Олега Мракова. Это мой давний и надёжный друг, я тебе о нём рассказывал, ты в курсе. Через вашего «крота» надо будет довести до приближённых Турова информацию, что через Олега Валерьевича Мракова можно реально гарантированно попасть в проект «Золото Карамкена», минуя генерального продюсера.

Туров хотел решить этот вопрос через меня, но не удалось. И он понимает, что я никогда не позволю ему, наркоторговцу и убийце, даже постоять рядом с нашим проектом. Так вот, после получения информации они выйдут на Мракова, а он, как и положено, возьмет паузу «на подумать». Естественно, Олег сразу же введёт меня в курс дела. Ваша контора тоже, я думаю, будет держать ушки на макушке и тихонечко возьмёт на сопровождение тех, кто выйдет на Мракова.

В качестве заманухи закинем поиск новых партнёров для проекта «Планета Колыма». Это хороший повод. Просто элементарный. Легенда – требуются дополнительные средства для реализации проекта в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Если кратко и без дипломатии – нужны деньги. Например, для проведения кинофестиваля, о котором я сейчас говорил. Или грандиозного концерта в честь окончания съёмок. А это – дополнительные расходы. Так что тут всё просто: подписывай контракт, плати деньги и на здоровье участвуй на законных основаниях. А такие вопросы, по партнёрскому участию, теперь у нас будет решать лично Олег Валерьевич Мраков. Потому как у генерального продюсера Орлинского есть масса важных дел, которые нужно успеть сделать до начала съёмок фильма. Вот и всё.

– Юрий Николаевич, ничего себе! На ровном месте план операции разработали! Действительно просто. Я так понимаю, Мракова мы используем вслепую и журналист ничего не должен подозревать? А то мало ли, кому-нибудь ляпнет лишнее… Журналюги – они такие!

Орлинский после этих слов выпрямился в кресле и жёстко посмотрел в глаза молодого фээсбэшника. От этого взгляда Спешилову стало реально не по себе. Он уже осознал, что совершил ошибку. Ему стало стыдно за свои слова. На мгновение он понял, что не хотел бы ощутить ещё раз такой взгляд Орлинского, предназначенный лично ему.

– Влад, если помнишь, я тоже журналист. Я никогда не использую своих друзей и другим не позволяю это делать. И даже не допускаю таких мыслей и выражений в адрес своего друга. Не знаю, как у вас там в конторе, но так говорить нельзя. Сам подумай: вот ты мой друг, а я за спиной кому-то говорю такие слова. Это правильно разве? – говоря всё это, Юрий продолжал смотреть не отрываясь прямо в глаза Спешилова.

– Виноват. Извините, Юрий Николаевич. Вы всё правильно сказали. Что-то я разошёлся. Но я ни в коем случае не хотел задеть ни вас, ни вашего друга, просто само собой вырвалось. Ещё раз простите. Что-то меня понесло. Спасибо за науку.

– И без обид. Друзья и мужская дружба – это святое. Ты только жить начал, дай Бог, чтобы ты был настоящим другом для тех, кто тебя таковым считает!

– Юрий протянул руку с доброй улыбкой. Влад крепко её пожал.

– Вот встряхнули вы меня сейчас… Спасибо, Юрий Николаевич. Спасибо!

– Хорошо, когда люди понимают друг друга. Давай-ка, Влад, ещё по кружке чаю да будем расходиться. Как там Михалков в своей программе приводит слова своего мичмана? Расходимся по одному, если что – мы геологи! Замечательные слова! – засмеялся Орлинский. – Геолог, кстати – профессия серьёзная. Хотя чего тебе-то рассказывать, ты ж сусуманский парень, всё знаешь! А теперь подведём итоги. Что мы делаем? – Орлинский с удовольствием отхлебнул свежезаваренного крепкого чая.

– Через нашего сотрудника, работающего под прикрытием в окружении Артура Турова, «сливаем» информацию о дополнительном поиске партнёров для проекта «Планета Колыма». Убедившись в том, что информация дошла до адресата, я ставлю в известность вас. Если нам удается узнать, кто именно будет выходить на вашего друга Мракова, также сообщаем вам. Работа с Олегом Мраковым – это ваша прерогатива. И лично вам принимать решение, ставить ли в известность вашего друга о том, что он – участник нашей операции. Если всё проходит успешно, дальше действуем по ранее утверждённому плану.

Влад закончил говорить и внимательно смотрел на реакцию отставного майора ГРУ, журналиста, пристально смотрящего на чашку с чаем, которого с недавних пор Влад стал считать своим старшим другом. Наконец Орлинский оторвался от созерцания чайной чашки и, подняв голову, серьёзным тоном произнёс:

– Молодец, капитан! Вот мы благодаря тебе за чашкой чая и разработали план операции практически в полевых условиях, «на коленке». Вот это я понимаю. У тебя есть хорошее качество, которое тебе очень нужно в твоей работе. Ты улавливаешь самое важное, быстро соображаешь и умеешь изложить саму суть, без лишней шелухи. А ещё ты – хороший парень! Дай пожму тебе лапу!

Орлинский засмеялся: он увидел, что, его похвала смутила Влада. Ведь ещё несколько минут назад Влад испытал на себе реальный шок от сурового взгляда Юрия. А тут похвала, добрые глаза и улыбка. Они пожали руки и оба засмеялись.

– Благодарю за похвалу! Служу Отечеству!

– Вольно, капитан, – шутливо скомандовал Орлинский. – А сейчас, если ты не против, я пойду. Рад был встрече. Круто – побывал в бывшем роддоме и тут наш план родился! Видишь, Влад, какое место классное. Миронцеву не забудь хреновуху передать. За его привет – спасибо. Продегустирую, скажу. И ещё, Влад, личная просьба: про Мракова не упоминай ни в отчётах, ни на совещаниях. Он человек мирный, сугубо гражданский. Хорошо? Это не из-за недоверия к тебе или коллегам. Просто безопасность важнее, сам понимаешь.

– Всё понял. Можете на меня положиться. Не подведу.

– Так и есть. Я в этом уверен! – Орлинский улыбнулся, махнул рукой и направился к выходу. – Не провожай, выход я найду. На связи!

– До свидания! На связи!

За Орлинским закрылась дверь. Влад потянулся, подошел к окну и замер, глядя, как за стеклом по Новому Арбату дрейфует гражданская жизнь. Постояв пару минут, он по спецсвязи позвонил полковнику Миронцеву.

– Товарищ полковник, здравия желаю!

– Здравия желаю, товарищ капитан! Докладывай, что там с нашим общим другом? Договорились?

– Так точно. Переговорили. Он в теме. Всё согласовали, все тонкости доложу лично.

– Понял тебя. Завтра жду в обычное время для доклада.

– Вас понял.

– На сегодня свободен. Конец связи.

Влад порадовался, что на сегодня он свободен, взял со стола мобильник и позвонил своей девушке, сказав, что на сегодня закончил все дела и скоро подъедет. Личного времени