Охотник за демонами - Владимир Лосев

Амия подползла к нему и проворчала:

— Ты опоздал, охотник, она уже получила свое, как и я. Врон устало вздохнул:

— Я спешил, как мог.

— Они два дня стояли у стен и не могли взобраться, — вздохнула Амия. — Мы кидали в них копья и лили на них горячую смолу. Но потом один из них ночью, когда мы уже падали от усталости и были не так бдительны, как утром, сумел залезть на стену. Он открыл ворота, и вот тогда все только и началось. Мы их удерживали у ворот, но силы были неравны, они понемногу оттеснили нас и рассеялись по двору, тогда и погибли патриархи. Сколько мы их убили?

— Я не знаю, — сказал Врон. — Оставшиеся в живых охотники всех посчитают. Скажи, как мне помочь ей и тебе? Нужно чем-то перевязать раны…

— Это не твоя забота, — усмехнулась Амия. — Сейчас из храма выползут старики, они знают что делать.

И действительно двери храма отворились, и оттуда стали выходить седовласые старцы. Они несли в руках глиняные сосуды с водой и коробы с перевязочным материалом. Они были очень дряхлыми, лица их были изборождены морщинами, только глаза еще сохраняли живость.

— Отойди, охотник, — сказал один из них, приблизившись к ним. — Ты будешь мне мешать. — Он поставил кувшин с водой на камень, склонился над Лаской, принялся поливать ее водой и запел что-то странное и заунывное.

Точно такое же пение послышалось со всех сторон.

Врон увидел, что Ласка и Амия закрыли глаза, лица их разгладились и стали невероятно спокойными. Он погладил Ласку по руке и поднялся. Потом почувствовал, как его кто-то тронул за плечо.

— Пойдем со мной, — сказал привратник, вытирая окровавленный меч. — Не надо им мешать, старики знают свое дело. Тот, кто не умер к их приходу, уже не умрет. Это лучшие лекари на этой земле, поэтому их не пускают в бой, даже когда они об этом просят.

Врон неохотно отошел от девушки.

— Куда мы пойдем? — спросил он.

— Ты же знаешь, — грустно усмехнулся привратник. — Нам с тобой надо в бассейн, смывать то, что скоро начнет выступать на теле. Не знаю, как ты, а я не хочу, чтобы кто-то это увидел.

Они прошли мимо раненых охотников и суетившихся вокруг них лекарей, и привратник склонился над патриархами.

— Они были моими друзьями, — сказал он печально. — Они и умерли вместе, помогая друг другу, и они все-таки, несмотря на свой возраст, сумели убить одного демона. Хотел бы я умереть так же, как они, в бою, ощущая своим плечом друга.

— Что же теперь будет с монастырем? — спросил Врон. Привратник пожал плечами:

— Похороним мертвых и будем жить, как жили. Охотники выберут новых патриархов. Ты будешь учиться сражаться — надеюсь, что ты уже понял, что это необходимо, — а я буду открывать и закрывать ворота и ждать новых полукровок. Монастырь охотников будет существовать дальше, если только троки сдержат свое слово и не пустят сюда новых демонов.

— Да, — вздохнул Врон. — Второго нашествия воинов охотникам не пережить. А что было бы, если бы мы не успели?

— Не думай об этом, — опустошенно ответил старик. — Все всегда происходит так, как должно происходить. Мы успели, и это главное. Но герои этой битвы не мы, а патриархи и охотники. Вот о них и будут писать в летописях, а о нас не вспомнит никто…

— Почему? — удивился Врон.

— Потому что я об этом позабочусь, — усмехнулся привратник. — Чем меньше о нас знают, тем лучше…

ЧАСТЬ II

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Охотник не должен забывать, что за воротами монастыря живут люди, которые относятся к нам настороженно и часто враждебно. Причин для этого достаточно, но главная из них в том, что мы не такие, как они. Мы — полукровки, в нас живет демон, готовый проснуться в любое время и начать убивать. В этом наша беда и наша сила.

Многие полукровки были сожжены заживо на костре или умерли с осиновым колом в сердце, не сумев добраться до спасительных стен монастыря. Люди готовы убить и нас — охотников, их останавливает только наш высокий забор и законы Риса Мудрого.

Простые люди не понимают, что только мы стоим между ними и царством демонов. Не понимают то, что если не будет нас, то демоны станут для них смертельной угрозой. А не понимают они этого, потому что мы действительно настоящая преграда, которая защищает их. Их жизнь стала безопасной, и угроза со стороны демонов в последнее время не воспринимается ими серьезно.

Поэтому охотник, выходящий из ворот монастыря, всегда должен быть готов к нападению людей. К сожалению, это случается не так уж редко, и это одна из причин, почему мы не разрешаем выходить за стены монастыря без серьезных оснований.

Напасть может любой, это может быть простой крестьянин или городской житель, страж или благородный.

Не важно, кто это будет, охотник имеет право сражаться за свою жизнь и должен это делать. Единственное, о чем мы просим, это не убивать людей. Хороший воин должен уметь справляться с такой задачей: остаться в живых и никого не убить.

Если же охотник, оберегая людей, позволит убить себя, то тем самым он совершит еще большее зло, потому что тогда люди решат, что мы слабы, и нам не избежать кровавых сражений, уже с людьми.

Демоны убили больше половины охотников, включая патриархов, в живых осталось немногим больше шестидесяти полукровок и примерно столько же стариков-охотников, тех, кто не участвовал в сражении.

Монастырю был нанесен тяжелый удар, но, после того как похоронили погибших, он снова вернулся к обычной жизни.

Старые охотники, собравшись вместе, выбрали новых патриархов, а привратник снова занял место возле ворот. Охотники, те, что получили небольшие раны или чудом оставшиеся невредимыми, уже на следующее утро тренировались во дворе, только теперь гораздо более яростно.

К монастырю потянулись обозы с зерном из города и близлежащих деревень, и вместе с ними приехали и трое благородных в сопровождении отрядов стражей. Наемники были хорошо вооружены и смотрели на охотников с брезгливостью и презрением.

Благородные долго рассматривали тела серых демонов, прибитых к одной из внешних стен на обозрение всем проходящим людям, и уехали, не сказав никому ни слова.

Сразу после того как были захоронены на кладбище погибшие охотники, вновь избранные патриархи вызвали к себе Врона. Имен у новых патриархов по сложившейся традиции не было. Это были все те же носитель меча, носитель копья и носитель лука.

В комнате с камином, в которой он уже однажды побывал, Врон, повинуясь жесту одного из стариков, сел на ковер.

Привратник тоже был здесь, для него поставили рядом с камином высокий деревянный стул, но немного в стороне, подчеркивая этим, что он всего лишь хранитель врат, а не один из тех, кто принимает решения. Врон незаметно усмехнулся: он-то знал, что это совсем не так и что влияние привратника на монастырь огромно.