Птицы и сны. С.-Петербургъ: хроники иномирья - Владимир Слабинский

цех стремится обеспечить своих мастеров максимальным числом заказов, а есть работа, для успешного осуществления которой необходимо запастись редкими материалами или подготовить специфический инструмент. Цех вознаграждает стремление некоторых чиновников поделиться информацией об авариях, требующих незамедлительных ремонтных работ.

– Воистину, российский чиновник лучший в мире! Брать взятки за информацию о своих потребностях и проблемах!

Федор поморщился.

– Т-с-с! Господин доктор, лучше вернемся к нашим баранам.

– Да, я с вами совершенно согласен! – мне понадобилась пауза, чтобы продолжить. – Федор, мне необходим ваш совет. Я намерен сам лечить каравеллу, для чего, собственно, прошу вас изготовить пластины. Одному мне не управиться. В силу известных обстоятельств я не могу взять в помощь медицинскую сестру. Конечно, Дарья как дипломированный специалист согласилась бы мне ассистировать, но вмешивать женщину в столь рискованную историю?

– Александр Стефанович, – прервал мой путаный монолог подьячий, – Я с удовольствием помогу вам в этом благородном деле. К тому же, наши старейшины считают, что благополучное завершение дела будет хорошей рекламой цеху.

Федор крепко пожал мне руку.

– Однако, господин доктор, что именно вы планируете делать?

– Я, Федор, для лечения раны думаю применить пластику. Вы изготовите имплантаты согласно имеющейся у вас спецификации. Затем мы закрепим их при помощи специального клея.

Подьячий кивнул.

– Разумею, уже двести лет мы используем столярный клей, – и после паузы задумчиво продолжил. – Но я не уверен в том, что он подойдет для этой цели.

– Федор, вы по-настоящему благородный человек, вы готовы делиться секретами цеха безо всякой для себя корысти! Позвольте, я пожму вашу руку!

После рукопожатия я заказал еще раков, сваренных с укропом, сухарики с чесноком, сырную тарелку, подкопченную рульку. И еще – пару пива.

Я стараюсь ограничивать свое питание вечером. Всякий образованный человек, а тем более врач, должен следить за своим здоровьем. А поддержание стабильного веса –важнейшая в этом плане вещь! Неслучайно, величайшие врачи древности выводили свойства человеческого характера из соотношения роста и веса.

– Как вы, Федор, знаете, я много лет жил на Восточных окраинах Империи. В одной из экспедиций мне довелось познакомиться с удэгейскими шаманами и даже подружиться с одним из них. Это долгая история и сейчас не время ее рассказывать. Так вот, этот самый шаман научил меня секрету изготовления рыбьего клея. Удэге тысячу лет используют этот клей при строительстве лодок.

Услышав мои слова, подьячий вмиг подобрался, внимательно посмотрел на меня и серьезным голосом спросил.

– У вас есть спецификация этого клея, и вы можете рассказать технологию его изготовления? Насколько я понимаю, речь идет о знаменитом «морском лаке»? Во всей Европе не умеют варить ничего подобного.

«Удивительнейший все-таки Федор человек, сколь бескорыстен и столь практичен одновременно» – умилился я.

– Да, Федор, я знаю, как изготовить этот клей.

VII

Спустя три дня в курительной комнате библиотеки Русского географического общества я докладывал результаты операции. Бахметьев и Великий князь сидели в креслах и внимательно слушали мой рассказ. Императорское Высочество, князь Константин, по обыкновению смотрел куда-то в сторону.

– После того, как мой ассистент прижал намазанные клеем пластины к ране, я нанес на края здоровых тканей эликсир и наложил магическое заклинание. Как известно, Пророк рекомендует при лечении раны смочить слюной палец, прикоснуться им к чистому песку и затем приложить его к ране. После чего прочесть молитву. Однако в отношении этого лечения есть ряд не до конца выясненных вопросов. Первое, существует разночтение относительно слов Пророка «земля нашей страны». Подразумевал ли он, что это почва всей планеты или только земля Медины? Второе – нет достоверных исследований об эффективности различных видов песка. Галиус, к примеру, считает, что песок из Александрии помогает даже при лечении серьезной водянки, а другие авторы отдают предпочтение пескам острова Мастика, подмечая их регенерирующий эффект.

Бахметьев нетерпеливо заерзал в кресле.

– Уважаемый господин Любарский, я, право, не эскулап и не понимаю тонкостей вашей науки. Нельзя ли опустить подробности?

Я понял, что несколько увлекся. Но как можно рассказать об операции, не упомянув столь важные детали?

– Господа, буду краток. Третье – рекомендация Пророка касается человека, живущего, как известно, преимущественно на поверхности суши. И в каком-то смысле при подобном лечении используется принцип магической аналогии, что сродни использованию солдатами нашей армии для укрепления сил в дальнем походе амулетов с родной землей. Каравелла же плавает, то есть живет в море. Песок ей не только не полезен, но и попросту вреден, – я окинул гордым взглядом своих немногочисленных слушателей и закончил. – Исходя из сказанного выше, вместо песка я в качестве эликсира использовал морскую воду!

– Господин Любарский, а как вам удалось проникнуть на тщательно охраняемую территорию? Роман Федорович, как это стало возможно? Лечил он без разрешения… А как же академики? И вообще, черт возьми, что у нас творится с безопасностью секретных объектов!

Бахметьев промычал что-то невнятное и заворочал шеей, приобретшей вмиг лиловый цвет. Вскочил на ноги и, наклонившись к Великому князю, он затараторил шепотом.

– Ваше Императорское Высочество, не извольте беспокоиться, все виновные строго наказаны… Специалисты уже начали аккумулирование донорской морской магии… – продолжая бормотать Бахметьев, не глядя в мою сторону, сделал жест, обозначающий, что аудиенция закончена, и я могу быть свободен. – Тут министр здравоохранения ходатайствует в ознаменование успеха мероприятия наградить орденами академиков Бомелия и Мкртчяна, а также выделить из Вашего личного фонда дополнительные ассигнования для продолжения исследований научным коллективам, работающим под руководством данных академиков в размере… Не смею утомлять вас подробностями, извольте вот здесь подписать…

Что же, слава Богу, если началось традиционное наказание невиновных и награждение непричастных, значит, жива Россия!

Я, насвистывая веселый мотивчик, поспешил домой, где меня ждали сытный ужин и партия в шахматы с Фомой. Вспомнил, что уже неделю пью кофе без сливок. «Будем играть на уши! – игриво решил я. – На большие мохнатые уши!».

История одиннадцатая. Миссия «Апраксин двор»

I

Мы бежали по бесконечно длинному, темному коридору. Пот заливал глаза, вокруг мелькали однообразные обшарпанные стены. Под ногами хрустела осыпавшаяся штукатурка, приходилось следить за тем, куда ставишь ногу, быть осторожным, чтобы не упасть. Учитывая скорость бега, падение могло обернуться бедой не только для меня, но и для остальных. Воздух в подземелье был спертым и осязаемо плотным. Болела грудь, казалось, что затхлый воздух, превращаясь при каждом вдохе в подобие наждачной бумаги, ранит легкие.

Жуковский бесшумно бежал впереди, почти не сбрасывая скорость, идеально вписывался в повороты, ускорялся на прямых участках. Темными очертаниями и стремительностью движений Жуковский напоминал ночного демона, впрочем, было не до сравнений