Слезы предательства - Мишель Хёрд

Хватая ртом воздух, я кладу руки ему на шею. Мои глаза пленены его взглядом.

— Почему я?

Он проводит пальцами по моим волосам, его взгляд скользит по моему лицу.

— Потому что в мире монстров и смерти ты – ангел с дерзостью и отвагой богини. – Он нежно целует меня в губы, затем продолжает. – Ты самоотверженная. Господи, Ариана, ты такая чертовски самоотверженная, что это усмиряет меня. – Я закрываю глаза и судорожно втягиваю воздух. – Посмотри на меня, Малышка. – Я снова открываю глаза, и тогда он шепчет. – Я вижу в твоих глазах все, что, как я никогда не думал, мне будет нужно. Будущее. Дети.

Я с трудом сглатываю, затем спрашиваю:

— Ты хочешь детей?

— Только с тобой.

Дмитрий не выходит из меня, пока мы разговариваем, и почему-то это даже более интимно, чем заниматься с ним любовью.

Он продолжает перебирать пальцами мои волосы, его глаза любят каждый дюйм моего лица.

— Ты не против того, чтобы жить в одном доме с Алексеем?

Я киваю.

— Я понимаю, что ты должен защищать его и то, насколько вы с ним близки. У меня действительно нет проблем с Алексеем. Кроме того, особняк огромен.

Уголок его рта приподнимается в облегченной улыбке.

— Я рад это слышать.

Я провожу пальцами по его подбородку, затем спрашиваю:

— Ты действительно злился на меня?

Он кивает.

— Значит, всякий раз, когда я тебя разозлю, ты будешь меня шлепать?

Он снова кивает.

— А потом трахнешь меня до бесчувствия?

Еще один кивок, и сексуальная улыбка растягивает его губы.

— Итак, что тебя злит? – Я поддразниваю.

Он усмехается.

— Если ты хочешь, чтобы я тебя отшлепал, все, что тебе нужно сделать, это попросить.

Ухмыляясь ему, я говорю:

— Договорились.

Дмитрий приподнимается и выходит из меня. Я дуюсь на него.

— Мне действительно нравится чувствовать тебя сверху.

— Пойдем, – говорит он с улыбкой, беря меня за руку и стаскивая с кровати. Он ведет меня в душ, и пока мы моем тела друг друга, мы говорим о том, что нам нравится и не нравится.

Разговор заходит о нашей совместной жизни, когда мы вытираемся и идем в его комнату одеваться. Я беру одну из его рубашек и натягиваю ее, пока он натягивает спортивные штаны.

Когда мы спускаемся вниз, Дмитрий достает из холодильника две бутылки воды и протягивает одну мне. Он делает глоток, затем ставит бутылку на стойку и, откинувшись назад, скрещивает руки на груди.

Его глаза встречаются с моими, и меня охватывает чувство удивления.

Дмитрий мой.

Наклонив голову, он спрашивает:

— Что означает этот взгляд?

— Я только что поняла, что ты мой, – отвечаю я. – Дмитрий Ветров. Адский пес. Хранитель Алексея Козлова. – Я придвигаюсь к нему ближе и, поднеся руку к его подбородку, продолжаю. – Моя опора. Мой спаситель. Моя жизнь. – Я качаю головой. – Трудно поверить, как далеко мы зашли и что я счастливая женщина, которой достался ты.

Дмитрий берет меня за предплечье и запечатлевает поцелуй на внутренней стороне запястья, а затем обнимает меня и притягивает к себе, чтобы я встала между его ног. Я прислоняюсь к нему, ощущение его теплой груди на моей щеке вызывает довольную улыбку на моем лице.

— Ты никому не должна говорить, кто я.

Я запрокидываю голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

— Я не знаю никого, кому могла бы рассказать.

— Действительно? – Печальное выражение лица делает его похожим на падшего ангела. – Никого?

Я пожимаю плечами.

— Я могла бы рассказать своей маме, но для нее это ничего бы не значило.

Дмитрий берет меня за подбородок и запечатлевает поцелуй на моих губах.

— Значит, ты вся моя?

— Ага.

На его лице расплылась улыбка.

— Скажи это.

— Я вся твоя.

Глава 35

ДМИТРИЙ

Мы с Арианой провели неделю на острове, узнав друг друга поближе, а затем заехали в Сиэтл, чтобы забрать ее одежду.

Я сказал ей, что попрошу Нихила собрать остальные ее вещи и привезти их в Лос-Анджелес.

Когда мы возвращаемся в Лос-Анджелес, и я везу нас в дом, который делю с Алексеем, Ариана спрашивает:

— Ты заплатил деньги дому престарелых моей мамы?

Я киваю.

— Я же сказал тебе, что позабочусь об этом.

— Спасибо. – Она кладет руку мне на бедро. – Я верну тебе деньги, как только получу доступ к своему наследству.

Я качаю головой.

— Нет, не вернешь. Мы инвестируем твои деньги.

— И что? Позволить тебе заплатить за все?

Я киваю.

— Да.

— Это больше ста миллионов. Расплата с тобой ничего не изменит в этом деле. Мы сможем прожить на остальное, и этого все равно будет достаточно, чтобы заботиться о наших внуках.

Взяв ее за руку, я подношу ее к своим губам и оставляю поцелуй на ее коже.

— Малышка, я за все плачу. Используй свое наследство, чтобы открыть косметический бизнес.

Она пристально смотрит на меня, когда я подъезжаю к дому, и когда я выключаю двигатель, она говорит:

— Позволь мне заплатить за все, пожалуйста. Считай это платой за то, что я буду беречь свою задницу до конца своих дней.

Я издаю смешок и запечатлеваю поцелуй на ее губах.

— Это так мило, что ты думаешь, что можешь позволить себе меня.

На ее лице отражается шок.

— Что ты имеешь в виду? Даже имея сто миллионов, я все еще не могу позволить себе тебя? – Ее глаза расширяются. – Сколько тебе платит Алексей?

— Твое наследство сможет купить мою защиту на год. – Я одариваю ее улыбкой. – Ты получишь пожизненную защиту бесплатно, потому что я люблю тебя.

— Срань господня. Это безумие.

Я беру ее за щеку.

— Предоставь финансы мне. Используй свое наследство, чтобы заниматься любимым делом. – На ее лице мелькает беспокойство, и это заставляет меня спросить. – Что?

— Я понятия не имею, что я люблю. Я просто делала то, что должна была, чтобы оплатить свои расходы.

Притягивая ее в объятия, я целую ее в висок.

— Не беспокойся об этом. У тебя есть все время в мире, чтобы решить, чем бы ты хотела заниматься. – Я отстраняюсь и встречаюсь с ней взглядом. – Хорошо? Спешить некуда.

— Хорошо.

Мы вылезаем